Лишние дети

Иван Петрович Дерябин не торопясь вышел на террасу своей дачи и отхлебнул чай. Вечер в дачном СНТ «Медовый» был великолепен. Дачники уже закончили свои дневные дела. Уже не работали пилы, успокоились садовые тримеры, тихо стояли в сараях культиваторы и прочая техника. Лишь изредка откуда-то издалека доносились обрывки Ретро ФМ, с их разухабистой весёлой попсой 90-х.
На «Медовый» опустился лёгкий туман. Стало прохладно, потянуло дымом от топившихся бань, резче стали слышны голоса птиц.
Отпахавший неделю подряд на заводе Иван Петрович, любил вот такие тихие вечера. Где-то далеко остались удары кузнечного пресса, звонки мостовых кранов, визг и скрежет токарных и фрезерных станков. Позади была и городская какофония с сигналами машин, шумом пролетавших самолётов и многими другими звуками. Всё-таки дача- райское место. И чай сегодня отличный! Нет, что ни говори, суббота и воскресенье вдали от суеты крепко заряжают, прямо как пауэр банк телефон. И заряда этого хватает почти на всю неделю.
Дерябин сделал последний глоток и уже собирался отправится спать в прохладную комнату дачного домика, как внимание его привлёк какой-то жужжащий нарастающий звук. Звук быстро приближался, будто какой-то диковинный комар, питающийся электроэнергией, летел над «Медовым»
По просёлочной дороге с треском и грохотом пронёсся маленький но громкий мотоцикл, именуемый питбайком. Звук стал быстро редеть и вскоре затих.
- Напокупают мотобарахла- буркнул Иван Петрович.
Он забрался под простыню и закрыл глаза, чувствуя, как его начали обволакивать первые приятные ниточки сна. Неожиданно всю эту зыбкую химию снова бесцеремонно нарушил нарастающий шум. Через минуту неизвестный мотобайкер отпять с треском пролетел мимо дома Дерябина. Снова стало тихо.
Иван Петрович ругнулся, и перевернувшись на другой бок, попытался снова заснуть, но через несколько минут всё повторилось. Дерябин в бешенстве вскочил с кровати и вышел на террасу. Назойливый ночной мотоциклист снова показался на дороге.
- Э! Какого хрена!- заорал Дерябин- кончай езду!!
Но мотовсадник не обратил на него никакого внимания, промчавшись мимо дома.
Так продолжалось почти до утра. Один раз Иван Петрович даже выскочил на дорогу и широко расставил руки, будто хотел поймать лихача, но тот, ловко объехал Дерябина, умудрившись при этом, показать ему «фак»
На следующий день злой и не выспавшийся Дерябин вышел на террасу и увидел, как через дорогу, окучивает свои грядки его соседка- тётя Маша
- Что, Ваня, тоже спать не давали всю ночь?- спросила она
- Поймал бы- прибил гада- сердито отозвался Иван- интересно, кто это у нас завёлся?
Тётя Маша бросила тяпку и подошла к забору.
- Так вестимо кто. Кузнецовы, которые в конце улицы, свою дачу-то продали. А купил какой-то дядька толстый. Вот его сынишка и катается.
- Вот оно что- пробормотал Дерябин- значит, пойдём разбираться.
По дороге в конец улицы он, постучал ещё в несколько садовых домиков. Соседи, хоть и ругали на чём свет ночного ездока, но как только узнавали, что Иван идёт к новым дачникам, находили кучу предлогов чтобы не ходить.
К месту бывшей дачи Кузнецовых, Иван пришел один. Забора вокруг дома не было и Дерябин сразу увидел злосчастный питбайк, около которого копался стриженный под ноль подросток лет пятнадцати.
- Эй, парень, взрослых позови- отчётливо сказал Дерябин, подавляя в себе желание схватить обоими руками засранца за уши и оторвать от грешной земли.
Но взрослые уже увидели, что к их сыну подошел какой-то мужик и поспешили на выручку.
Папе сына было около сорока. Весь состоящий из мускулов и татуировок, он производил угрожающее впечатление только одним своим видом. В довершении, он держал в руке бензопилу, будто прямо сейчас собирался расчленить каждого, кто посягнёт на свободу передвижения его сынули. Жена громилы - оплывшая заполошная тётка, первой пошла в атаку. Видимо, разборки из-за езды сыночки уже были и раньше.
- Чего надо?- резким и неприятным голосом рыночной хабалки крикнула она- дорога общая, знчит и наша тоже! Имеем право!
- Да вы поймите- пытался втолковать Дерябин- ну это же дачный посёлок- тут люди отдыхать от шума приезжают!
- Земляк- с угрозой прогулел татуированый- ты чё-то против имеешь? Сейчас у всех детей питбайки, посмотри вокруг. Какие проблемы? Привыкайте. У тебя дети есть?
- А у тебя, земляк, видать, они лишние, раз разрешаешь им кататься на таком транспорте?- сердито отозвался Дерябин.
Он понимал своё проигрышное положение. Ничего он этому мордоворту и его клуше не сделает и не объяснит. И они это прекрасно понимали.
Понимал это и сын, который, не стесняясь ,ехидно улыбался Дерябину, всем своим видом говоря- а что ты мне сделаешь?
- Я..Я- задыхаясь от злости крикнул Иван, уже не владея собой- я в полицию заявлю! Я..
- Иди, пасись- как от комара, отмахнулся мордворот и отвернулся от Дерябина, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
Иван Петрович вернулся к себе, бледный от ярости. Выходные были испорчены. Жаловаться в ГИБДД, чтобы менты приехали в их богом забытый дачный посёлок, плутали по дорогам, выискивая нарушителя.. Никто не поедет.
Неделя пролетела быстро и незаметно. В пятницу Иван ехал на дачу уже безо всякой охоты. Но вечер и ночь прошли, на удивление спокойно, хотя Иван иногда просыпался, тревожно прислушиваясь к тишине- а не раздастся ли где-то вдали жужжащий противный нарастающий звук.
Утром соседка тётя Маша, огорошила Дерябина новостью.
- Убился их пацан-то, ага! Совсем! К Петуховым рано утром грузовик большой..этот как его..Урал, приехал скважину бурить, а энтот шкет-то из-за поворота на своей переделке и выехал! В лепёшку, ага! Скорая вчера была, милиция.
Тётя Маша ушла кормить кур, а пораженный Иван Петрович остался как вкопанный стоять на дороге. Вот ведь.. Радости, а тем более злорадства, он не ощущал, была лишь какая-то пустота оттого, что его слова, сказанные всердцах, о лишних детях оказались пророческими.
Дерябин и сам не заметил как к нему подошли мордоворот и его жена. Сейчас их было не узнать. Они оба были сгорбленные, лицо мужчины было серым и каким-то неподвижным. Зато его жена, увидев Ивана, вдруг набросилась на него с такой яростью, что Дерябин не успел уклониться и из носа его потекла кровь.
- Твари!- заливаясь слезами, кричала женщина, наскакивая на неуклюже защищавшегося Ивана Петровича- Вы! Вы! Вы все виноваты! Ты же хотел в ГИБДД заявить! Почему не заявил, гад?! Сейчас бы жив был наш Игорёк! А-а!!
Она обмякла и упав на колени, протяжно, страшно завыла.