Глава 30

     Лишь одна уступка Айвеном была сделана в сторону любимой. По телефону были слышны радостные нотки в его голосе. Им все же удастся провести вместе летний отпуск.

     Он объявил своей женщине о разговоре с одним старинным другом:

     -- Ты представляешь, позвонил Бенжамин. Мы с ним служили вместе. Он после флотской службы обосновался за границей. Переехал поближе к теплому морю, греет косточки под солнышком. Устроился вполне респектабельно. Свой дом, гостевой флигель, хамам, бассейн, сад, короче, все удовольствия.

     -- А кто он теперь? Так роскошно живет, -- с интересом стала расспрашивать Иза, – у него свой бизнес?

     -- Да, я служил под его начальством. А потом как-то завязалась дружба. Он тоже ко мне несколько раз приезжал погостить. Но вот уже в последнее время виделись редко. А тут, бац, звонок! У него, как я понял, какая-то торговая фирма, перевозки. Сильно не вникал, расспрошу уже на месте. Он меня позвал погостить, пообщаться, отдохнуть вместе.

     -- Ну, правильно, поезжай обязательно! Дружбу надо поддерживать.

     -- Нет, Айрис, ты не поняла. Я с тобой хочу съездить туда.

     -- Куда, к твоему другу? А я-то вам зачем?

     -- Я ему сказал, что если и приеду, то со своей любимой женщиной. Он воодушевился и сказал, что так даже лучше, а то жена скучает. Он же почти все время в разъездах.

     Айрис задумалась. Как ей объяснить супругу свою поездку за границу? Но все стало как-то уж очень удачно складываться. Провидение ей помогало, как могло. Роланд сам настаивал на том, чтоб Айрис взяла в компаньонки кого-то из подруг для летней поездки за границу. На том и решили.

     О такой возможности женщина радостно сообщила любовнику. Перспектива совместной поездки переполняла ее. А возможность побыть вдвоем довольно длительное время, ни от кого не прячась, еще больше подогревала ее стремление. Тревожил только сам перелет. Женщина панически боялась летать в самолетах. И каждый вынужденный перелет был для нее испытанием силы воли, заставлявший каждый раз преодолевать себя.

     Айвен созвонился с приятелем. Иза выбрала довольно симпатичный отель с демократичными ценами поблизости от места проживания Бенджамина. Большинство гостей, обычно из Европейских стран, в нем бронировали номера.  Договорились, что ее мужчина присоединится к ней уже в городе, на курорте этой гостеприимной южной страны. Лететь им нужно было из разных аэропортов.

     В день отлета Айрис была в приподнятом настроении с самого утра. Выбрала скромное количество вещей. Просила Роланда не беспокоиться о ее передвижениях по городу. Пообещала взять такси заранее. Он не возражал. Попрощался с женой на пороге квартиры, истребовав звонка по прилету в аэропорт на месте.

     Сосредоточенно переспрашивал:

     -- Так, ты все приготовила? Паспорт, телефон, планшет, права, лекарства… Все взяла? Где вы встречаетесь с приятельницей? Как ее имя? Мэри, кажется?

     -- Да, Мэри. Уже в аэропорту, -- чуть замешкавшись, нашла ответ Иза.

     -- Тогда пока, удачи! – он поцеловал Изу в щеку и вышел.

     Совсем небольшой чемоданчик и сумка ждали Айрис на пороге. Она еще раз взглянула на себя в зеркало и спешно набрала на телефоне текст смс. В ответ пропиликало. Экран высветил два слова: «Люблю! Лечу!»

     Все неудобства, связанные с перелетами, так нелюбимыми ею, Айрис перенесла стоически. Переполненный и суетный аэровокзал с орущими младенцами, шипящие змеи очередей у стоек регистрации, дотошный досмотр багажа, нервная дрожь по салону самолета и по ее телу при взлете. Приветливая стюардесса заботливо расспрашивала о самочувствии пассажиров. Ее лицо, источающее спокойствие и готовность помочь в любой проблеме, умиротворяло Изу. Она лишь попросила небольшую порцию бренди. После первого же глотка напряжение из мышц ушло. Шум, обустраивающихся людей в салоне отошел на второй план, как бы приглушившись самостоятельно. Удивительно, но в этот раз ничто не вывело ее из равновесия. И когда самолет повис в воздухе, Иза почти безбоязненно отдалась в объятия кресла и отключила телефон, предпочитая погрузиться в сладкие мечты о предстоящем свидании с Айвеном. Надела наушники и выбрала мелодию по вкусу. Чтоб достичь релаксации, женщина вообще закрыла глаза.

