Миссия заноза ч 5. Чернвик

Сущность провела Диму к Айеру…

Комната, в которой находился проводник, была совсем непонятна для Дмитрия, но он не обратил внимания на необычные пульсирующие выступы и переливающиеся ниши. Его внимание сразу привлёк друг.

Айер полулежал, полусидел в коконе из мерцающих нитей. Он был бледный, почти прозрачный. И он не дышал!

— Он жив? — невольно вырвалось у парня.

— Да, не переживайте, — спокойно ответила фермер. — Он жив.

Сущность посмотрела на Диму, потом на Айера и ещё более мягким голосом объяснила:

— Не переживай, человек. Нам нет необходимости в газообмене, мы не дышим. Твой проводник дышал только для того, чтобы ты чувствовал себя комфортно.

Только сейчас Дмитрий заметил, что хозяйка дома тоже не дышит.

— Ясно, — как можно спокойнее ответил парень.

— Что с Айером? Я могу как-нибудь помочь?

— Не знаю. Ваш проводник потратил слишком много чистой энергии и теперь находится в очень нестабильном состоянии.

— А пополнить эту энергию можно? Может, есть какие-то лекарства? Усиленное питание?

Сущность едва заметно улыбнулась.

— Я, к сожалению, всего лишь фермер... В столице, возможно, его бы подключили к общему потоку. Здесь я не могу. Я могу дать ему только полуплотную энергию, что выращиваю. Первичной, чистой энергии у меня нет.

— То есть в столице смогли бы помочь. А в столицу нам, пожалуй, нельзя.

Айер начал шевелиться в своём коконе и прерывисто дышать. Хозяйка дома подошла к нему и, словно занавеску, откинула переливающийся полупрозрачный слой.

— Дмитрий, друг мой, как ты?

Айер говорил с трудом. Он именно говорил, а не транслировал мысли, как это делала фермер.

— Всё хорошо. Ты не трать энергию, не пытайся быть на меня похожим. Я понимаю.

Айер несколько раз ещё глубоко вздохнул, и его дыхание исчезло.

— Благодарю, — уже громкой мыслью ответил проводник.

— Как ты сам?

— Ничего. Благодаря Нейре я буду в порядке. Мы успели выбраться до полной аннигиляции.

— Я не представилась, моё упущение. Меня зовут Нейра.

Дмитрий с благодарностью посмотрел на хозяйку дома.

— Ещё раз приятно познакомиться. Я могу чем-нибудь помочь, Нейра?

Айер закрыл глаза. Казалось, по его телу пробегают едва заметные всплески света.

— Вашему проводнику нужен покой.

Хозяйка дома вновь закрыла кокон.

Дмитрий задержался у кокона. Он смотрел на сущность, которая была одновременно чуждым существом из непонятного мира, а с другой стороны — стала настоящим другом.

— Я найду способ помочь... обязательно найду, — тихо сказал Дмитрий и вышел следом за Нейрой.

Они снова прошли по выпрямляющимся перед ними туннелям из потоков и вошли в небольшой зал. Вот здесь впервые Дмитрий увидел комнату, которая была ограничена подобием стен. Их роль выполняли более плотные и однотонные потоки энергии, и начал понимать, что, похоже, в этом, как можно сказать, доме вовсе нет понятия статичных помещений.

— Подождите здесь, пожалуйста. Вам нужно пополнить силы и поесть. Я сейчас принесу завтрак.

Нейра ушла, и Дима от безделья стал осматриваться. Он немного покрутил головой в центре зала, потом подошёл к тому, что посчитал стеной, и коснулся её. Рука не провалилась. Стена лишь немного прогнулась под нажимом и спружинила.

«Да, на ощупь как плотный гель».

Пройдя несколько кругов по пустому залу, Дима начал искать глазами, где бы присесть.
И снова, как и на улице, из тонких нитей начала возникать структура. Сперва она походила на кокон, в котором был Айер, но потом Дима вновь ощутил взгляд-прикосновение, и кокон, словно немного подумав, преобразовался в удобное кресло.

Парень с благодарностью сел. Постепенно рядом всё тем же образом появился столик. Дмитрий откинулся в кресле и попытался разобраться в ситуации.

«Так, Айер истощён, я не знаю, как ему помочь, да и угроза Занозы, видимо, никуда не делась. Что делать? Сидеть, ждать? Или попробовать найти тех представителей старейшин самому? А вдруг арест — это их рук дело?»

В комнату вошла Нейра. Она несла поднос с дымящейся ароматной картошкой и стаканом молока. Большой ломоть белого хлеба кокетливо выглядывал из-под льняной салфетки.

— Вот, поешьте.

Дима настороженно посмотрел на поднос. Еда выглядела абсолютно натуральной. Но одно дело — могущественные старейшины, которые могли и материализовать ресторанные блюда, другое дело — простая фермер.

