Некромант Вася Петров

Вася Петров, несмотря на свои рядовые имя и фамилию был некромантом. Он закончил Донской Государственный университет некромантии и темных сил имени Альхазреда, получил свой диплом и по распределению был направлен в какую-то жуткую дыру в новостройках Батайска. Согласно должностным обязанностям, Петров должен был создавать своими действиями в отведенном ему "человейнике" некрополе: насылать проклятия на бизнесменов-конкурентов, читать заговоры на смерть по фотографиям, выписывать свекровям заговоры на отворот невесток, привораживать на засуху неверных мужей и форматировать на расстоянии криптокошельки нечистым на руку работодателям по просьбе обиженных клерков и секретарш.
Дело шло, поле разрасталось, а количество внезапно отдавших концы зятьев, выпавших с балкона старушек и уничтоженных криптокошельков перевалило за вторую сотню. Петров был некромант харизматичный с чувством хоть и чёрного, но юмора и его слава росла пропорционально растущей клиентуре.
Единственное, что отравляло жизнь Васе – это обряд "марионетка", который согласно условиям отработки бюджетного места в университете он должен был проводить минимум раз в месяц. Суть обряда состояла в том, что каждый месяц на "чёрную" Луну в местном морге, куда Петров устроился на пол ставки санитаром, он должен был "оживить" любого мертвеца по своему выбору, дать ему задание и проследить за исполнением, после чего утилизировать кадавра любым удобным ему, Петрову, способом.
Петров как профессионал был умница и креативщик – поднять "марионетку", дать задание и затем утилизировать чучело было для него как два пальца об асфальт. Проблема была в другом – Вася до холода в конечностях боялся мертвецов. И с этим ничего не смог поделать даже университетский психолог, к которому Вася три месяца ходил на сеансы психотерапии: при виде какой-нибудь бабульки в гробу у Петрова начиналась паническая атака с затруднением дыхания и нервным подрагиванием левой руки, а шевеление трупа в результате выхода газов доводила беднягу-некроманта до обморока. На защиту магистерской диссертации на тему "Исследование и сравнительный анализ способов оживления сорокадневных трупов в условиях Южного федерального округа РФ" Петров пришёл пьяным в хламину, после трёх косяков марихуаны и двух инъекций афганского герыча. И только это помогло Ваське сделать доклад с натуральной презентацией на четырёх трупах бывших воспитанников местного дома престарелых. Да и то, после того, как последний из квартета – дед Гриша шаркающей походкой подошёл к двери конференц-зала, помахал на прощание сухой, костлявой рукой, покрытой трупными пятнами и исчез за дверью, Васька опрометью бросился в туалет, где его рвало минут двадцать. Диплом ему конечно выдали, были и поздравления от ректора и деканата и фотосессия в мантии и шапочке, но от "марионетки" его никто не освобождал и этот факт давил Васю Петрова как десять рефрежираторов.
До "черной" Луны оставалось ещё три дня, а у Васьки уже начинался мандраж – ладони потели, сердце то замирало, то начинало стучать как ненормальное, а в груди будто невидимая рука сжимала внутренности так, что становилось трудно дышать. Лёжа на своей двуспальной кровати с ортопедическим матрасом из которого торчали пружины Вася перебирал варианты более спокойного прохождения "марионетки". Можно было дать взятку патологоанатому Сан Санычу, чтобы тот указал ему на максимально «свежего» — без газов и трупных пятен? Не вариант — бюджетная отработка требовала «сорокадневного минимума». Можно было найти труп-самоубийцу с мирным выражением лица? Но это Россия, детка, здесь таких не водилось. В конце концов, можно было спрятаться в одну из ячеек и проводить обряд оттуда, но Вася не был уверен, что его некрополе преодолеет десять сантиметров стали.
В это время в дверь позвонили и Вася пошёл открывать своей фирменной шаркающей походкой, как андроид после второго инсульта.
На пороге стояла молодая женщина с распухшими красными глазами. Женщина держала за руку заплаканную девочку лет десяти. В другой руке женщина держала картонную коробку из-под обуви.