     До гостиницы Айрис доехала без приключений в микроавтобусе еще с несколькими приезжими. Рядом с ней сидела женщина ее возраста, разговорились. Время поездки пролетело без скуки до самого отеля. Получила все документы после регистрации и поднялась с портье на этаж в бесшумном лифте. И еще в кабинке отправила мужу сообщение о благополучном прибытии на место.

     Сердце ее стало бешено колотиться уже у самой двери в номер. Она еще не успела вставить карту электронного ключа, как за спиной послышались осторожные тихие шаги, и глаза ей прикрыли чьи-то ладони:

     -- Угадай, кто? – прошептал над ухом знакомый голос.

     -- Милый, наконец-то! Ты как умудрился здесь очутиться? Да еще и раньше меня? Как тебя пустили?

     -- Ну, если честно, то я уже был в аэропорту, когда пришло твое сообщение. Час с лишним разницы во времени. А здесь я тебя караулил сразу после того, как вещи закинул к Бенджамину. Проник при помощи силы своего обаяния. Девушка администратор на ресепшен перед ним не устояла. Ну, здравствуй, рыбка!

     -- Ах ты, ловелас! Привет, рыб! Поплаваем?

     Оба рассмеялись, закрывая за собой дверь ее номера. Здешний курорт, учитывая предпочтения гостей предлагал широкий перечень услуг и разнообразное меню. Айвен вполне комфортно устроился в гостевом доме своего друга. Так что о питании и бытовых условиях заботы с повестки дня для влюбленной пары были сняты. Им оставалось только отдыхать, путешествовать и наслаждаться друг другом.

     Первым делом они позаботились об аренде небольшого юркого автомобиля. Оформили на Айрис, у которой были права с собой. По узким улочкам южного города и дорогам, пролегающим между горных вершин, было удобней всего передвигаться на авто, а не заморачиваться с поездками на автобусах. Главное было изучить маршрут. Но пара и не собиралась уезжать куда-то запредельно далеко.

    Наступивший вечер Айвен и его спутница решили провести в небольшом уютном гостиничном баре под звуки современной музыки. Они решили отпраздновать свой первый полноценный совместный летний отпуск. Ритмичная и экспрессивная композиция отгрохотала. И сменилась медленной мелодией, располагающей к танцу.
 
     Айвен озорно закусил нижнюю губу и кивнул в сторону свободной танцплощадки, приглашая спутницу.

     -- Ой, ну, что ты! Танцевать, мы? Ну, впрочем, я черт знает сколько уже не танцевала! Почему бы и нет. – Иза оправила на себе легкий сарафан из струящейся ткани с тонкими бретелями, в который успела переодеться перед выходом из номера, тряхнула волосами и подошла к своему партнеру.

     С легкой улыбкой он спросил:

     -- А помнишь, когда мы с тобой танцевали вместе последний раз?

     -- Нет, не помню. А ты помнишь?

     -- А я помню. Собственно, с тобой мы последний раз танцевали вместе тогда же, когда и первый, -- Айвен сделал паузу в разговоре.

     Айрис вопросительно на него смотрела, и сама силилась что-то выудить из памяти.

     -- Это было на моем выпускном вечере в школе. Забыла?

     -- О, Боже! Точно, именно тогда. Мы вообще больше никогда вместе не танцевали. Неудачная попытка была лишь на встрече выпускников. Ужасно! И сколько лет с тех пор прошло?

     -- Да не лет, десятилетий, дорогая! Но ты все равно лучше всех танцуешь. И мне безумно нравится держать тебя за талию. И нравится вдыхать аромат твоих волос.

     -- Айвен, прекрати сейчас же! Ты меня в краску вгоняешь!

     -- А что я могу сделать, если я тебя постоянно хочу? Ласкать, целовать, прижиматься к тебе! Любимая моя рыба! А давай уйдем уже отсюда? Ну, к черту танцы!

     Смешливые мальчишка и девочка, держась за руки, сбежали в номер гостиницы. В темноте аллеи, усаженной какими-то причудливыми кустарниками, кактусами и пальмами, невозможно было понять истинный возраст пары. К ним вернулась молодость, озорство и желание любить.

     Утро они встретили в номере Изы. Наскоро договорились встретиться за завтраком в недорогом уютном кафе и расстались на время, чтоб привести себя в порядок перед походом в заведение.

