За деревней Повитухино

За деревней Повитухино стало быстро светать, рассеялись серые сумерки. Хороводом светлые от восходящего солнца облака стронулись с места и поплыли медленно по небосводу.
Медленно шагаю тропинкой по смешенному лесу. Утреннее солнце расплёскивает тёплый свет. Утренний туман вскипал и клубился над луговиной речки Копря.
Вошёл в берёзовый залог. Бодро, весело запел дрозд на вершине матёрой берёзы. Старательно выводила свой мотив варакушка, звонко подала голос малиновка.
Издалека, с болота стало раздаваться курлыканье журавлей.
Волнушки и сыроежки попадались всюду, а я охотился за боровиками. Боровики растут семьями. Нашёл один, не торопись уходить с этого места, обязательно ещё найдётся один, а может, и целый десяток крутобоких богатырей.
Теперь я ставил корзину, ходил, как по спирали , кругами и всё находил новые боровики. Остро пахло грибным духом, дождевой водой, прелью.
В дальнем краю ельника выткнулись еловые грузди. Чуть разгрёб лесную прель под елью - и под ножом приятно заскрипели жёлтые кружочки груздей. Какой тонкий, крепкий, волнующий грибной запах.
Азарт грибной охоты продолжался. Глянул я под ближнею ёлку и удивился, как на картине. Сколько загадок в одной грибной композиции: на одном корне выросла целая семейка боровиков с коричневыми шляпками. И такие ладные, литые, толстопузые.
Эта тихая охота завела меня в какой - то бурелом, корзина стала тяжелеть, оттягивать руку - боровиков в ней набралось не меньше сотни.
Словно лесное оконце открылась мне поляна, посередине два огромных дуба - великана, под дубами пень и рядом с пнём целый выводок розовых волнушек. А одна такая огромная, как чаша. Заглянул я в эту чашу, а там сохранилась ещё роса.
Звонкий голос сойки прозвенел в тишине, скатился, к болоту и отозвался там бормотаньем глухаря.
Ожиревшие кабаны бродили по дубняку, в поисках желудей, рано ещё, они не созрели.
 В лесу всюду мозаики солнечных пятен, оседает на паутине роса, роса блестит хрусталём крупных бусинок. Пение птиц раздавалось где - то далеко. На болотистых кочках попадалась розовая брусника.
Тропинка вела меня через кусты орешника, бузины, ольхи, между разлапистыми соснами с бронзовой корой, которые, словно часовые охраняли вход к правому берегу речки Копря.