Кто контролирует духовную сферу в России?

Осенью 1994 года я принесла информацию для статьи в газету «Правда». Для получения зачета на журфаке СПбГУ мне нужна была любая опубликованная работа. Информация была важной, я получила ее неожиданно. Этой темой много лет уже занимались другие люди. И каждый вносил что-то своё. В «Правде» мне помогли из беспорядочной информации сделать статью. Сотрудник «Правды» при мне звонил в Москву и сообщал, что у него есть «убойный» материал.
В общий поток информации я внесла свою лепту: описала слабое звено в организации образовательного процесса, через которое могут проникнуть враждебные силы.
Поскольку речь шла о тоталитарных сектах, сходила к митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому за одобрением. Он прочитал и написал своё одобрение. В Госдуме готовились к парламентским слушаниям по этой теме и им очень нужна была информационная поддержка. Тем более, что газета «Правда» не местная или региональная, а общероссийская. Но полностью готовый текст статьи, подписанный митрополитом, отдать было некому: увидеть этого человека я больше не смогла.

Прошло 8 лет. В 2002 году произошла чудовищная трагедия в Беслане. Террористы проникли в школу именно по тому пути, который я указывала в статье как слабое звено.

Прошло более 10 лет. На мой взгляд, тех мер, которые были приняты для защиты россиян от зарубежного контроля, было недостаточно. Написанной статьи уже, конечно, не было. Я написала то, что могла вспомнить, и через священнослужителей Русской Православной Церкви передала письмо Президенту В.В.Путину. Через какой-то краткий период была принята поправка к закону об НКО. Больше не было причин интересоваться этой темой.

Но ситуация с подрастающим поколением становилась всё хуже. А я с детьми работала всю жизнь, для меня эта работа - дело жизни. Чтобы как-то обратить внимание общественности на эту ситуацию, (материнский капитал — мера совершенно недостаточная) я написала текст для сценария. Но не нашла заинтересованных людей. И этот материал пролежал 10 лет в забытой электронной почте.

Когда дети стали стрелять в школе друг в друга и убивать учителей, я решила написать еще один текст как основу для сценария. Но теперь уже прежде чем писать решила найти кинодеятелей, заинтересованных в оказании положительного влияния на зрителей. Чем можно оказать положительное воздействие на зрителей? Фильмом интересным (а материал я задумала интересный) и хорошо сделанным. И нашла тех, кто согласился работать со мной. Но в людях я ошиблась. В итоге мой материал «скормили шрёдеру» (именно так выразился). Несколько месяцев назад я звонила в очень уважаемую киностудию. У меня спросили: «Вы сценарист?», я ответила: «Нет». На этом основании мне и отказали.
А написанную статью я принесла именно в ту организацию, в которую нужно.

В связи с этим вопросы:
Кто принимает решения о публикации и экранизации произведений?
По каким принципам отбираются произведения для широкой аудитории?
Кто-то скажет о коммерческой основе.
Но для того, чтобы молодежь смотрела рекламу, нужно создавать интересные молодежные передачи и фильмы. А иначе молодежь будет искать какие-то интересные фильмы. И вероятнее всего это будут фильмы зарубежные. Вероятно, на это и расчет. И ценности зарубежные.

Есть и второй вариант развития событий. Молодежь будет смотреть эти скандальные передачи и эту кинопродукцию. С насилием, приколами, различными эффектами, "по фене ботать", готовиться к жизни на зоне или за границей.

Но долго это продолжаться не будет: зрителей не станет.

Есть и еще один путь развития событий: Российская Федерация возьмет под свой контроль духовную сферу в нашей стране.
В Советском Союзе, где дети не стреляли друг в друга, не ругались матом и не убивали учителей, а фильмы были умными и талантливыми, мне и в голову не приходило писать какие-то сценарии.
                21.07.2026