     Заказали вполне сытный завтрак. Оба проголодались после бурной ночи. И молча, поглощали разные вкусности. Утолив голод, смогли уже в спокойной обстановке оговорить свои планы на день.

     Айрис сделала первое предложение:

     -- А что, если нам сегодня отправиться на машине на экскурсию? Побродим по старому городу, насладимся архитектурой, сфотографируем на память достопримечательности. Как тебе такой план? А потом найдем укромный кусочек пляжа, где будем совсем одни. Только нужно купальные принадлежности не забыть. Поплаваем. -- Айрис мечтательно закатила глаза.

     -- Да, я за любой кипишь, кроме голодовки. Лишь бы тебе было хорошо! Тем более, что я плавать не очень люблю. Я больше люблю тобой любоваться.

     Город встретил влюбленных жаром раскаленного камня мостовых под ногами. Солнце нещадно палило. Айрис пожалела, что забыла захватить с собой шляпу или бейсболку. Припарковав автомобиль, втиснув его в ряд стоящих машин, Иза с трудом выскользнула в узкий проход между ними. Парковка досталась неудачная, машина стояла прямо на самом солнечном участке. Но выбирать не приходилось. Мест больше не было.

     -- Да, уж! Пекло! Так, что-то, мне кажется, в первую очередь нужно тебе чепчик приобрести. Такой, знаешь, на завязочках! – Айвен скорчил смешную рожицу и показал, как под подбородком бантик завязывать от воображаемого чепца.

     -- Да, ну тебя, дурачок! Не чепчик, а панамочку. И еще воды пару бутылок.
 
     Выудив через узкую щель открытой задней двери машины сумки, мужчина и женщина отошли под тень дерева и огляделись вокруг в поисках ларечных торговцев. И совсем недалеко заметили ряд небольших торговых киосков, куда и направились.

     Выбрали Изе симпатичную белую сетчатую шляпу с красной атласной лентой, почти мужского фасона, подходившую, как нельзя лучше, к ее белоснежному льняному платью и невесомым кожаным кремовым босоножкам с тонкими ремешками и перепонками, открывающим ярко-красный лак на пальцах ног. Солнцезащитные очки в красной оправе она то опускала на глаза, то цепляла дужками за вырез платья, когда хотела сделать фотографию и запечатлеть красивый вид или пейзаж.

     Айвен был одет в свободную легкую футболку бледно-зеленого цвета и белые бермуды. То надевал он свою белую бейсболку козырьком вперед, то переворачивал, когда брал в руки фотоаппарат. А очки «Авиатор» с зеркальными стеклами в этот момент он надевал сверху на головной убор.

     Пара переходила от переулка к переулку, от одного здания к другому, вот им на пути попалось старинное здание. Это был известный шедевр османской культуры. Ослепительно белое строение с кованными старинными решетками на окнах и проемах.
 
     Айрис восторгалась тем, что ей открывалось за каждым новым поворотом. Присела на корточках у стены гробницы, чтоб поймать здание в удачный ракурс и сделать фото. Потом встала у окна и увидела свое отражение в зарешеченном стрельчатом окошке. Айвен подошел сзади и обнял ее за плечи. Они смогли сделать фото своих отражений в темном стекле окна. Получилось хорошо.

     И хоть неизведанного и неисхоженного пространства еще хватало, пара все же решила, что для первого похода сил потрачено предостаточно. Тем более, что наступал самый знойный отрезок времени. Зрело желание охладиться в прохладных водах и поваляться на песке пляжа.

     -- Ну, что, рыбонька, в обратный путь? – спросил Айвен женщину, которая все щелкала и щелкала затвором фотоаппарата. – Ты же купаться хотела?

     -- Сейчас, сейчас, милый, вот еще оттуда сфоткаю и поедем. – Иза носилась из стороны в сторону, не в силах остановиться, радуясь удачно выхваченному кадру и волшебству света.

     В конце концов они все же заползли в машину. Сели и заорали оба в один голос, настолько сидения раскалились на солнце, превратившись в сковороду. Быстро включив кондиционер, Айрис аккуратно вырулила на дорогу, ведущую вниз к набережной. Узкая улица была зажата между стенами старых домов и крепостными стенами. И машины, выстроившись в сплошную вереницу, с черепашьей скоростью ползли к морю.