– Здравствуйте, Василий Петрович, – тихо сказала женщина, а девочка всхлипнула.
– Проходите, – Вася сделал широкий жест рукой, – Чем могу быть полезен? Приворот, отворот, присушить, навести порчу по фото или по предмету...
– У нас Марсика машина сбила, – сказала женщина, а девочка громко расплакалась.
– Марсика?
– Это наш щеночек. Дочке купили на день рождения, только позавчера. А вчера утром гулять пошли, а он из рук вырвался и на дорогу за бабочкой побежал...
– Ясно. И что вам нужно от меня?
– Нам про вас соседка рассказала – вы на её племянницу порчу навели. Очень вас рекомендовала, сказала, что вы с любой темной силой работать можете. Я на всё согласна, лишь бы Марсик ожил...
– То есть, вы хотите, чтобы я – некромант восьмого дана потратил свои силы и время на оживление убиенных щенков и котят?
Женщина растерянно молчала, сжимая в руках картонную коробку.
Петров хотел сказать ещё что-то резкое, как вдруг в мозгу как молнией сверкнула мысль: а ведь этот щенок может стать его палочкой-выручалочкой, избавив его от необходимости возни с сорокадневными трупами. Дело в том, что мировое некрополе фиксировало появление новой "марионетки" только по появлению так называемых "нитей привязки". Один конец нити связывался с некромантом, совершающим обряд, а второй – непосредственно с "марионеткой". И мировому некрополю было абсолютно плевать, кто на другом конце нити – нажравшаяся из за неразделённой любви но-шпы невеста или черепашка, которую переехал КамАЗ. А отдел трудостройства ДОНГУНИТС был настолько завален работой, что вычитывать отчёты каждого из трудоустроенных у него не было никаких возможностей – работает и слава Альхазреду.
Вася буквально выдернул коробку из рук ошарашенной женщины и буркнув под нос:"Приходите в воскресенье после черной Луны", так треснул дверью, что чуть не прищемил просительнице нос.
В воскресенье, последовавшее после "чёрной" луны, когда женщина с девочкой вновь стояли на пороге, у ног Васи весело прыгал маленький рыжий мальтипу. Счастью девочки не было предела! От денег Вася великодушно отказался, а в отдел трудостройства ДОНГУНИТС был отправлен бодрый отчёт о выполнении обряда "марионетка". Петрову даже не пришлось особо кривить душой – просто вместо "труп" в отчёте он написал "объект".
Через год Вася был опутан нитями привязки, как паук-ткач троглодит, а количество "реанимированных" им "объектов" было таково, что будь эти объекты действительно тем, кем должны были быть по требованию отдела трудоустройства, Вася смог бы сколотить армию нежити, способную не встречая сопротивления дойти от Батайска до самой Москвы. А после того, как Петров реанимировал морскую свинку двоюродной племянницы губернатора Ростовской области его карьера пошла в гору. Отделом тёмных сил он был переведен в Москву с присвоением девятого дана некромантии и вручением посоха Вранч, способного на такие тёмные дела, что у смертных волосы шевелились на голове. Но к тому времени Вася окончательно растерял остатки былой некромансерности, превратившись скорее в какого-то доктора Айболита, вокруг которого постоянно прыгали и шмыгали собачки, кошечки, хомячки и белые мыши. Поэтому Вранч был надёжно спрятан в шкаф, а Вася, приступая к оживлению очередного пекинеса только мысленно посмеивался над своими прежними страхами. И когда через полгода к нему на приём пришёл полковник ФСБ с просьбой «поднять одного очень важного свидетеля», Вася вежливо улыбнулся, почесал за ухом спящего мальтипу и покачав головой ответил:"Полковник, мой лимит нитей хоть и огромен, но не бесконечен. А в Москве ещё столько дев
очек ждёт, когда их котик вернётся. Так что, увы. Постарайтесь обойтись без тёмных сил – они сейчас нужны в другом месте".