Просто Оля 7

Глава 9

По мере того как день разгорался, Оле в её уже совершенно высохшем комбинезоне становилось даже жарко. Сухая глина сильно стягивала кожу. Но смыть её не представлялось возможным из-за полного отсутствия воды. Откалывать же её пластами Оля не отважилась — побоялась комаров. Просветление, в сторону которого она шла, оказалось лишь обманом зрения: лес впереди становился только гуще. Оля оглянулась; теперь ей казалось, что там, откуда она пришла, деревья росли реже и было гораздо светлее.

— О-о-о, — болезненно простонала девушка, буквально падая на траву.

Обхватив колени руками, она сидела с закрытыми глазами. Лес был полон жизни: вокруг звенели весёлые птичьи трели, в короткой траве деловито и сердито жужжали жуки. Муравьи, тащащие кто травинку, кто обрывок листа, суетились под её ногами. Им было совершенно наплевать, что делает в лесной глуши это странное существо со щеками, покрытыми болотной тиной, телом в ворохе сухих листьев и с целым ворохом колючек, сучьев и насекомых в густых черных волосах. Оля прислушалась. Тишина казалась бы полной, если бы не птицы. И вдруг издалека донёсся раскатистый звук выстрела.

Ольга испуганно распахнула глаза — насколько ей это позволили сделать распухшие веки и подсохшая глина. Где-то в той же стороне яростно залаяла собака.

***

Капитан, услышав отдаленный выстрел, замолчал на полуслове. Рекс и Магна отозвались коротким лаем. Старший лейтенант Егоров так и застыл вполоборота к капитану, держа в руке бушлат.

— Тут что, охотники водятся? — Удивленный голос капитана нарушил внезапную тишину.

— Охотники?! — Не менее удивленно переспросил старлей.

— Вроде из «Сайги» пальнули, — заметил Митрич. Этому коренастому мужчине было около тридцати пяти. В отряде он считался самым опытным: отслужил в армии, прошёл горячие точки, и про него говорили, будто он по одному звуку может определить марку оружия. Капитан доверял опыту бывалого солдата, а потому здорово удивился.

— «Сайга»? Хм, дорогое оружие. Вряд ли это деревенские браконьеры.

Капитан повернулся к лейтенанту и вопросительно посмотрел на него, словно ожидая объяснений. Но лейтенант лишь недоуменно пожал плечами. Капитан вновь поднёс к губам рацию.

— Внимание, — он выдержал секундную паузу, давая людям время сосредоточиться. — Все слышали выстрел?

Спустя секунду рация хрипнула и отозвалась голосом Кощея:

— Прием, Казанова. Звук шел вроде с севера. Наших людей в той стороне нет.

— Принял. Пересчитать людей, продолжать работу, но смотреть в оба! — Твердо скомандовал капитан и снова повернулся к лейтенанту: — Старлей, свяжись-ка со своими. Пусть проверят, что это там за охотники объявились…

Из кармана Влада раздалась уже знакомая мелодия. Вытащив аппарат, он взглянул на дисплей. Его лицо скривилось, будто он взял в рот что-то ужасно кислое. Несколько секунд он слушал звонок, не торопясь отвечать, но затем, сделав над собой усилие, нажал на кнопку приема.

— Алло… Да! — Притворно оживился он. — Зинаида Михайловна? Да, ну конечно, я сразу же выехал в деревню. Не беспокойтесь, я её обязательно найду… — Было видно, как слащавая улыбка постепенно сползает с его лица. — Что?!

Владислав несколько секунд настороженно слушал собеседницу, и за это время его мимика претерпела самую выразительную метаморфозу. От искусственной натянутой улыбки не осталось и следа, а раздражение в голосе сменилось чистой тревогой.

—… Да, Зинаида Михайловна, — продолжал молодой человек. — Ну, наверное, не стоило вот так сразу полицию и спасателей подключать, мы бы и сами… Впрочем, наверное, так будет лучше. Конечно. Да.

Закончив разговор, он несколько секунд отчаянно кусал губы, а затем быстро набрал другой номер.

