В шесть пополудни на полупустом перроне

- Очень хочется броситься под паровоз, - сказала она и посмотрела на Сидорова безумным взглядом. Он узнал её: учится на параллельном курсе. По всему видно было: действительно хочет.
- Каренина? - спросил Сидоров.
- Что?
- Голова поезда там, - пояснил Сидоров.
- Как ты относишься к комарам?
- Кусают, сволочи.
- Меня тоже всю искусали, - она задрала футболку и показала то, о чём не говорят. Сидоров насторожился.
- Это не комары, а брюшной тиф. Голова поезда там, - повторил Сидоров.
- Я учусь на филологическом.
- Хрена с два. Студентки с филологического не бросаются под паровоз. Они умирают от авитаминоза, гастрита, близорукости и цирроза печени.
Проводник пассажирского вагона, видная рослая девица - Келли Леброк в свои восемнадцать, ознакомилась с документами Сидорова. Сидоров ей понравился.
- Девушка с вами? - осведомилась проводник.
- Нет. Девушка хочет броситься под паровоз.
- Электровоз в голове поезда, - пояснила Леброк.
- Люблю тебя! - крикнула филолог.
- Мы все его любим, - ответила проводница и шагнула в тамбур. Поезд тронулся.
- Мало народа, - заметил Сидоров.
- Да, вы и бабушка в третьем купе.
- Принесёте мне чаю? - поинтересовался Сидоров.
- Конечно принесу, - ответила проводник и скользнула по Сидорову интересным взглядом. У Сидорова участился пульс.
Спустя полчаса, когда Сидоров уютненько разместился в купе и смотрел в окошечко на бегущие вечерние пейзажи, смазливая рослая девица принесла чай. Два стакана. В подстаканниках. Она поставила их на стол. Села напротив.
- Ну, будем пить чай? - сказала она и сделала губы бантиком. В её интонации чувствовалась какая-то лёгкость. Тонкими пальчиками она сняла с него пушинку.
- Давайте, конечно. Давайте пить чай. - Сидорову определённо нравилась эта милая чуткая, добрая, заботливая девушка. В конце концов она была просто красива.
Он достал сладкие эклерчики и погладил нежную ладонь проводницы. - Давайте пить чай!