Вдруг Дмитрия захватила мысль.

«Стоп, а откуда эта сущность знает, что я ем? И вообще, откуда она настолько хорошо знает мой язык?»

— Нейра, можно вопрос?

— Конечно, Дмитрий. Я отвечу на любой вопрос, если буду знать на него ответ.

— Хорошо. Вы где так здорово выучили мой язык?

— Я его не учила. Изучение языка и культуры других — это работа проводников. Знания мне передал Айер.

— Передал?

— Да. Он отдал часть своей энергии, чтобы я могла позаботиться о вас в его отсутствие. Вы ешьте, у вас тоже мало энергии.

Дима ещё раз с неким недоверием посмотрел на поднос, но голод студента отметал все сомнения.

«Кто ел в столовке, тот может съесть всё».

И уже с явным удовольствием приступил к еде.

Когда молодая картошка была почётно съедена и сдобрена стаканом молока, а от ломтя хлеба не осталось даже крошек, Дмитрий снова почувствовал, как благодушное, сытое настроение мягко обволакивает его мысли. Сейчас словно и не было ничего странного. Всё казалось обыденным, даже родным.

— Поел, пора и честь знать.

— Простите, Дмитрий, я не понимаю этого оборота.

— О да. Благодарю за вкусный завтрак. Я, может, хоть чем-то могу помочь?

— В чём? — с искренним недоумением спросила Нейра.

— Ну, не знаю. Может, нужна помощь по хозяйству или по уходу за Айером? Вы, вижу, одна…

— Увы, вы не можете помочь своему проводнику, так как у вас нет источника чистой энергии. А мне по хозяйству помощь не нужна, я отлично справляюсь. Если хотите, я могу показать вам поля.

— Да. Так как я не могу пока помочь другу, а беспокоить его явно не стоит, то почему бы и нет. Не сидеть же мне просто так.

Дима и Нейра, выйдя из комнаты, попали не в коридор — они оказались у обрыва.

Вниз с обрыва не спадали потоки — они были невероятно яркие, даже ярче, чем город Айера. Эти потоки походили на водопад. Казалось, они одновременно были монолитом и в то же время состояли из миллионов тончайших лучиков, словно свет пропустили через мельчайшее полотно. Эти потоки неслись вниз и исчезали в неведомой, неосязаемой глубине.

Но не это поразило парня.

Он поднял взгляд и увидел исток этих нитей. Они возникали из едва видимого пульсирующего шара. Он скорее ощущался, чем был заметен, и только когда нити касались поверхности, если можно было так сказать о немного пружинящей под ногами субстанции, они словно пропитывались неимоверным буйством красок.

Дима несколько секунд зачарованно смотрел на всё это буйство красок и думал:

«Столько энергии… Не могу даже вообразить. Это выращивают? Или вот тот шар её генерирует?»

Потом вспомнил, что его мысли не читают, и уже вслух спросил:

— А вот тут шар — это генератор?

Дима на некоторое время даже забыл, где он. Это буйство красок вызывало какое-то непонятное ощущение вожделения, покоя и одновременно прилива энергии, словно на празднике. Да, это напоминало детский праздник, красиво украшенный и, возможно, ещё с фейерверком и салютом.

— Не расскажете? Вот вы говорите, что выращиваете энергию. Как?

— Да, я фермер по понятиям вашего мира. Я действительно выращиваю эту энергию. Мы берём семя энергии и, подпитывая его полуплотной энергией, даём ему возможность напитаться. И потом, внизу — там очень глубоко — она собирается и перенаправляется уже куда нужно. А наш дом — он тоже состоит из энергии. Чем нам необходимо плотнее, тем просто больше её используется. Это сравнимо с уплотнением войлока в вашем мире. Есть совсем воздушная вата, есть ватные диски, а есть плотный войлок. Не удивляйтесь, эти знания мне тоже передал Айер, и я могу объяснять вам понятия вашего мира. Сейчас я своего рода выполняю его роль.

Почему-то Дмитрию показалось, что это не очень нравится Нейре, хотя она и выполняет это с полным чувством долга.

— То есть, по сути дела, вы используете энергию и, в зависимости от того, что вам надо, делаете её плотной, неплотной, создаёте свои строения, верно?

— Да, но есть один нюанс: строения мы не создаём. То, где мы обитаем, — не совсем дом в вашем понятии. Вы, конечно, уже заметили наше отличие от вас. Нам нет необходимости иметь дом как таковой. В нашем мире нет погодных катаклизмов, устройство мира иное, нам не от чего прятаться. Но хочется всё-таки жить как-нибудь обособленно, поэтому мы сплетаем для себя среду обитания. Энергия будет находиться в том положении, в каком нам удобно, ровно столько, сколько это будет нужно. Когда мы передвигаемся либо когда нам это уже не нужно, энергия переходит в общий поток или в поток дома. Зачем же её перерасходовать?