— Алло, — голос Владислава охрип, ему пришлось поспешно откашляться. — Антон Сергеевич? Антон Сергеевич, у нас проблема…

***

Тимофей, стиснув зубы и стараясь даже не дышать, сидел за толстым стволом дерева. Он прекрасно понимал: стоит ему высунуться, как его тут же подстрелят. Мужчина уже догадался, что здесь происходит. Богатые бездельники, ошалев от шальных денег и перепробовав в этой жизни всё, решили развлечься новым способом — устроить охоту. А поскольку в чахлой роще, оставшейся от некогда дремучего леса, дичи не водилось уже лет двадцать, они выбрали в качестве «умной мишени» живых людей. Тимофей заскрипел зубами.

Один прапорщик в армии рассказывал историю из времён своей службы. Где-то на Кавказе местные бандиты устроили настоящую охоту на солдата-срочника, возвращавшегося из самоволки. Двое суток гоняли обезумевшего от страха безоружного парня по горам эти «благородные горцы». Живой человек был для них всего лишь дичью.

За деревом раздался отчетливый хруст ветки под чьей-то ногой. Тимофей сгруппировался, судорожно пытаясь припомнить всё, чему его учили на службе. Шорох. Он напрягся и затаил дыхание. Секунда, ещё одна… Снова шорох, совсем близко, буквально за деревом. Тимофей приготовился к прыжку. Снова хруст! Собрав все силы в кулак, Тимофей резко выскочил из засады и увидел грузного пожилого мужчину, а рядом с ним ещё одного, помоложе. Пожилой «охотник» от неожиданности растерялся и широко раскрыл глаза.

Этих мгновений Тимофею хватило, чтобы намертво вцепиться в ствол оружия, которое тот держал наперевес. Карабин «Сайга», внешне похожий на автомат Калашникова, был очень хватким, разве что с более длинным стволом, и вырвать его оказалось непросто. Коротким, но мощным движением Тимофей отвёл дуло от себя и сильно дёрнул его в сторону.

То ли от страха, то ли от неожиданности пожилой нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел. Тупая охотничья пуля, выпущенная с такого близкого расстояния, буквально разорвала грудь стоявшего позади напарника. Тот, только успев заметить Тимофея, как-то нелепо всплеснул руками и повалился навзничь на сухую листву. Тимофей и пожилой охотник на секунду застыли в оцепенении. Но «старый», видимо, пришёл в себя быстрее и попытался выхватить ружьё обратно. На таком близком расстоянии длинноствольное оружие было неудобным; второй выстрел грянул вскользь, обдав бок Тимофея огнем.

Сначала он не почувствовал боли. Его взгляд мгновенно выхватил рукоятку охотничьего ножа, заткнутого за пояс нападавшего. То, что клинок был не в ножнах, а просто сунут за ремень, стало поистине чудом. Рука, подчиняясь подсознательному приказу мозга, уже выхватила блестящее стальное лезвие.

Тимофей и сам не понял, как это вышло — всего одно точное движение, будто он занимался этим всю жизнь. Наверное, сработала мышечная память. Спустя мгновение «охотник» уже захрипел, падая набок и судорожно зажимая рукой хлещущее кровью горло. Тимофей широко открытыми глазами смотрел на лежащие перед ним тела. Пожилой ещё сучил ногами в агонии, а второй лежал неподвижно; на его рубашке, пробитой чуть левее центра груди, быстро расплывалось огромное алое пятно…

***

Второй выстрел, более глухой, раздался через несколько секунд в том же направлении. Старший лейтенант Егоров и капитан Казанцев замерли.

— Блин! — Воскликнул лейтенант. — Кому в голову пришло тут из ружья палить? Здесь же никакой дичи нет!

Капитан схватился за рацию:

— Слушать мой приказ! Всей группе собраться у машины. Поиски временно прекратить. Кощей, бери Магну и ждите меня, сейчас буду. Пройдемся немного, посмотрим, кто там балует. — Отключив связь, он гневно добавил: — Еще только не хватало под обстрел безбашенных горе-охотников попасть.

