В рабстве у Пигмалиона. Глава 12

Глава 12. Что там в тайнике?


Дубченко не любил оставлять важные дела на волю случая.

— Поезжайте, — коротко приказал он Рогачеву. — Достаньте пакет и сразу возвращайтесь.

Черный внедорожник тронулся с места. Но уже через несколько минут Дубченко раздраженно постучал пальцами по подлокотнику.

— Нет... Разворачивай машину. Поеду сам.

До реки добрались быстро. Мороз сковал лед толстым прозрачным панцирем, а ветер гнал по нему мелкую снежную поземку.

Подниматься на скалу Дубченко не стал.

— Возраст уже не тот, — буркнул он. — Идите.

Рогачев с двумя людьми быстро поднялись по тропе.

Через несколько минут они уже спускались обратно, неся старый полиэтиленовый пакет.

— Нашли.

Дубченко даже позволил себе едва заметно улыбнуться.

— Ну что ж... посмотрим.

Он осторожно развязал пакет.

Внутри лежала потрепанная общая тетрадь.

Все выглядело именно так, как он ожидал.

Первая страница.

Вторая.

Третья.

Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Что...

Он торопливо перелистнул еще несколько страниц.

Повсюду были только стихи.

Наивные, девичьи.

О любви.

О снегопадах.

О мечтах.

Дубченко с силой захлопнул тетрадь.

Рогачев осторожно заглянул через плечо.

— Это...

— Кукла.

Несколько секунд никто не произносил ни слова.

Ваня стоял чуть в стороне, изо всех сил стараясь не смотреть деду в глаза. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышат все вокруг.

«Только бы не догадался...»

Но Дубченко неожиданно усмехнулся.

— Иванушку опять обдурили.

Он бросил тетрадь обратно в пакет.

— Значит, знали, что мы придем.

Рогачев молча кивнул.

— Поехали.

В это же время к реке подъехало такси.

Из машины вышли Анатолий и Ксюша.

— Через два часа сможете нас забрать? — спросил Анатолий водителя.

— Без проблем.

Такси уехало.

Ксюша сразу же улыбнулась.

— Какая красота...

Она впервые оказалась здесь зимой.

Толстый лед был таким прозрачным, что под ногами угадывалось темное течение реки.

— Не бойся, — спокойно сказал Анатолий. — Здесь безопасно.

— Я не боюсь. Просто... никогда раньше не гуляла по реке.

Они неторопливо дошли до противоположного берега.

Потом прошли по старому деревянному мостику, который тихо поскрипывал под ногами.

В небольшом гроте Ксюша долго рассматривала наскальные рисунки.

— Представляете... этим, наверное, тысячи лет.

Рядом кто-то из современных туристов уже успел оставить надпись маркером.

— А это тоже история, — усмехнулся Анатолий. — Только не самая красивая.

Ксюша рассмеялась.

Она радовалась буквально каждой мелочи.

Свежему морозному воздуху.

Тишине.

Поездке за город.

Компании человека, рядом с которым чувствовала себя спокойно.

Анатолий же все чаще ловил себя на мысли, что наблюдает не столько за зимним пейзажем, сколько за ней.

В ее непосредственности было что-то удивительно светлое.

Он видел, что их отношения становятся ближе.

Но прекрасно понимал и другое.

До чего-то действительно серьезного еще очень далеко.

Ксюша была слишком молода, слишком доверчива и совсем неопытна.

Когда они поднялись по тропинке обратно к дороге, Анатолий неожиданно остановился.

На вершине, возле черного внедорожника, стоял знакомый силуэт.

Дубченко.

Он тоже заметил их.

Несколько секунд мужчины молча смотрели друг на друга.

Потом Дубченко отвернулся.

— Кто это? — тихо спросила Ксюша.

Анатолий поморщился.

— Нехороший человек.

— Вы его знаете?

— К сожалению.

Они медленно пошли дальше.

— Он угрожает моей дочери и ее жениху. И, кажется, теперь не прочь заняться и нами.

Ксюша испуганно посмотрела на него.

— Мне страшно...

— Не бойся. Просто будь осторожна.

Он достал телефон.

— По пустякам можешь не звонить. Но если почувствуешь хоть малейшую опасность — в любое время дня и ночи.

Она молча кивнула.

Через несколько минут подъехало такси.

Они уехали.

Дубченко проводил машину тяжелым взглядом.

— Пусть хоть кому-нибудь еще будет плохо, а не только мне.

