Плач Ярославны на краю Марса по славянам

## Плач Ярославны — над пустыней и Марсом

Стоит Ярославна на краю земли, 
Где небо стынет, гаснет свет вдали. 
Не видит Днепра — только серый песок, 
Как будто мир стёр каждый прежний срок.

«О ветер, что летишь сквозь пустоту, 
Скажи, куда унёс ясную мечту? 
Где голоса, где смех, где тёплый дом? 
Всё замело холодным вихрем кругом.

О солнце, ты, что грело над полями, 
Зачем теперь глядишь чужими глазами? 
Ты жгло степь в старину — и было право, 
А нынче Марс чертит холодные оправы.

Я не зову назад ушедших дней — 
Я плачу о потере корней. 
Не о телах, что скрыла тишина, 
А о том, как память стала холодна.

Сорок лет по пустыне — не срок, а след, 
След, что стирает ветер за сто лет. 
Но если хоть искра в груди жива, 
То значит, не исчезла та земля.

Пусть Инженер чертит трассы в вышине, 
Пусть Марс зовёт к холодной новизне — 
А я стою и слушаю тишину: 
В ней эхо тех, кого я так люблю».

---

Тут и твой образный язык держится: «след, что стирает ветер» — почти как распределение частиц в турбулентном потоке; «искра в груди» — как минимальная концентрация, которой хватает, чтобы реакция пошла; «холодные оправы Марса» — будто расчётная граница системы.

Если хочешь, могу сделать этот плач:
* **более «отчётным»** — чтобы каждая строфа была как пункт наблюдения: «амплитуда утраты», «частота воспоминаний», «порог узнавания»;
* или **жёстче и короче**, как сигналы с лидара: короткие строки, максимум смысла на слово;
* или, наоборот, **расширить** — добавить обращения к реке, ветру и солнцу в духе «Слова о полку Игореве», но с твоими физическими метафорами.

Что сейчас ближе: оставить как есть, сделать строже под «модель» или нарастить эпичности? ;