Сказка 3 Осеннее чудо Лучика и его друзей

Лето отступило, унося с собою тёплые дожди, оставив увядать разноцветные клумбы, которые пахли так сладко, что кружилась голова. Воздух сделался прохладным и прозрачным — до того прозрачным, что казалось: он зазвучал по-новому, будто запел тёплые, мелодичные песенки. А ещё от него тянуло сладковатым запахом спелых яблок и чуть заметным дымком первых костров.

Лучик заворожённо наблюдал за этим волшебным преображением. Теперь его лучи уже не были такими по-летнему горячими, они ласково касались всего вокруг, стараясь хоть чуть-чуть обогреть каждую маленькую живую душу.

Могучий зелёный дуб, под которым любила восседать мудрая Ворона, почти растерял свою медную листву. Ещё недавно он укрывал Ворону, словно зелёный шатёр, а теперь его ветви, ажурные и прозрачные, тянулись к небу, словно кружево. Но сама Ворона, устроившись на самом верхнем суку, лишь важно поправляла перья и каркала:

— Кар-р! Всему своё время, дитятко! То, что уходит от нас, не исчезает в никуда. Оно лишь затаилось, чтобы вернуться в новом обличье. И так во всём и всегда.

А во дворе клён рассыпал под ноги настоящий багряный ковёр. Каждый листок был словно вырезан искусным мастером — не налюбуешься! Ребятишки с радостью собирали их для гербариев, а блестящие жёлуди — для забавных поделок. Их весёлые голоса звенели в чистом воздухе, точно серебряные колокольчики.

А ты, мой маленький друг, любишь собирать такие осенние сокровища?

Лучик в эти дни всё больше старался. Он грел лапки у заснувшей на ветке птахи, отогревал промокшее от утренней росы единственное ухо ворчливого Кота, будил божьих коровок в траве и ласково провожал до самого юга последние стайки ласточек. Все с благодарностью принимали его помощь. Да, все любят тепло. Но он начинал понимать, что его лучики — это не просто тепло, это ещё внимание и забота.

И вот, однажды, сквозь привычный утренний гомон, он услышал пронзи-тельный, тонкий писк, такой одинокий и испуганный.

— Кто это так кричит? — насторожился Лучик. Сердце его, и без того чуткое, сжалось от тревоги. Он полетел на звук, пробираясь сквозь кустарники и деревья.

И вот, к его великому удивлению, в самых глубинах рыжего куста барбариса он обнаружил пушистый комочек, весь взъерошенный и дрожащий. Это был крошечный котёнок, пёстрый, как осенний лист. Он отчаянно мяукал, зажмурившись, будто пытался своим криком отогнать весь этот огромный, холодный и непонятный мир.

— Кто ты? Как тебя зовут? — Нежно спросил он, опускаясь рядом.

Котёнок приоткрыл один испуганный глаз.

— Я... маленький котёнок, — пропищал он.

— А почему ты один? Где твоя мама?

— Не знаю, — всхлипнул комочек, пряча нос в лапки. — Она ушла куда-то и не вернулась. Мне страшно и холодно.

Лучику стало его так жалко, что он даже немного померк.

— Не бойся! Сейчас я тебе помогу. Я спрошу у нашего дворового Кота, что с тобой делать. Он в этом толк знает, хоть и тот ещё ворчун!

— Мр-мяу, а это что за чудеса в моём дворе? — спросил Кот бархатным голосом. Он важно, не спеша, подошёл к пушистому комочку. — Ты откуда такой взялся, крошка? И где твоя мама?

— Я остался один... — жалобно повторил котёнок.

Кот, не спеша, обошёл и обнюхал малыша со всех сторон, как заправский эксперт.

— Хм. Порода, ясное дело, дворянская, но положение, скажу я тебе, незавидное. Осень на дворе. А за ней, глядишь, и зима подкрадётся, белая да колючая. Кошки — народ домашний. Шубка есть, да от зимнего мороза она не спасёт. Без тёплого угла, да без добрых рук — верная погибель.

Мой хороший, правда страшно представить, что кто-то маленький может остаться зимой совсем один?

Лучик забеспокоился:

— Надо срочно помочь! Но как? Что делать?

С верхушки облетевшего дуба донёсся размеренный голос мудрой Вороны:

— Кар-р! Угомонитесь, непоседы! — вещала Ворона, важно поправляя перо. — Всему под небом срок отмерен, и своя стезя! Дом — не гриб в лесу: сам не вырастет. Дом надобно заслужить. А посему, первым делом, будь на глазах, да не мозоль оных. А делом вторым — умей попросить. Не визгом да хныком, а нежностью да кротостью и крепкой надеждой!

