Заметки секретарши

Наш начальник — человек специфический. С чувством юмора, на мой взгляд, у него беда. Но человек он добрый, и энергия у него хорошая. И деньги к нему так и липнут. Такой уж у него талант.

Мой талант — чувствовать энергетику людей. Правда, мне это приносит одни неприятности. Я кочевала от работы к работе, от начальника к начальнику, пока не зацепилась за это место. Я работаю секретарём у нашего босса. Берегу его покой и решаю все дела.

Перед тем как начать мне доверять, он проверял меня примерно полгода. Подсовывал мне подушку-пердушку (ну, ту, что под попу кладут), швырял пластмассовых мух в суп. Проверял мою реакцию. Но я не из тех, кто завизжит, увидев пластмассового таракана. К тому же я быстро его раскусила.

И вот уже пять лет я работаю вместе с ним.

Компания производит штуки для розыгрышей. Не массовое производство, не ширпотреб. Эксклюзивные. Ну и ещё мы занимаемся организацией всяких мероприятий. Да-да, вроде тех, когда на вечеринке появляются полицейские, которые оказываются стриптизёрами. Или когда на свидание в самый интимный момент врывается «муж», который устраивает сцену и даже достаёт пистолет, стреляющий мыльными пузырями.

За всем этим стоит тонкая психология — видеть, как люди реагируют, на что способны в стрессе и насколько готовы оценить розыгрыш.

Мы продаём искусственные человеческие волосы, которые можно подбрасывать в еду. Я точно знаю, что некоторые наши клиенты с помощью этих волос бесплатно едят в дорогих ресторанах. И что некоторых они спасли от неудачного замужества.

Одна из клиенток подбросила такой волос в суп своего благоверного, который приготовила сама. Он устроил такой скандал, вылил суп ей на голову и разнёс кухню. Ясно дело, что за такого замуж выходить нельзя. Клиентка оказалась очень благодарной и купила нашему офису дорогущую кофемашину.

С тех пор она присылает нам открытки с курортов. На каждой — одно и то же: «Спасибо за спасение». Мы храним их в общей папке под названием «Доказательства пользы».

Основные заказчики — это мужчины. Они обожают подобные штуки. Ну кому из женщин придёт в голову купить туалетную бумагу, которая в руках превращается в подобие жвачки, или кетчуп, который окрашивает язык и рот в ярко-фиолетовый цвет?

Хотя одну постоянную клиентку — пожилую даму с титулом баронессы — я запомнила навсегда. Она закупает наши «неприятности» оптом и устраивает розыгрыши для своей многочисленной родни. Говорит, что только так они не ссорятся из-за наследства. «Лучше посмеяться, чем делить столовое серебро», — сказала она мне однажды.

Дела в нашей компании идут прекрасно. У нас есть несколько юристов, которые отбиваются от жалоб. Наши розыгрыши никогда не переходят границ, никого не унижают.

Тот мужик с волосами в суп подавал на нас в суд, чтобы якобы мы разрушили его семейную жизнь. Но он разрушил её своими руками, когда выливал суп на голову своей невесты и ломал стулья.

Юристы потом долго смеялись над его исковым заявлением. Там было написано: «Ответчики сделали мою невесту слишком подозрительной». Мы храним эту бумагу как талисман в сейфе.

Один начальник заказал проверку подчинённых. Они отправились в лагерь за городом на тимбилдинг. И он объявил им, что коробка с продовольствием осталась в машине, а им надо было провести там целые выходные. И по условиям тимбилдинга телефоны все оставили дома. Так он наблюдал, как его подчинённые будут делить небольшое количество продуктов между собой. Кто начал драться за эту еду, кто был готов спокойно мыслить и решать вопросы.

Говорят, один менеджер низшего звена, пока остальные бились в истерике, смастерил самодельную удочку, наловил рыбы, сделал костёр и начал готовить. После этих выходных его повысили до помощника директора. На этой должности он уже работает пять лет, принося большую пользу компании. Предыдущий же помощник директора, который стал бить остальных за куриную ногу, был уволен.

