Пяяять как пела Трейси Лордс

     Советские диссиденты, по словам Дёмина, лично знавшего всю эту мразь по эмиграции, ведь был Михаил самым первым советским писателем - невозвращенцем, не продававшиеся в Союзе за рубли, массово продались за доллары в Европе. Странный был человек, с белогвардейцами, родственниками раскусался из - за их антисемитизма, а он сам, как истинный блатной, был интернационалистом, совковых искренне презирал за подлость и мелкость в гнусностях, во всей красе проявившихся на Западе, короче, человек правильный, всегда сам по себе, хотя сидеть на шеях баб натуральным альфонсом мне представляется западло, но это, в конце концов, его дело, не мне лезть и рыгать. Именно честность Дёмина зацепила меня, я перечитываю его трилогию влёт, запоем, восхищаясь и благодаря первого из русских писателей ( не считать же барина Гиляровского и политизированного босяка Горького ), кто жил воровской жизнь и описал её во всём своем убожестве, красоте, глупости, безысходности, как и вся человеческая жизнь, безотносительно воззрений человека. Наша общечеловеческая неприкаянность, особенно ярко описанная русскими классиками, никуда не девается и в двадцать первом веке, бесприютность человеческой личности, странные вопросы перед собой и неожиданные идеи, возникающие в наших косматых русских головах - это вещь. Или штучка, раз уж влюблён я в замечательно придуманный и ещё лучше воплощённый образ Диты фон Тиз, хотя и равнодушен к гламуру, стриптизу и прочей х...не, но всегда говоря только правду, не могу не повторить : Хизер Суит сделала свой образ воистину перфект и недостижимо для всех остальных прочих, за что честь ей и хвала с моей пожизненной влюблённостью и обожанием с написанием бессмысленных и никчёмушных сказочек, умеющих единственно поднять настроение и развеселить прочитавших, хотя ей и сложнее за невладением моим прекрасным языком, любимым и приводящим меня в восторг своей пластикой и богатством. А всего - то и делов : несколько дней ничего не видеть на русском, читать Дёмина, писавшего по - русски, но избегать соцсетей и СМИ, смотреть документалки Аттенборо, озвученные Владимиром Курдовым, и слушать саундтреки к фильмам Дарио Ардженто и Родригеса с Тарантино, отличавшихся безупречным вкусом к подбору музыки в своих бестолковых кинишках.
    - Чаще всего, - буровил пьяней вина Хваткин из братов Вайнеров, окучивая доброхотные ослиные уши техасских либералов на хате агента КГБ, - они моноссиденты, так как сидели только раз. Ну а те, кто два раза, те, конечно, диссиденты.
    А потом загнал тупым амерам за Волгу - Волгу и Миссисипи и Миссури, нескрываемо издеваясь над тупостью не знающих вообще ничего о русских и Советском Союзе мудаков. Те переспрашивали, искали аллегории в его загадочных словах, а крайне циничный, но в то же время поразительно честный и откровенный, бывший палач МГБ, силой творчества придумавших его евреев, отпускал все грехи чудесному, творческому, гениальному племени, наглядно показывая убогость и ущербность примитивного антисемитизма.
    - Вот чево любовь с людями делает ! - орала в трубку наша чорная икона и Снежная Королева Алиночка кисочка Витухновская на ухо хихикающей и донельзя довольной собой Лизавете Готфрик. - Придумал он нас с тобой, а ведь мы, не будем скрывать, еврейки, и от любви придуманной отудобел, передумав быть национал - социалистом, патриотом и даже русским, не говоря об антисемитизме.
    - Это чо, - шептала в ответ Готфрик, - а вот когда он по трансам едет головой, то и в пидоры уйти готов.
    Витухновская зашаталась, белея, только сейчас поняв, какой охрененный человечище этот самый коала. Без излишней скромности вынужден подтвердить её совершенно правильное мнение, я действительно такой.