Тем временем Лучик понял, что одному ему не согреть такую дрожащую крошку. Он помчался к облакам и позвал на помощь всех своих братьев и сестрёнок — таких же весёлых и добрых солнечных зайчиков.

— Помогите! Там малыш совсем замёрз! — попросил он.

И они, не раздумывая, согласились. Теперь вокруг котёнка закружился не один Лучик, а целый хоровод золотых лучей. Они обнимали его со всех сторон, мягко и настойчиво отогревая. Ледяной комочек страха в груди котёнка стал потихоньку таять. Он приоткрыл глаза, перестал дрожать и даже сделал первый неуверенный шажок.

Так началась «Школа выживания в большом мире» для маленького котёнка, которого Кот, покровительственно мурлыча, назвал про себя просто — Мелкий.

Урок первый: «Как ходить, чтобы тебя видели, но не спотыкались об тебя».

— Смотри на меня, Мелкий, — ворчал Кот, грациозно обходя лужу. — Шаг — уверенный! Хвост — трубой, это твоё достоинство! И не единственное, надо сказать. Ты не мышонок, чтобы шмыгать в тенях у забора. Ты — личность! Пусть мир тебя видит и запоминает.

Лучик помогал ему изо всех сил: он освещал Котёнку самые ровные тропинки, согревал его, когда тот уставал от непривычной науки, и подбадривал, рисуя перед ним весёлых солнечных зайчиков.

Урок второй, самый важный: «Искусство просьбы».

— Мяукать, Мелкий, надо не жалостливо, а... с чувством собственного достоинства! — наставлял Кот. — Не «мяу-у-у, как мне плохо», а «Мр-мяу! Здравствуйте! Обратите на меня внимание!». Увидел человека — подойди вежливо, потрись аккуратно о ногу, посмотри в глаза ясно и честно. Но не навязывайся! Уважай чужое пространство, тогда и тебя будут уважать.

— Кар-р! — вставила Ворона, качнувшись на суку. — Секрет-то простой: покажи, что ты не еж шипящий, а птенчик из гнезда выпавший. Сердца людские, дитятко, податливы. Кто не требует, а лишь уповает — того и жалеют пуще.

Котёнок старался изо всех силёнок. Сначала выходило неуклюже: он путал лапы, мяукал то слишком громко, то слишком тихо. Но Лучик не давал ему упасть духом.

— У тебя всё получится! — шептал он ему, играя в пушистой шёрстке котёнка. — Я тоже был просто искоркой, которой весь мир казался чужим. А теперь посмотри, сколько у меня друзей! Так что не бойся. Твоё маленькое «мяу» — оно сильнее, чем ты думаешь. Оно любое самое холодное сердце растопит!

Прошли часы, наполненные уроками и надеждой. Котёнок научился ловко бегать, освоил «достойное» мяуканье и даже начал дежурить у подъезда, встречая жильцов. Но дом всё не находился. Воздух становился всё холоднее, и в нём уже чувствовалось дыхание приближающейся морозной ночи.

— Не вешай нос, Мелкий — твердил Кот, разрешая ему прижаться к своему тёплому боку. — Настойчивость — родная сестра удачи. Ты всё делаешь верно. Просто тот человек, чьё сердце ждёт именно тебя, ещё не вышел на твою дорогу.

И вот наконец этот человек вышел. Из подъезда медленно, задумчиво вышел Ванечка с папой. Ванечка шёл, опустив голову, и рассеянно смотрел под ноги, будто искал там что-то давно потерянное. В его глазах не было прежней весёлой искорки.
Лучик, увидев это, замер, а потом прошептал котёнку:

— Вот он! Твой человек! Вспомни все уроки! Сейчас твой час!

Котёнок сделал глубокий вдох, навострил свой ещё не очень длинный хвостик и важно, и аккуратно, пошёл навстречу своей судьбе. Он подошёл, мягко коснувшись лапкой папиного ботинка и поднял вверх свою мордашку. Его глаза, огромные и ясные, как две спелые черники, смотрели прямо в глаза Ваниному папе. И он издал то самое, выученное и душевное: «Мр-мяу!»

Папа Ванечки остановился как вкопанный. Он смотрел на котёнка, а котёнок, не отводя честного взгляда, принялся нежно тереться о его ногу, мурлыкая во всю мощь. Это был не крик о помощи. Это было тихое, настойчивое предложение дружбы.