Босс потом сказал мне: «В стресс видно всё. Люди снимают маски. Я хочу работать с теми, у кого под маской — человек, а не зверь». Я запомнила это на всю жизнь.

Рита Микельсон — наша основная головная боль. Доставляет нам кучу хлопот своими жалобами. Местная активистка, которая сует нос во всё на свете. Устраивает одиночные пикеты под нашими окнами. Постоянно пишет жалобы во все проверяющие инстанции. Я не могу поверить, что ей больше нечем заняться. Она настоящая красотка, возможно, чересчур активная. Ей богу, она могла бы отправить свою активность в другое русло. Тем более мы не занимаемся ничем противозаконным. Да, возможно, это не совсем этично — объявлять людям, что им будет нечего есть на выходные, или подкидывать пластмассового таракана в суп в ресторане, чтобы получить скидку.

Я предпочитаю об этом не думать. Моя задача — оберегать покой моего драгоценного босса. Ну и я знаю, сколько добра он делает, потому что он регулярно жертвует на благотворительность. Посещает больницы с больными детьми и отправляет подарки в детские дома. Свою благотворительность он не афиширует. На мой взгляд, это является основным показателем человека. Если бы он кричал о ней направо и налево и создавал себе рекламу, было бы одно. А так он помогает людям, не рекламируя себя.

Однажды я случайно увидела его на детском утреннике в больнице. Он сидел на корточках перед мальчиком в коляске и что-то шептал ему. Мальчик улыбался. Босс не знал, что я смотрю. Я не сказала ему. Это наша маленькая тайна.

Наш босс постоянно придумывает что-то новенькое. Совместно с отделом разработки. Именно поэтому наши розыгрыши и наши товары совершенно уникальны, потому что мы никогда ничего не копировали.

Когда было предложено создать автоматический лоток для людей, это вызвало настоящее недоумение. По крайней мере, у меня. Неужели кто-то это купит? И уж страшно подумать про использование. Он занимает огромную кучу места. Вдобавок он снабжён голосовым помощником, который будет выдавать фразы вроде: «Навалил так навалил».

Я была абсолютно уверена, что нам не удастся продать ни одного экземпляра. Но деньги льются рекой к моему начальнику, и у него чутьё. Заказы на этот лоток повалили. Естественно, от мужчин. Какой женщине понравится изображать из себя кошку?

Первый покупатель, кстати, был очень солидным бизнесменом. Он заказал лоток с персональной голосовой настройкой. Сказал, что его жена будет смеяться и это лучше всякого секса. Я не стала уточнять.

Это стало нашим самым спорным изобретением. И наша активистка Рита просто сошла с ума. Она устраивала пикеты под нашими окнами с криками о том, что мы хотим способствовать деградации населения. Хотя на мой взгляд, игры в телефоне способствуют ей гораздо больше. Ну нравится кому-то закапывать свои какашки и слышать в ответ одобрение от голосового помощника — я считаю это его личное дело. Тем более этот лоток стоит так дорого, что позволить его может далеко не каждый.

Рита заваливала наш офис жалобами. Однажды она притащила на пикет кота и стояла с лозунгом: «Не копируйте меня!» Потом она подкинула к нашему офису гигантскую клетку, полную белых мышей. И нам стоило огромного труда пристроить этих мышей. В итоге мышами обзавелись практически все сотрудники.

Я тогда забрала две мыши себе. Они живут у меня на столе в клетке. Босс их подкармливает. Говорит, что это «напоминание о прекрасном хаосе».