— Какого хрена?! — В бешеном исступлении орал Антон Сергеевич на понуро стоящих перед ним подручных. — Это же надо: алкаш деревенский с двумя вооруженными до зубов мужиками справился! А вы, — он ткнул растопыренными пальцами в сторону парней, — вы-то куда глядели?!

Последние слова сорвались на тонкий писк — похоже, он окончательно сорвал горло.

— Ну и что теперь нам делать?! — Продолжал бесноваться предприниматель. — Что делать?! Семен Аркадьевич — это вам не Иван Иванович из деревни Берендейки. За его смерть такие ниточки потянутся, бли-и-ин!

Антон Сергеевич лихорадочно оглядывался, словно искал укрытие. Помощники стояли, опустив головы. В этот момент в его кармане заиграла музыка.

— Да, — пискнул в трубку неудачливый делец. — Слушаю тебя, Влад.

Несколько секунд Антон Сергеевич молча и сосредоточенно слушал, затем отключил вызов. Откашлявшись, он хрипло крикнул:

— Беляш!

Бандит, прозванный Беляшом за заметную седую прядь на левом виске, встрепенулся и подскочил к боссу:

— Я тут!

— Беляш, бери двоих-троих лучших парней, из старых, проверенных. Дуйте в лес, шутки кончились. У вас три часа, чтобы убрать «дичь» и подчистить концы. Конец охоте, мы сваливаем!

— Обоих убрать? — Равнодушно уточнил Беляш.

— Да. Тупо всех, кого встретите, валите, и сматываемся. Понятно?

— А ту, что в лесу пропала, искать?

— Хрен с ней! Она вряд ли что-то видела. Мочите алкаша и «невесту».

— Он вооружен? — Спросил Беляш.

— Да, ножом, — Антон Сергеевич нервно хохотнул. — Хорошо хоть «Сайгу» у убитого не взял… Хм, как он их, однако, ловко… В спецназе служил, что ли?

Антон Сергеевич глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, а затем снова позвал:

— Козликевич!

От группы парней, переминавшихся с ноги на ногу в нескольких шагах, отделился длинный тощий парень с козлиной бородкой на узком лице.

— Собери остальных, — продолжил распоряжения Антон Сергеевич. — Приберите здесь всё, уничтожьте следы, а потом спалите эту базу к чертовой бабушке. Чтобы к следующему утру о нас ни слуху ни духу не было! И врассыпную, кто куда. Все ясно?

***

Тимофей споткнулся и, держась за простреленный бок, повалился на землю. Татьяна порывисто подскочила к нему.

— Эй, эй, вы чего?! — Тормоша его за плечо, испуганно спросила девушка.

— Зацепил меня всё же… — Тимофей закрыл глаза. Рубашка на боку быстро пропитывалась кровью.

Увидев это, Татьяна застыла, округлив глаза от ужаса.

— Вы… вы ранены! — Простонала она.

— Пустяки… — попытался успокоить её мужчина.

Но по его виду было понятно, что рана смертельна: лицо Тимофея стало мертвенно-бледным, а губы потеряли всякий цвет — он стремительно терял кровь.

— Гад, — прошептал он слабеющим голосом, — в печенку попал. М-м-м, а она у меня и так… — Он не договорил. Голос угасал с каждой секундой, но он всё же нашёл в себе силы. Его растрескавшиеся губы дрогнули: — Тань… Знаешь, а умирать совсем не страшно. Когда ты рядом. Моя жизнь… Она была бы совсем бесполезной, если бы не ты… Знаешь, умереть на руках своей дочери… Что ж, я этого совсем не боюсь. Плохо одно… Ты меня прости, что бросаю тебя одну в лесу… Но, Танюша, ты иди всё время на восход солнца… Дождись утра и иди к солнцу. Лес этот небольшой, ты выйдешь… Там будет дорога…

Тимофей тяжело закашлялся, и на рубахе выступила свежая кровь.

— Дядь Тимофей! — Потрясла его за плечо Татьяна, припадая к его лицу. По её щекам катились крупные слезы. — Папа… — Шёпотом выговорила она.

