Сразу после чрева кита. Глава 11

Глава 11. Свобода воли
церкви Никиту уже не раз спрашивали, когда же Наташа решится принять крещение.

— Мы живём в последнее время, — говорили ему. — Впереди времена скорби, а потом придёт Спаситель. Важно заранее вступить с Ним в завет.

Никита всякий раз отвечал одинаково:

— Я не хочу её заставлять. Это должно быть её собственное решение. Добровольное.

Но после очередного такого разговора он всё же задумался. Несколько дней эта мысль не выходила у него из головы.

Однажды вечером, вернувшись с работы, где целый день делал ремонт у очередного заказчика, он застал Наташу дома. Катя ещё была в детском саду. Наташа устроилась в кресле с журналом, то и дело поглядывая в телефон. Взглянув на часы, она поняла, что скоро пора идти за дочерью.

Никита снял куртку и спокойно спросил:

— Наташ, а как ты вообще относишься к крещению?

Она пожала плечами.

— Меня же в детстве крестили. Разве можно креститься второй раз?

Немного помолчав, она добавила:

— Знаешь… наверное, я была бы не против ходить в церковь адвентистов. Но меня пугает ответственность. Все эти библейские требования, церковные обязанности... Кажется, будто потом уже нельзя будет жить свободно.

Она даже слегка надулась, словно заранее ожидая возражений.

Но Никита вовсе не собирался её убеждать. Он лишь кивнул и ушёл на кухню перекусить, оставив разговор незавершённым.

Через некоторое время он вернулся, сел рядом в соседнее кресло и несколько секунд молчал, потирая ладони.

— Можно один странный вопрос?

— Попробуй.

— Почему ты пользуешься телефоном на Android, а не iPhone? Ведь многие считают, что iPhone лучше.

Наташа улыбнулась.

— Потому что основные функции у них одинаковые. Мне хватает того, что есть. Большинством возможностей iPhone даже более продвинутые люди почти не пользуются. Так зачем платить за то, чем всё равно не будешь пользоваться?

Никита слегка улыбнулся.

— Значит, получается, абсолютная свобода возможностей тебе не так уж и нужна, если большая их часть всё равно остаётся невостребованной?

— Меня вполне устраивает моя жизнь, — почти с гордостью ответила Наташа. — Муж обо мне заботится, бережёт, почти как на Востоке относятся к женщине. Но при этом я могу одеваться как хочу, идти куда хочу и когда хочу — почти как на Западе. Не каждая женщина может таким похвастаться.

Она улыбнулась, но через несколько секунд задумалась. Слова мужа почему-то продолжали звучать в голове.

Никита заметил это и тихо продолжил:

— Мне кажется, Бога многие тоже понимают неправильно. Кажется, будто Он только ограничивает свободу. А на самом деле Он ограничивает лишь то, что способно навредить человеку, оставляя всё необходимое для настоящей жизни.

Он немного помолчал.

— Ты представляешь веру как буйки на пляже, которые мешают уплыть в открытое море. Но попробуй посмотреть иначе.

Наташа вопросительно взглянула на него.

— Никто не запрещает опытным морякам выходить далеко в море. Они умеют ориентироваться, знают, как вести себя во время шторма, что делать при сильных волнах, как избежать опасностей. А новичку лучше держаться поближе к берегу. Там тоже можно плавать, нырять, получать удовольствие от моря. Просто берег рядом, если что-то случится. Ведь в море есть и огромные волны, и сильные течения, и медузы, и акулы.

Он улыбнулся.

— Крещение ведь тоже не означает, что на следующий день человек обязан стать проповедником или взять на себя огромное служение. Это лишь начало пути. Как ребёнок сначала учится ходить, а уже потом бегает.

Наташа ничего не ответила. Она слушала внимательно.

Вечером, когда Катя тихо играла в своей комнате, Никита предложил:

— Давай попробуем пройти один урок из курса «Так говорит Библия». Совсем недолго. Нужно просто отвечать на вопросы своими словами, а потом сравнивать ответ с тем, что говорит Библия.

— Ну давай.

Первый вопрос оказался неожиданным:

— Как возникла наша удивительная Вселенная?

Наташа рассмеялась.

— Только не говори мне про большой взрыв. Для меня это примерно как если бы после взрыва на макаронной фабрике спагетти, рожки и спиральки сами собой аккуратно разложились по разным упаковкам.

Они оба улыбнулись.

Следующий вопрос звучал проще:

— Насколько сильно Бог любит людей?

— Это легко, — сразу сказала Наташа. — «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного...» Иоанна 3:16.

— Верно, — сказал Никита. — Но давай посмотрим чуть внимательнее.

Он открыл текст.

— Бог действительно отдал самое дорогое. Но даже после этого не требует от людей принудительного послушания. Здесь написано: «...дабы всякий верующий в Него...» Не сказано «всякий обязанный» или «всякий принуждённый». Человек всё равно остаётся свободным — верить или не верить, принять Бога или отказаться.

Наташа задумчиво провела пальцем по странице.

В это же время в другом доме похожий разговор происходил между Димой и Людой.

Люда тихо призналась:

— Иногда мне кажется, что Бог меня не любит. На других будто с неба сыплется гораздо больше благословений. А у меня порой ещё и то, что есть, отнимается.

Дима только вернулся с работы. Весенний снег таял, и он ещё успел отвести воду от дома.

— Дай мне пять минут закончить, — попросил он.

Когда он вошёл в дом, Люда уже накрыла стол к чаю.

Сев напротив неё, он неожиданно спросил:

— Почему детям обычно дарят игрушки, а не золотые украшения? Ведь дети ничем не хуже взрослых. Их вообще называют цветами жизни.

Люда пожала плечами.

— Наверное... потому что у детей другие ценности. Игрушкой они будут играть. А золото просто будет лежать в коробочке. Да и взрослым иногда неинтересно то, что просто лежит, каким бы дорогим оно ни было.

— Именно, — кивнул Дима. — Бог тоже даёт человеку прежде всего то, что тот способен оценить и использовать сейчас, а не когда-нибудь потом.

Он сделал глоток чая.

— И вообще, что такое благословение? Большой счёт в банке? Роскошный дом? Всё это хорошо, если в доме есть мир, любовь и счастье. Иначе даже самый роскошный особняк становится золотой клеткой.

Он посмотрел Люде в глаза.

— Да, ты живёшь не слишком богато. Родители у тебя не идеальны. Да и никто из нас не идеален. Но ведь самое главное — вы есть друг у друга, любите друг друга, поддерживаете друг друга. Разве это не Божий дар? И это лишь то, что можно увидеть. А сколько ещё есть невидимых благословений, которые мы просто перестали замечать?

Люда молча опустила голову. Она уже не спешила возражать.

Дима осторожно обнял её за плечи.

За окном всё ещё капала талая вода, а в доме стало удивительно тихо — той тишиной, в которой иногда рождаются самые важные мысли.