И случилось чудо. Сердце папы дрогнуло и растаяло. Он медленно наклонился и бережно протянул ладонь. Котёнок тут же доверчиво уткнулся в неё влажным носиком. В этот самый миг Лучик и вся его солнечная семья сделали самое важное дело в жизни — они изо всех сил осветили спинку котёнка. Шёрстка его вспыхнула, будто живое искрящееся золото, а его глаза стали двумя яркими, добрыми звёздочками.

— Смотри, Ванечка, какое чудо к нам пришло! — с лёгким трепетом в голосе сказал папа. — Ты один, малыш? Хочешь пойти к нам? Нам как раз не хватает вот такого… маленького чуда.

Конечно, маленький котёнок хотел этого больше всего на свете и готов был бежать в свой новый дом, не жалея маленьких лапок. Но он сдержался и вежливо произнёс: «Мр-мяу!»

Едва котёнок переступил порог дома, Ванечка сразу же налил ему молочка в мисочку и с таким усердием принялся наблюдать за ним, что было сразу понятно — это любовь с первого взгляда. А чтобы крохе было совсем хорошо, Ванечка выделил ему самое почётное место — в своей кроватке, прямо у подушки. Папа, конечно, тоже не отставал: сходил в зоомаркет и вернулся с целым пакетом подарков для нового члена семьи — и корм, и лоток, и, конечно же, целая россыпь игрушек! Котёнка назвали Чудом, и это имя идеально ему подходило. Так и поселилось это маленькое пушистое чудо у Ванечки, принеся с собой ещё больше смеха, игр и, конечно, новые, очень важные обязанности — заботиться о Чуде.

А вечером, когда первые звёзды, словно серебряные гвоздики, вбитые в тёмный бархат неба, зажглись во дворе над старым пнём, собрался совет друзей.

— Видишь, светлая головушка, — каркнула Ворона и хитро сверкнула глазом-бусинкой. — Вот и ещё одна живая душа обрела свой дом. Да не просто так, а потому что много добрых сердец потянулись ей навстречу. Ты сегодня не просто согрел котёнка — ты зажёг искорку надежды.

— Это вам всем спасибо, — тихо сказал Лучик и оглядел друзей. — Я бы один ни за что не справился. А тебе, Кот, отдельное спасибо. Ты был самым настоящим учителем.

— Кар-р! — каркнула Ворона. — Да, сегодня наш брюзга и ворчун превзошёл самого себя!

— Да ладно уж, не стоит, — промурлыкал Кот, довольно жмурясь. Но по его довольной мордочке все сразу догадались: ещё как стоит! Он важно почесал лапой за единственным целым ушком и добавил:

— Настойчивость и умение попросить без капризов и унижений — это великое искусство. Им, а не когтям и зубам, мы чаще всего и обязаны своим спасением.
Лучик посмотрел на Кота и наконец решился спросить о том, что давно вертелось у него на языке:

— А почему ты сам не нашёл себе дом, когда остался на улице? Ты ведь тоже мог бы.
Кот выпрямился, и в его зелёных глазах мелькнула целая история — про вольные ночи, звёздные крыши, отважные приключения и гордое одиночество.

— А я, видишь ли, предпочитаю свободу! — важно и чуть таинственно ответил он.
Все дружно рассмеялись такому честному ответу.

Лучик посмотрел на тёплое окошко, где теперь жило маленькое Чудо, потом на звёзды, среди которых сияла улыбка мамы-Вселенной, и почувствовал, как внутри него что-то созрело и окрепло.

— Вот видишь, — тихо шепнула ему мама-Вселенная, — как в жизни бывает: одна маленькая доброта может стать началом большого счастья. Ты согрел сегодня котёнка. Кот-ворчун научил его не бояться. А мудрая Ворона подсказала, как попросить о помощи. И все вместе вы не просто нашли для котёнка дом — вы подарили Ванечке настоящего друга.

И Лучик задумался: каждый, даже самый маленький и беззащитный, заслуживает тепла и дома. И он теперь знал наверняка, если встретит того, кому холодно и страшно, — то никогда не пройдёт мимо. Его доброе слово, улыбка или просто готовность помочь — могут стать для кого-то тем самым солнечным лучиком, который укажет путь к счастью. А может быть, даже спасёт жизнь. Ведь мир становится добрее и светлее, когда мы делимся своим теплом и заботой с другими.

А у тебя, малыш, есть свой домашний питомец или игрушка, о которой ты заботишься?