При этих словах лицо Тимофея словно озарилось изнутри. С этой счастливой улыбкой на изможденном лице он и застыл навсегда. Татьяна закрыла лицо ладонями, и её плечи судорожно задрожали…

***

Забежав в дом, Антон Сергеевич бросился в кабинет к компьютеру. Он лихорадочно воткнул в разъем флешку и принялся копировать файлы. Мужчина сидел, обливаясь потом, хотя в комнате было прохладно. Наконец, когда зеленая полоса индикатора на мониторе доползла до 100%, Антон Сергеевич выдернул флешку. Открыв окно «Мой компьютер», он нашёл архивный диск, кликнул правой кнопкой мыши и выбрал «Форматировать». Он надеялся таким быстрым способом избавиться от всех хранящихся там документов. Сжечь бы системный блок к чертям, да на возню с огнем уже не оставалось времени — можно было не успеть уйти.

А компромата там хватало: записи реальных убийств бездомных, которые у него заказали в прошлом месяце и оплатили наличными — как всегда, только наличными. Фильм с настоящим, не постановочным изнасилованием молодой медсестры из городской больницы, которую две недели назад обнаружили на обочине обводной трассы, тоже лежал там. Женщина тогда чудом осталась жива, а дело с трудом удалось замять. Эти улики могли бы на всю оставшуюся жизнь усадить в тюрьму любого, кто имел отношение к съемкам.

Вообще-то Антон Сергеевич постановками не занимался. Все его материалы были в стиле «Live On-Line», и этим предприимчивый делец зарабатывал очень недурно. Просто поразительно, сколько среди вполне респектабельных, богатых и образованных людей водилось маньяков и извращенцев, готовых платить огромные деньги за реальные убийства, изнасилования, избиения и расчленения женщин, стариков и даже детей. Антон Сергеевич вовремя занял эту нишу: спрос рождает предложение, и предложений у него хватало.

Последний заказ — изнасилование невинной русской невесты, украденной прямо со свадьбы — поступил от богатого азиата. Условие было жестким: копию фильма нужно отправить жениху. За эту работу Антон Сергеевич планировал выручить колоссальную сумму. Он понимал, что долго работать на одном месте нельзя: органы уже начали проявлять интерес к таинственным смертям бездомных, которые дельцу удавалось маскировать под ритуальные убийства (по городу даже поползли слухи о действующей в районе религиозной секте). Съемка с невестой должна была стать финальной точкой в этом сезоне.

Однако найти подходящую жертву оказалось непросто. Заказчик попался капризный и привередливый: вынь да положь ему чистую блондинку. А где её взять? Просто похитить девушку с настоящей свадьбы Антон Сергеевич не рискнул: слишком много свидетелей, да и где гарантия, что невеста окажется невинной? Постановочный обман знатоки раскусили бы сразу, и тогда прощай, денежки. Стало ясно, что придется разыграть спектакль частично: жених и невеста ненастоящие, а всё остальное — взаправду. Но где найти «актрису»? При желании глупую девицу, готовую подзаработать, найти было можно, но тут сыграла роль природная жадность Антона Сергеевича — он категорически не желал ни с кем делиться кушем. Пришлось импровизировать. К тому же ушлая «актриса» потом могла начать шантажировать… Нет, такой расклад его не устраивал.

И тут подвернулся этот дурак Влад. За вполне умеренную сумму он согласился подставить собственную невесту. Она будет под кайфом, ничего не вспомнит, а Антон Сергеевич и Влад, получив деньги, умоют руки. Поскольку фильм не предназначался для широкого проката, риск казался минимальным. Первоначальный план был почти шедеврален: усыпленную хлороформом девушку просто насилуют на камеру несколько человек во всех ракурсах. То, что свадьба была фикцией, в кадр, разумеется, не попало бы. А после её просто вернули бы на кладбище к её маменьке — и всё шито-крыто. Уже отсняли общие планы свадьбы, банкет в ресторане, подставных гостей. Оставалась сущая ерунда — пустить «невесту» по кругу. Кстати, Влад и не собирался в дальнейшем жениться на Татьяне: этот эпизод с потерей девственности он планировал использовать как предлог для разрыва — мол, порченая жена ему не нужна.