     Лучи солнца слепили водителей, кондиционеры помогал мало. Так что через двадцать минут поездки пассажиры все равно стали мокрыми, словно их окатили из душа. Высушенные и разглаженные феном волосы Изы имели свойство в мокром состоянии завиваться в кудрявые локоны. Вот и теперь повлажневшие пряди змеями легли на лоб и шею. Под ними множились росинки пота, соединялись и стекали струйками в вырез белого платья.

     Айвен вынул из сумки Айрис по ее просьбе влажные салфетки и сам стер пот с ее лба и шеи. Он так близко сидел и так пристально смотрел на нее, что ее еще больше обдавало жаром его дыхания. Вот очередной ручеек стал извилисто стекать с покрасневшей от солнца кожи от подбородка вниз. Айвен протянул руку и пальцем задержал влагу у самой ложбинки на шее. Он чувствовал пульс Изы, видел, как вздымается ее грудь от учащенного дыхания. И пользуясь ее беспомощностью, запустил руку в вырез платья.

     -- Ты что делаешь, сумасшедший? Я и так от жары чуть жива. Не трогай меня, а то врежемся в кого-нибудь! И вообще, я вспотела вся, мокрая.

     -- Не могу. Вот именно. Ты такая мокрая и такая сексуальная именно сейчас, за рулем. Он поцеловал Изу в мокрый локон на шее. – И пахнешь ты, даже вспотевшая, просто сумасшедшим образом! Волосы отчего-то пахнут свежескошенной травой. Или нет, так листья бамбука пахнут! А, может, сахарного тростника?

     Мужское горячее дыхание, такое же, как и все, что их окружало снаружи, обжигало мочку уха. Его страстный шепот, такой сладкий, почти до приторного, как восточные сладости, проникал внутрь и растекался томной волной по ее телу. Слова, которые он ей шептал, предназначались только ей.

     Пульс в теле Айрис стал ощутимым не только на шее. Кровь стала пульсировать везде, в каждой вене, в каждом сосуде и даже в голове. Жар снаружи подогревал пару, желание физической близости росло, а скорость передвижения нет. Обоим казалось, что они так и умрут в истоме в этой закипающей консервной банке, не имея возможности слиться воедино в любовном экстазе, срастись, словно рыбы, плавниками. Это было обидно. И Айрис, и Айвен все злились и подгоняли пробку из машин, застрявшую где-то на полпути к морю.

    Но все когда-то кончается, даже нескончаемые пробки. Проехав еще какое-то количество километров, путешественники все же заприметили у скалистого побережья кусочек песка под соснами. Полого спускавшийся пригорок привел пару к небольшому дикому пляжу. Иза не поверила своим глазам. Он скрывался среди камней и огромных валунов, когда-то скатившихся с гор. После городской толчеи с толпами туристов найти обособленный пляж в разгар дня, да еще и с чистой водой, с душистым смоляным запахом сосен. О, это было чудесной наградой! Просто султанским подарком! Островок песка был крошечным, но им двоим больше и не было нужно. И именно по этой причине место пустовало.
 
     Айрис судорожно стала рыться в пляжной сумке:

    -- Да где ж ты есть-то? Ой, Бог мой! Я ж точно помню, что брала с собой.
     Айвен спокойно расстелил полотенца, взятые из номера, на белом песке. Прикрыл шляпой Изы бутылку с остатками воды. Достал из кармана сигареты и зажигалку и с удовольствием глубоко затянулся сигаретным дымом. Он сидел босой, согнув ноги в коленях, свесив с них кисти рук. Наблюдая за суетливыми движениями женщины, прищурился.

     -- Ты что ищешь, милая?

     -- Да верх от бикини куда-то завалился. Главное, крем есть, плавки есть, а бюстгальтера нет, -- простонала.

     -- А нужен? Ты столько времени на поиски потратила, что могла бы топлесс, в одних плавках уже плескаться на волнах. А можно и без них. Все равно нет никого. – Айвен хихикнул, поддевая спутницу. – Ну, ты ж смелая!

     -- Ага, хитренький! А вдруг еще кто-то это местечко с дороги заприметит и тоже захочет к морю спуститься?

     -- Ну, и пусть видят и завидуют.

     -- Тебе завидуют?

     -- Не-а! Твоей красоте! Ну, и мне немножко.

     Иза быстро сменила нижнее белье на плавки.

     -- А, ладно, пошла. Расстегни мне молнию, пожалуйста.
 
