Танцевальная чума...

Страсбург, июль 1518 года. Лето гнилое, тяжёлое. Хлеб дорожает, чума ходит по соседним городам, в церкви бьют в колокола от рассвета до заката. Люди живут, зажав страх в кулаке.

И вот на узкой улице появляется фрау Троффеа. Она выходит из дома босиком. И начинает танцевать.

День первый

Без музыки. Без улыбки. Лицо пустое, глаза смотрят сквозь. Руки дёргаются, ноги отбивают ритм, которого никто не слышит. Она танцует час. Два. Шесть. Падает от усталости, лежит минуту и снова встаёт. Соседи думают: сошла с ума. Зовут священника. Тот кропит её святой водой. Вода стекает по лицу, а ноги продолжают. К вечеру у неё в кровь разбиты ступни. Но она не останавливается.

День третий

К ней присоединяются трое. Просто встают рядом и начинают повторять. Те же рваные движения, те же пустые глаза. На мостовой уже кровь. Не её. Их.

Через неделю на улицах Страсбурга танцуют 34 человека. Мужчины, женщины, дети. Они не едят. Почти не пьют. Падают без сознания, и как только приходят в себя — встают и продолжают. Их лица серые. Губы в пене. Некоторые кричат от боли в ногах, но остановиться не могут.

День тридцатый

Танцуют уже 400 человек. Город в ужасе. Власти собирают совет. Лекари осматривают безумцев и выносят вердикт: горячая кровь. Единственное лекарство — дать им вытанцеваться.

И тогда город совершает самую страшную ошибку в своей истории. На рыночной площади строят деревянные подмостки. Нанимают музыкантов. Волынки, барабаны, флейты. Приводят профессиональных танцоров, чтобы «направить» безумие. Открывают гильдейские залы, чтобы люди могли танцевать в тени. Это должно было помочь. Но музыка будто подлила масла в огонь.

Люди танцуют сутками. Они не спят. Сердца не выдерживают. Один за другим падают замертво. От инфарктов. От инсультов. От полного истощения. Летописи пишут: до 15 человек в день. За месяц эпидемии — сотни трупов.

Матери танцуют над телами своих детей. Мужья держат на руках умирающих жён и продолжают двигаться, потому что ноги не слушаются головы.

Почему? Мы до сих пор не знаем.

1. Отравление спорыньёй. В хлебе мог быть грибок, вызывающий галлюцинации, судороги и психоз. Ergotismus convulsivus. Танец святого Вита.

2. Массовый психоз. Голод, чума, нищета. Стресс такой силы, что ломает психику целого города. Стресс-индуцированная истерия. Когда реальность невыносима, мозг выбирает безумный танец.

3. Религиозный экстаз. Проклятие святого Вита. Люди верили, что он насылает пляску на грешников. И страх перед проклятием вызывал само проклятие.

Но ни одна версия не объясняет главного: как можно танцевать, когда у тебя сломаны плюсневые кости? Когда сердце рвётся? Когда ты умоляешь, чтобы тебя привязали, а тебя ведут на сцену?

В сентябре тех, кто выжил, грузят на телеги. Везут в храм Святого Вита в горах. Там, у алтаря, надевают на них красные башмаки и читают молитвы. Некоторых изгоняют из города.

И однажды утром Страсбург просыпается. На улицах тихо. Только кровь на брусчатке и стоптанные до дыр башмаки. Фрау Троффеа никто больше не видел. Она вошла в историю как первая. Как та, что сделала шаг.

P.S.

Мы думаем, что владеем своим телом. Что можем остановиться. Лечь. Замолчать. В июле 1518 года 400 человек доказали обратное.

Иногда что-то внутри берёт вожжи. И ты танцуешь. До конца. Даже если конец — это ты сам, падающий лицом на раскалённые камни рыночной площади.

А музыка всё играет.