— А откуда энергия понимает, что вам конкретно надо?

— Дмитрий, это очень сложно, но постараюсь объяснить вам. Дело в том, что для меня этот вопрос никогда не возникал, это всегда было так. Но чтобы вам это объяснить... Вот смотрите, вы знаете, куда вам ставить ногу для того, чтобы идти?

— Ну конечно, этим командует мой мозг. Логично.

— А вот мир наш знает, что нужно нам в данный момент. И кто этим руководит — это всегда было так. И есть мнение, что этим руководит чистый поток энергии. Но, честно, это уже из области, как бы вы сказали, религии, веры.

Дмитрий заметил в голосе Нейры смущение и решил дальше не давить на свою собеседницу. Он достаточно шутливым голосом ответил:

— Красиво у вас тут. А что внизу?

— Внизу идёт сборочная станция. Вот как раз моя задача и заключается в том, чтобы следить, чтобы эта станция правильно работала. Хотите, мы туда спустимся?

— Давайте спустимся.
Дмитрий и Нейра стали на небольшую платформочку, и она ожидаемо, как лифт, начала спускаться мимо водопада из многоцветного потока и переплетающихся нитей. У самого низа платформа остановилась, и Дмитрий увидел невероятный танец тончайших лучиков, которые сплетались в более плотные, ещё более плотные и, в конце концов, превращались в канат, который уходил глубоко в землю. Ну, вернее, в плотный тёмный слой — бесцветный, практически чёрный слой.

— Вот моя задача — следить, чтобы всё правильно складывалось. А, я понимаю ваш следующий вопрос и сразу же на него отвечу: то, что вы видите как тёмный слой, на самом деле максимально плотная субстанция. Наверное, в нашем мире это своего рода защитная плёнка, крышка, которая позволяет транспортировать огромные потоки энергии в общий распределитель.

Дима почему-то вспомнил законы физики: ничего ниоткуда не берётся, ничего никуда не девается. Но куда оно девается дальше, Дима увидел — понятное дело, что потом это, как с конвейера, раздаётся всем. Ну или продаётся, это уже не столь важно. А вот откуда оно берётся? Тот шарик сверху даёт такой огромный поток внизу, странно…

Но уже задавать вопрос об этом Дмитрий не рискнул. Он увидел, как тяжело Нейре подбирать правильные слова, и понимал, что утомляет свою собеседницу. Тем более она, пользуясь тем, что он стоит и любуется канатом из энергии, отошла от платформы и деловито что-то поправляла в тончайших потоках.

Дмитрий попытался коснуться потока, он ожидал чувства жара или хотя бы сопротивления, или, возможно, того, что поток его отбросит, но неожиданно в руке у студента сплелась сперва едва узнаваемая и постепенно становящаяся настоящей банка с газировкой, холодной газировки, той, которую он любил. На секунду перед тем, как газировка окончательно опустилась ему в руку, он вновь физически ощутил на себе взгляд.

«А действительно, я хочу пить».

Дмитрий смотрел на банку с газировкой и не понимал. Откуда этому потоку вообще известно, что такое газировка!

Нейра закончила обход потока и подошла к парню.

— Я здесь закончила, мы можем пройти дальше.

— Я вот, — Дима виновато показал на баночку, — случайно… Ему вдруг показалось, что он не имел права использовать поток, а вдруг теперь у его хозяйки будет недостача…

— О, у Вас возникла потребность в жидкости, приношу извинения, не уделила должного внимания. Если вам нравится, смело пейте, она не будет хуже привычной вам.

— Но откуда?

— Прошу прощения, я не поняла вопроса.

— Откуда эта банка газировки?

— Вы же захотели пить, вот то, что вы обычно пьёте, когда жажда не сильная.

— А откуда поток знает, что мне нужно?

— Вы сами это сообщили, не волнуйтесь, вы пробыли в тюрьме не настолько долго, и ваш энергообмен восстановился полностью. Так как вы плотный, отключение у вас было длительней. Нейра опустила глаза.

— Вашему проводнику повезло меньше. Его энергообмен почти закрыт.

— Я могу как-то на это повлиять?

— Ваш проводник практически стёрт, — спокойным тоном начала объяснять Нейра.

— Его энергообмен сейчас держится только на остатках чистой энергии. Я стараюсь его поддержать, но, увы, моя полуплотная энергия не может его питать. Я лишь могу сохранить в нём остатки того, что осталось.

— А откуда берёте чистую энергию?

— Эта энергия приходит к нам из тонких миров.

— То есть вы зависите от тонких миров?

— Возможно, я никогда об этом не задумывалась. Я знаю, что чистая энергия приходит оттуда, как бы вы сказали, сверху.

А старейшины распределяют её между всеми. Если объяснять на вашем языке, это то, что даётся при рождении.( продолжение следует)