Но всё с самого начала пошло наперекосяк. Подельники рассчитывали, что с девушкой будет мать, которую вообще не планировали забирать с кладбища — она должна была проспать до вечера и проснуться с головной болью рядом с дочерью. Даже свадебное платье с Тани аккуратно сняли бы и переодели обратно в её одежду. В таком случае предъявить кому-то претензии было бы невозможно: да, напали, да, оглушили, да, изнасиловали, но жертвы ничего не помнят и никого не видели. Единственный подозреваемый — алкаш Тимофей. Пока правосудие раскачается (даже учитывая связи Зинаиды Михайловны), Антон Сергеевич, который официально вообще ни при чём, тихонько смотал бы удочки, продал уединенный коттедж на отшибе и растворился бы на бескрайних просторах страны.

Однако реальность оказалась жестокой. Во-первых, вместо матери с Татьяной приехала её подруга — тоже молодая девчонка. И Антон Сергеевич — ох уж эта его жадность! — решил воспользоваться подарком судьбы. Как он любил повторять: «Пришло время рубить бабки». И решил рубить по-крупному. Второй фильм он задумал на ходу, определив Ольге главную роль в порно про изнасилование студентки — благо, подходящий заказчик давно ждал. Подруга Татьяны идеально подходила под этот типаж первокурсницы. Вот только реквизита не было: он ведь готовился к «невесте», купил платье, туфли, оплатил банкет… А для сцен со студенткой нужно было антуражно приодеть «актрису».

Антон Сергеевич решил придержать девчонок в погребе, пока всё не подготовит. Кто же мог знать, что две изнеженные городские девчонки умудрятся выбраться из подвала и растворятся в ночном лесу? Вдобавок его помощники, которых он нанял ради экономии из числа трудных подростков и беспризорников, мечтающих о легких деньгах, напились на радостях и проворонили побег. Хорошо хоть Влад вовремя заметил пропажу и поднял тревогу. Пришлось побегать по ночному лесу, но Ольгу они упустили. Она словно в воздухе растворилась. Антон Сергеевич долго не мог взять в толк, как можно было потерять паникующую девчонку в трех соснах.

Во-вторых, он никак не ожидал, что мать Татьяны так быстро организует масштабные поиски. На этом этапе ему следовало бы остановиться — бросить девчонок в лесу, пускай сами выбираются. Они ведь ничего не видели и не знали. Но жадность снова сыграла с ним злую шутку. Он решил дожать ситуацию до конца, чтобы отбить вложенные деньги. Нужно было вернуть Ольгу. Но каково же было его удивление, когда вместо подруги его люди притащили из леса Тимофея, который невесть как оказался рядом с пленницами. Стало ясно: это он помог им бежать.

Дело принимало скверный оборот. Если раньше девочек можно было просто бросить, свалив всё на Тимофея, то теперь свидетеля придется убрать. Пришлось отказаться от услуг сопляков и привлечь профессионалов — матерых уголовников. Их услуги стоили дорого, что сильно не нравилось Антону Сергеевичу. Скрепя сердце он обратился к криминальным авторитетам, и те пообещали решить вопрос без шума.

И тут снова сработала скупость. Прослышав, что Семен Аркадьевич ищет возможность устроить реальное сафари на людей и готов щедро заплатить, Антон Сергеевич решил убить двух зайцев сразу: заработать на «охоте» и чужими руками избавиться от опасных свидетелей. Но дельцу не хватило опыта. Кто же знал, что этот чертов пропойца выкинет такой фокус — убьет самого заказчика?

Всё рухнуло в один миг. Огромные деньги, которые он уже мысленно пересчитывал, превратились в призрак долгого тюремного срока. И это в лучшем случае — если люди Семена Аркадьевича не доберутся до него раньше, чем полиция…

Окончание --  http://proza.ru/2026/07/13/195