Но я же говорю — босс наш очень умный человек, к тому же красавчик. Порой я думаю, что мне очень повезло, что я не влюблена в него. У меня есть собственный муж, с которым мы женаты уже почти двадцать лет. Могу сказать, что моя семейная жизнь далека от идеала, но тем не менее разводиться я не собираюсь и изменять тоже. Романтическая сторона наших отношений с мужем уже позади, но мы смогли стать друзьями. По крайней мере, мне есть с кем поговорить по душам по вечерам.

Он работает водителем автобуса. Иногда привозит мне в обед бутерброды, которые сам готовит. Я не говорю боссу, что у меня есть такой ритуал. Это наше с мужем маленькое пространство.

Наш красавчик-умница начальник просто пригласил Риту в ресторан. Я должна была сидеть в углу за другим столиком и следить, чтобы ничего не произошло. Знаю, что могло бы прийти ей в голову: устроить драку или подлить ему в суп слабительное. Тем не менее ужин прошёл гладко, они мило беседовали, и в момент, когда он взял её за руку, я решила, что моя миссия на сегодняшний вечер выполнена.

Они проговорили почти до закрытия. Я пила чай и делала вид, что читаю книгу. Видела, как она сначала злилась, потом улыбнулась, а потом её лицо стало мягким. Я поняла: он её раскусил.

Я знала правду, почему наш босс именно такой. Однажды он рассказал мне. Он рассказал о том, что вырос в религиозной семье, где никто не улыбался. Где детей пугали карами и расплатами. Где дети боялись сказать лишнее слово, чтобы не вызвать гнев родителей. Его родители всю жизнь копили на чёрный день, отказывали себе и детям во всём. А потом они разбились на машине, когда им было всего по сорок пять, оставив после себя большое наследство. Свою часть наследства наш начальник вложил в дело.

Он сказал тогда: «Я не хочу, чтобы кто-то ещё жил в страхе. Лучше пусть смеются. Даже если надо мной». С тех пор я никогда не видела его злым. Только смеющимся или серьёзным.

Когда через пару месяцев после того похода в ресторан наш начальник и Рита сыграли свадьбу, весь город буквально начал сходить с ума. Все знали об их противостоянии. Некоторые даже стали говорить, что всё изначально было подстроено для привлечения внимания к нашей компании.

На свадьбе появился дрессировщик мадагаскарских тараканов с пятьюдесятью маленькими клетками. Все были уверены, что это тайный розыгрыш, придуманный нашим боссом. Но он отказывался, и от этого народ веселился ещё больше. Дрессировщик уверял, что просто перепутал адрес. Пять тараканов сбежали, их ловили всем рестораном. Дрессировщик заламывал руки и кричал, что это его самые талантливые подопечные. Конечно, выяснилось, что это и был розыгрыш. Но народ на полном серьёзе лазил под столом и искал Николаса, Фернандо, Алонсо, Диего и Анабель.

С нашим боссом не соскучишься.

Рита же с поддержкой мужа организовала благотворительный фонд. И всю свою активность направила на помощь больным детям. Она любит давать интервью и устраивать благотворительные аукционы.

Теперь она приходит к нам в офис не с пикетами, а с печеньем. Спрашивает, как дела у мышей. Мы смеёмся. Это странно, но это работает.

Вчера на одном из аукционов был продан первый экземпляр автоматической кормушки для мужчин. Его купил очень объёмный депутат парламента. При этом он хохотал так, что мы думали, он лопнет.

Он сказал, что подарит её жене на годовщину. Я уверена, что она оценит. Или хотя бы посмеётся.

Сегодня, вернувшись с обеда, внутри своего ежедневника я обнаружила лягушку. Не настоящую. Никто не пострадал. Но она прыгнула мне прямо в лицо. К своей чести, я не завизжала. Закалилась.

На листке было написано красивым почерком босса: «Не расслабляйся». Как будто с нашей компанией это возможно.

Я улыбнулась и положила лягушку на стол. Рядом с мышами. Пусть живут. Вся компания — одна большая семья. Немного сумасшедшая, но настоящая.

Обожаю своего начальника.