Рогачев уже успел выяснить, где живет Ксюша.

Оставалось лишь нанести один точный удар.

Вечером Дубченко воспользовался магнитным ключом, который Ксюша когда-то потеряла.

Дверь подъезда открылась без единого звука.

Он поднялся на нужный этаж и позвонил.

Дверь открыл Матвей.

— Добрый вечер.

— Мы знакомы?

— Нет.

Дубченко улыбнулся почти приветливо.

— Но думаю, вам будет интересно узнать одну вещь.

Матвей насторожился.

— Какую?

— А вы знаете, что ваша сестра встречается с женатым мужчиной? К тому же старше ее почти на двадцать лет.

— Не может быть.

— Может.

Матвей покачал головой.

— Ксюша на такое не способна.

Вместо ответа Дубченко протянул несколько фотографий.

На них Анатолий и Ксюша сидели в кофейне.

Гуляли по набережной.

Выходили из такси.

Матвей медленно побледнел.

Когда поднял голову, Дубченко уже уходил.

— Всего доброго.

Матвей долго сидел молча.

Потом резко поднялся.

— Сейчас же разбужу ее.

Но Светлана остановила мужа.

— Не надо.

— Свет...

— Утром. Спокойно. Без крика.

Он тяжело выдохнул.

— Хорошо.

На следующее утро Ксюша только успела умыться и сесть завтракать.

Матвей придвинул стул ближе.

— Кто такой Анатолий Васильевич?

Она вздрогнула.

Ложка дрогнула в руке.

— Это...

Она уже собиралась придумать очередную ложь.

Но Матвей тихо сказал:

— Ксюша.

Она подняла глаза.

— Ложь уже однажды привела тебя к большим неприятностям.

Он говорил спокойно.

— Поэтому сейчас лучше сказать правду.

Ксюша задрожала.

На глазах выступили слезы.

— Это... единственный человек... с которым у меня настоящее взаимопонимание.

Она всхлипнула.

— Я ему доверяю...

Голос окончательно сорвался.

— Но теперь вы запретите мне с ним общаться... еще и родителям расскажете...

Матвей неожиданно обнял сестру.

— Тише.

Она заплакала сильнее.

— Я ничего пока не запрещаю.

Он осторожно погладил ее по голове.

— Сначала хочу познакомиться с этим человеком. А потом уже будем думать.

Светлана тоже улыбнулась.

— В первой любви нет ничего плохого.

Ксюша удивленно посмотрела на нее.

— И знаешь...

Светлана поставила перед ней чашку чая.

— Людей, которым ты можешь доверять, гораздо больше, чем тебе кажется.

Еще до начала занятий Ксюша написала Анатолию.

«Нам нужно поговорить. Матвей все знает.»

Ответ пришел почти сразу.

«После занятий встречу тебя. Спокойно все обсудим.»

Ксюша впервые за долгое время почувствовала облегчение.

В это же утро Лиза зашла в аптеку.

Она долго стояла у витрины, прежде чем негромко сказала:

— Можно... тест на беременность?

Рядом оказалась госпожа Жарковская.

Она презрительно усмехнулась.

— Ну надо же... У лисички, похоже, будет приплод.

Лиза сначала промолчала.

Потом спокойно посмотрела ей прямо в глаза.

— А медведице остается только лапу сосать.
 Это был намёк на толстую тяжёлую шубу Жарковской из натурального меха. Вообще, у неё была "брендо-мания", что в высших кругах отнюдь не считалось хорошим вкусом, но было очень затратно.

Взгляд Жарковской мгновенно похолодел.

Она поджала губы.

Но ничего не ответила.

Через стеклянную дверь было видно, как Фредди открыл Лизе дверь автомобиля.

Заметив Жарковскую, он лишь окинул ее холодным презрительным взглядом.

Машина уехала.

Жарковская еще долго смотрела ей вслед.

Вечером на очередной встрече представителей крупных компаний разговор зашел о семьях и наследниках.

Жарковская будто бы невзначай усмехнулась.

Так тихо, чтобы услышали только сидевшие рядом Дубченко и Йошихиро.

— Забавно получается...

Она отпила глоток кофе.

— У Дубченко наследник бестолковый...

Пауза.

— У Йошихиро его вообще нет...

Она выдержала еще одну паузу и добавила почти шепотом:

— А у молодых конкурентов, говорят, ожидается пополнение.

За столом никто больше не обратил внимания на эти слова.

Но двое мужчин прекрасно поняли, кому именно они были адресованы.