     Платье соскользнуло с плеч Изы. Мужчина чмокнул ее куда-то между лопаток. Наступая на раскаленный песок и повизгивая, она на носочках побежала к воде. Айвен снял футболку, оставшись лишь в шортах и бейсболке. Обувь утонула в чистом белом песке. После долгих пеших прогулок тепло пляжа снимало усталость стоп. Довольно вскрикнув, Айрис нырнула в волну. Первые прикосновения холодной воды к разогретому телу вызвали дрожь и чувство блаженства.

     -- Ах, ах! Айвен, давай, присоединяйся. Это просто здорово, правда!

     -- Сейчас, расслабляйся пока.

     Он дал Изе время поплескаться и немного поплавать. Она подныривала, фыркала от удовольствия и была действительно похожа на большую рыбу. Затем, не спеша, сам зашел в воду. Айрис, дурачась, брызгала в его сторону, оба визжали, и им опять было по шестнадцать или чуточку больше.

     Айвен поймал в объятия Изу. Она скользкая и уже достаточно остывшая оказалась на расстоянии поцелуя. Соленые жгучие губы, холодные острые соски обнаженной груди, тонкие руки, обвивающие его шею, давали понять, что их время пришло. Время любить и забыть обо всем. Хотя бы ненадолго.

     Волны моря им были в помощь. Они скрывали любовников от нескромных глаз и задавали ритм их движениям. Получив, наконец, то, что оба хотели, мужчина и женщина, довольные друг другом, вышли из воды, держась за руки, и без сил упали на полотенца. Лежали на животах валетом, чтоб видеть лицо друг друга. Струйки воды стекали с мокрой челки Изы. Несколько минут просто молчали. Она вдруг вспомнила, как сопротивлялся Айвен различным ее уговорам съездить куда-то вдвоем. Находил различные отговорки. Но скорей всего его останавливали финансовые трудности. А здесь вот, как все удачно сложилось.

     -- Ты не жалеешь, что приехал сюда? – вдруг решилась на вопрос.

     -- Нет, ну что ты. Я бы многое отдал, чтоб этот вояж еще раз повторить.

     У женщины промелькнула мысль в голове: «А что ж ты все время упирался. И никогда сам не предлагал провести вместе отпуск?» Но для упреков сейчас точно был неподходящий момент. Айрис молчала, прикрыв глаза, наслаждалась солнцем и покоем.

     Несколько раз Иза и Айвен проводили время с друзьями в их доме.
 
     Бенжамин представил Айрис своей супруге:

     -- Дорогая, познакомься. Айрис – подруга Айвена.

     -- Очень рады вас видеть в нашем доме! Меня зовут Нурай. Но мужу больше нравится имя Нора. И в Европе меня звали так.

     -- А как переводится имя Нурай?

     -- Оно означает «свет Луны».

     -- О! Это очень красивое имя! И я буду звать Вас Нурай, можно?

     Собеседница улыбнулась и кивнула. Миловидная женщина оказалась местной уроженкой, а не эмигранткой, как ее супруг. Вполне светское воспитание и европейское образование она получила за границей. Это и позволило пожениться Бенджамину и Нурай. Чета Эванс были общительными, дружелюбными и разносторонне развитыми людьми. В разговоре живо интересовались профессией Айрис. Легко поддерживали беседу на тему искусства и путешествий. Их гости оценили по достоинству красоту и удобство дома. Айрис и ее спутник чувствовали себя в жилище приятелей непринужденно. Никто не задавал неудобных вопросов. Лишь один раз Иза все же заметила взгляд Норы, задержавшийся на ее руке с обручальным и помолвочным кольцами, которые женщина никогда не снимала.

     Время, отведенное двоим, утекало, как песок сквозь пальцы. Иза улучала минутку, чтоб поговорить с Роландом и узнать, как дела дома, так чтоб Айвен при этом разговоре не присутствовал. Иногда они оставались ночевать вдвоем в ее номере. А иногда расходились спать порознь. И тогда Айвен общался со своим другом, сидя с бокалом бренди и сигаретой. Оба курили безбожно. Так что женщинам было бы неуютно в густом облаке табачного дыма слушать воспоминания и мужские разговоры на тему бизнеса с крепким словцом. Позже Иза просила передать супругам Эванс искреннюю благодарность за приятную компанию и теплый прием. В ответ получили уверения в дружбе и приглашение бывать у них по случаю.

