Два билета в Тулузу. Глава 24 Пояс Богородицы

Глава 24 Пояс Богородицы

1

Уже, по-моему, даже самые малопишущие отписались по поводу Пояса Богородицы (или «божественного ремня», как выразились в комментах к одной из записей на эту тему).

В связи с этим мне вспомнилось мое возмущение по поводу того, что паломники в одном из монастырей Золотого кольца проползали под иконой Знамения, считавшейся чудотворной и мироточивой. Написать об этом в Живом Журнале не было возможности, поэтому я обратилась к монахиням и возмущенно спросила:
- Почему вы допускаете это язычество в своей обители?
На что мне довольно мудро ответили:
- Если людям это помогает, пусть они хоть на потолке висят.

Я бы, наверное, некоторое время назад тоже писала бы в своем ЖЖ о том, какая я умная, что мне не приходит в голову часами стоять в очереди под снегом и дождем с беснующимися бабками, и собирала бы кучу говна от таких же умников у себя в комментах.

Сейчас я молчу и думаю: слава Богу, что пока у меня нет сильных тягот, и печалей, и горя, от которых сходишь с ума и готов не только часами стоять на набережной, но и ехать за тридевять земель, чтобы только прикоснуться к святыне или услышать какое-то слово, которое облегчит тебе душу. Потому что у меня были в жизни периоды, когда я готова была проползти под чем угодно, чтобы только не сойти с ума от отчаяния.

2

Все-таки я невыносимый человек. В понедельник у нас первый концерт нашего оркестра, но я умудрилась сегодня, то есть на самой последней репетиции, сцепиться с дирижером и хлопнуть дверью! Ситуация была накалена уже давно, и в нее даже вмешивалось руководство факультета, которое считает, что университетский оркестр для всех, вне зависимости от уровня. Но наш дирижер — жуткий перфекционист и уже выгнал половину народа, из тех, кто не справляется с программой. Но все это неважно по сравнению с мировой революцией.


3


У нас сегодня отмечали храмовый праздник — день Святого Николая, так как мы идем с опережением. По этому случаю приезжал хор любителей русской музыки. Я расплакалась, когда слушала французов, поющих со смешным акцентом: «Что стоишь, качаясь, тонкая рябина», — мне так захотелось домой! Еще открылась рождественская ярмарка, и я уже была на ней вчера и сегодня.

4

Как я и предполагала, студентка-инвалид пропустила два семинара из четырех, сдала очень слабый кейс и невнятно выступила с проектом. Ее группа сегодня прислала мне дополнительный кейс и написала в сопроводительном письме, что за четыре недели она так и не прислала свою часть задания, поэтому они не включили ее в число выполнивших работу.

Мне предстоит не аттестовать ее, потому что, кроме своей инвалидности, она ничего не предъявила ни в плане знаний, ни в плане участия. Это очень непопулярная мера, примерно как высылка нелегалов из Франции, и я злюсь, что именно мне досталась такая ситуация и мне озвучивать решение. Но у студентов свои кейсы, а у меня — свои. Мне, честное слово, очень жаль, что так выходит, но я дала ей несколько шансов, и ни один она не использовала.

5

После вторничного конфликта в оркестре дирижер прислал мне и другим аутсайдерам имейл и сказал, что мы все-таки «можем играть Баха на завтрашнем концерте». Только вот мне стало хуже, не пойму отчего, и я почти не могу ходить из-за защемления нерва. Такое ощущение, как будто у меня трещина в тазовом суставе и от каждого движения она увеличивается.

6

Не могу заснуть: боли плюс мысли.

7

Встала принять снотворное, которое терапевт выписал мне, когда я пожаловалась на то, что не могу спать от боли в позвоночнике. Получается как в анекдоте: я по-прежнему писаюсь в постели, но теперь я этим горжусь.