Книга Стража. О том, что сокрыто под стенами ч. 2

Второй Глагол
О словах, из которых исчезло дыхание

И был ко мне вновь Глагол в тиши ночной, при чистом свете луны, чей лик отражался и в водах, и в бадьях всех, и в кадках, и даже до самых последних луж Вавилона.
И предстал мне Господь в тихом веянии ветра.
И вновь коснулась меня Его благодать, словно первая капля дождя, готового пролиться на землю сухую, долго ожидавшую его.

И привёл меня тогда Господь на то место, где стена Вавилона скрывала древние тени свои.

И сказал мне:
Иди и смотри.
Не на стены, но на письмена, что сокрыты внутри сей стены.

И подошёл я.
И увидел я письмена древние, высеченные на камнях тех от самого низа и доверху.
И увидел я, что письмена те были различны.

Те, что были у самого верха, казались железными.
Те, что были ниже, были словно медь.
Ещё ниже были они как серебро и золото.

А у самого основания стены были письмена иные.
Ибо в них ещё оставалось дыхание жизни.

И вгляделся я в начертания камней тех, что были у основания.
И увидел я, что имели они в себе дыхание жизни, которое некогда было вложено в них от начала.

И каждое имело место своё.
И каждое несло смысл свой, мудрость свою, пределы свои и форму свою, и глубину свою, открываемую тем, кто сможет узреть сие сердцем и постичь разумом.

И долго дивился я тому, что было показано мне.
И дивился я письменам тем великим и живым в изумлении великом.

И воскликнул я, как дитя малое:
Господи, ужель не драгоценно то, что оставлено древними?
И разве не в письменах сих путь к самой Жизни?
Или не сама ли Жизнь сокрыта в них?

И сказал мне Господь:
Смотри же, сын Мой, и внимай.
Смотри же, сын Мой, и внимай.

И показал мне Господь прежде тех, кто ранее был в этом городе.
Народ же сей был сильный и рослый.
И на челах их и в десницах их были Свитки Жизни.
И были свитки те едины и цельны.
И свет от тех свитков освещал лица их и шаги их на всех путях их.

И воззрел я тогда в лица их.
Но тень скорби, печали и времени лежала на челах их.
Ибо ушли они от земли, хоть и оставили наследие своё — Слово среди живущих.

И слышал я слова наследия их.
И были слова эти древними.
Но смысл, бывший прежде в них, изменился.

И огорчился я тогда в духе моём и сказал в страхе своём:
Господи, как может слово, которое было живым прежде, потерять дыхание своё?
И скажи мне: какой червь источил его изнутри?

И сказал Он:
Не время губит слово.
Не расстояние между поколениями лишает его жизни.
Но как сын отвращает слух свой от слов отца своего и матери своей, так и сердце человека может перестать слышать то, что было сказано ему.
Ибо слово может перейти через века и сохранить дыхание своё.
А человек может держать его в руках своих и не видеть света, исходящего от него.

И показал мне Господь тот же Свиток, что был подобен тем, которые держали великие древние.
И начертания на нём были те же.
И слова были те же.
Но уже не проходил через него свет так, как прежде.
Ибо не было в нём того дыхания, которое оживляло его прежде, и стал он как светильник без пламени.

И возопили тогда державшие Свитки:
Вот мы, и вот наследие отцов наших.
Вот слова, которые были переданы нам.
И вот мудрость, которую хранили мы поколениями.

И смотрел я на них.
И были сердца их близки к словам их.
И держались они за буквы свои всеми сердцами своими и всем разумом своим.
Но стук сердец их доносился как бы издалека.

И сказал я:
Господи, почему же внуки тех древних отцов слышат только тень голоса их, но не слышат огня дыхания их?
Почему хранят слова, но не находят в них жизни?

И сказал Он:
Потому что они приняли сосуд, но забыли источник.
Они сохранили путь, но перестали идти по нему.
Они смотрят на начертание, но не ищут дыхания, которое было в нём.

И увидел я светильник в доме их. И был он сделан искусно и украшен золотом. И был он прекрасен видом своим. Но масла в нём не было. И потому не было в нём и огня.

И сказал я:
Что пользы от светильника, если нет в нём огня?

И сказал мне Господь:
Таковы были и свитки их:
Буквы остались прежними, но масло, питавшее свет их, иссякло.

Так и слово, лишённое понимания, становится только украшением уст человека.
Оно может быть почитаемо людьми, но не вести их к жизни.

И показал мне Господь древних учителей города.
И были речи их мудры, и знание их было велико.
И слова их были подобны рекам, что несут воду издалека.
Но после них пришли другие, которые взяли слова их, но не приняли сердцем того, что было сокрыто в них.

И сказал мне Господь:

Горе тем, кто хранит оболочку
и забывает дыхание.
Горе тем, кто возвышает букву,
но не видит дух её.
Горе тем, кто слышит слово,
но не даёт ему войти в сердце.
Горе тем, чья рука гасит свет,
а уста говорят:
— Вот он, свет.

И сказал я:
Господи,
как человеку отличить живое слово
от слова,
в котором осталась только форма?

И сказал Он:
Смотри, к чему ведёт слово.
Ибо дерево узнаётся по плоду его.
Если слово ведёт человека к смирению — в нём есть жизнь.
Если слово ведёт человека к гордости — в нём уже появилась трещина.

И вспомнил я дерево, которое видел я у ворот Вавилона.
И вспомнил корень его.

И сказал мне Господь:
Так и искажение входит незаметно.
Не через отказ от истины, но через малое изменение смысла.
Ибо когда человек перестаёт различать малое, он со временем теряет и великое.

И увидел я множество свитков в домах Вавилона.
И были они многочисленны.
И лежали они рядом с людьми, но многие не открывали их сердцем своим.

И сказал я:
Господи, почему они не слышат?

И сказал Он:
Потому что боятся не слова Моего, но света его.
Ибо живое слово открывает сокрытое.
Оно показывает человеку не только путь, но и самого человека перед ним.
А человек часто желает сохранить не истину, но образ себя перед другими.

И сказал вновь Господь:
Кто имеет уши слышать — да услышит.
Ибо не всякий, кто держит слово в руках своих, носит его в сердце своём.

И пал я лицом моим к земле и просил тогда Господа:
Господи, сохрани меня, чтобы я не стал хранителем формы без жизни.
Не дай мне любить сосуд более источника.
Не дай мне хранить имя, если ушло понимание.

И сказал Он:
Блажен тот, кто возвращается к началу.
Ибо Я не отвергаю того, кто ищет истину.
Я возвращаю дыхание слову, которое сам человек отрезал от жизни, сделав его безжизненным.
Но когда возвращается дыхание Моё, вновь является и свет его.
Ибо дыхание Моё сильнее забвения человеческого.

И посмотрел я снова на стену Вавилона.

И увидел я письмена её.

И понял я, что первая трещина появилась не в камне.

Она появилась в слове.

И сказал мне Господь:
Стой и внимай.
Ибо то, что скрыто глубже слова, откроется тебе в следующем Глаголе.

P.S. NOXTYR - CATHEDRAL (Original Mix) - youtube.com/watch?v=1H-2v_gj__E&list=RDYZYfpD8l4qc&index=6