     Для легенды, которая была придумана перед отъездом, нужна была подруга. И Айрис пришло в голову несколько фотографий сделать с приятельницей на пляже. Иза и Мэри познакомились, когда делили шезлонг, столкнувшись у бассейна. Внезапно вспыхнувшая перебранка привела к тому, что завязались приятельские отношения. Да, так бывает! Пару посиделок за завтраком в ресторане отеля, поход по лавчонкам за сувенирами, и вот уже собран багаж информации, который она привезет домой с воспоминаниями об отдыхе на курорте.
 
     Муж Изы не всех подруг с работы знал в лицо. Поэтому придумать, что жена поехала отдыхать с кем-то из коллег, было нетрудно.
 
     По возвращении Изу должен будет встречать Роланд, а за Мэри приедет ее супруг. Ну, и знакомиться всем вовсе необязательно. Разойдутся по своим авто, издали помахав рукой на прощание. Вот так все будет преподноситься Роланду.

     Приближался день отъезда. Так же, как и в начале путешествия, Айрис и Айвен должны были лететь разными рейсами. Мужчина отправлялся домой раньше на целых девять часов. Так что у Изы было еще достаточно времени, чтоб самой спокойно собраться в дорогу. Да и подумать над тем, как жить дальше. Она понимала, что без последствий этот вояж не останется. Слишком сильные эмоции она переживала за эти дни. Они наложат свой отпечаток на ее поведение, и ее мысли долго будут крутиться вокруг этого приключения.

     Айвен прижал Изу к себе и впился поцелуем в ее губы. Было немного больно. Отросшая щетина на его загорелом лице кололась. Айрис цыкнула и отстранилась от него, прижав руку к губам.

     -- Ты чего? Больно же! Губы вспухнут.

     -- А это, чтоб ты всю дорогу помнила обо мне и чувствовала мой поцелуй на прощание, любимая моя!

     Аэропорт, как улей, шумел и гудел. Созвучием и многоголосием заполнялось все вокруг. И если раньше ее это раздражало, то теперь женщина была благодарна толпам пассажиров. Это помогло ей скрыть волнение во время встречи с мужем. Перелет прошел ровно без сотрясений в воздухе. Она терпеть не могла воздушные ямы. От них у Изы проваливалось сердце куда-то на уровень пяток. Она вышла к супругу загорелая с выбеленными прядями надо лбом, совсем без макияжа. Блестели только губы, чуть тронутые перламутровой помадой и глаза. Дома – расспросы, суета, распаковка чемодана, вручение сувениров и подарочков, купленных по случаю на восточном базаре.

      На удивление Айрис не встретила ни пытливого или недоверчивого взгляда, ни допросов с пристрастием о том, где и с кем бывала, ни особого любопытства при просмотре фото и видео. Муж был каким-то равнодушным или уставшим. Или, может быть, это она так мастерски научилась врать, что у него нет ни тени сомнений на ее счет?

     Ну, вот, Айрис, пятерка тебе или двойка за поведение? Самое страшное было впереди. Ей стали в мельчайших подробностях сниться все дни, проведенные с любовником. Сны были такими живыми и красочными, что Айрис боялась во сне произнести не имя мужа, а совсем другое имя.

     Звонки по условленному сигналу в назначенное время, короткие переписки и воспоминания, воспоминания, воспоминания. Они качали сознание Изы, словно те волны, в которых она и Айвен предавались любовным утехам.
    
     Мистика в жизни Айрис присутствовала всегда. Была привычной и не удивляла. Она не видела в ней ничего плохого. Даже наоборот. Иногда ей мистическим образом предсказывались события в жизни, подсказывались наиболее правильные действия в том или ином случае. Вещие сны так и вообще были обыденным явлением. И снились они так, что их даже растолковывать не нужно было, выискивая тайный смысл. Что снилось, то и сбывалось. Вот так просто и бесхитростно! Словно откуда-то с неба ей говорили: «Осторожней, дорогая! Сегодня или в ближайшие несколько дней тебя ждет то-то и то-то». И ждать, что сновидения сбудутся, как правило, долго не приходилось. Так что и забыть все привидевшееся и исполнившееся было не возможно, а сравнить несложно.

     Наверное, кто-то это называет интуицией. Но Иза верила в то, что какие-то высшие силы ее оберегают и направляют. И принимала их заботу с благодарностью. Но вот чего она категорически никогда не делала, так это не обращалась ко всяким магам, колдуньям, экстрасенсам и прочим проводникам оккультных учений.