Записки студентки. Вот так путешествие!

       2 февраля
       Сегодня нужно съездить в Бухару.  Автовокзал только в Старом городе. Забралась в автобус, села у окна.
       Мы только отъехали, и я занялась созерцанием. Небо затянуто грязно-белым покрывалом. Вид у проезжаемой местности неважный, унылый даже: и деревья, и кусты, и земля, все голое, дома серые. Все как во сне – застыло. И предметы будто одинокие. Тоскливая картина. Люди попадаются редко. Вот идёт не спеша молодая женщина с ребенком, серые краски местности очень даже разбавляет, веселит их пестрый наряд.  Вот, колхозник, видимо идет быстро – он сильно размахивает руками. Проехали ГРЭС, теперь – птицеферму.
         Остановились в Кызылтепо. Даже не знаю, это поселок, или колхоз, или просто большой кишлак. У здания автостанции разбили что-то вроде клумбы круглой формы, крупной, метров 15 в диаметре. Конечно, в это время года цветов нет, голая земля. Снаружи крупными камнями выложили что-то типа бордюра. И, о чудо, фантазия дизайнера! В центре – навалена куча камней, высотой с метр и обложена тоже камнями. Что это? Будущая пирамида? Или монумент? Н-да, картина странная и немного смешная.
           Следующая остановка – город Гиждуван. Здесь я тоже увидела несколько странную вещь – вывеску на небольшом здании-коробке с двумя дверями: «Туалетная». Я немного поразмышляла, что здесь может быть туалетным? Дом, здание? Но эти существительные не женского рода. Может быть вода туалетная? О, нет, абсурд. Так и не поняла, почему такое название. При въезде и выезде из этого городка, я обратила внимание на обилие лозунгов и плакатов о партии. Самое запомнившееся выражение, которое слышала и раньше, - «Партия – ум, честь и совесть современной эпохи!». Было еще много других лозунгов, но уже не таких благозвучных. А вот в Кызылтепо я увидела только два лозунга «Слава труду!» и «Слава вооруженным силам!»
          По дороге в воздухе стали попадаться летающие клочки ваты. Вот это да! Такого я еще не видела! Проехали примерно с километр, я увидела хлопковый завод. Да уж, такой можно узнать издалека! Видный завод!
          Но с кем я ехала? Видно, никогда мне не забыть эту девушку. Она меня просто сразила! С ней мы сидели на обратном пути. По нескольким признакам я догадалась, что она не городская, из кишлака. Семья у нее среднего достатка, возможно, едет к родне в Навои, а может быть и учиться. Может от стеснения вела она себя независимо. Думаю, во-первых, себя она так вела, чтобы никто не вздумал к ней приставать. Но опыт поездок у нее был. Во-вторых, она себя вела так именно из-за меня. С ней я не разговаривала. Я вообще с незнакомыми никогда не говорю, да она и не настраивала на беседу. Мне она тоже не внушала ни симпатии, ни даже уважения. А вела себя эта девчонка очень странно и некультурно, с моей точки зрения.
          В проходе стояли люди. Это догадливый водитель набил до отказа так свой автобус. Началось все с того, что в Гиждуване мальчишки-продавцы зашли в автобус, начали предлагать ароматные лепешки. Я с утра ничего не ела, конечно, соблазнилась. Но положила их в сумку, не отломив даже кусочка, хотелось привезти домой их целыми. Моя соседка не купила лепешки, но носом поводила, я заметила. Мы немного проехали, и она достала гранат. В Узбекистане считается некультурным не угостить даже незнакомого человека. Вот этой девушке и не понравилось мое поведение, в ответ она решила поступить так же. Хотя ее угощение я и не приняла бы. Ела она медленно, разламывая гранат, беря грязными пальцами каждую ягодку и отправляя ее в рот. Уж ела бы тогда одними губами. Этот процесс поедания каждой ягодки-гранатинки тянулся так долго! А ведь еще стояли люди рядом, смотрели на нее, но она ни на кого не обращала внимания. Через полчаса, закончив эту процедуру, она собрала с колен все кусочки кожуры, стала наклоняться и смотреть вниз. Я не могла понять, что она ищет. Наконец, наклонившись между своим сиденьем и мужчиной, стоявшим рядом, она бросила свой мусор. Меня это сразило. Она так же тщательно собрала и мелкие кусочки кожуры и бросила их туда же. В общем, себя-то она очистила хорошо. Я посмотрела на всех людей, стоявших рядом. Все всё видели, никто ничего не сказал. Куда ж мне, со своим уставом?
          Почему меня это сразило? Я часто в автобусах замечаю не только, какой он ободранный, обшарпанный, но и порезанный, усыпанный мусором. Я никогда не видела, как его бросают. Ну, как можно сесть в машину или прийти к кому-нибудь домой и бросить мусор? Не думала, что это делают даже девушки. Наверное, думала, только хулиганы так поступают. Неужели она не могла собрать весь свой мусор в бумагу и выкинуть на улице в урну? Мусора-то было много. Ну, я бы и кусочка не кинула бы.
         Не прошло и пяти минут, соседка достает полный кулак семечек. Начинает их щелкать, теперь я уже не удивилась, шелуху она бросает на пол. Видно, ей и в голову не приходило, пощелкать их дома, или хотя бы собирать шелуху в другой кулак или на бумажку. А теперь какая разница? Мы же в свинарнике! Те люди, что стояли рядом, не осуждали ее даже взглядом, скорее всего, они были недовольны, что не угостили их. Ведь будь у них семечки или гранат, они бы тоже кидали мусор на пол. Вот такое отношение к водителю. А он тоже не заморачивается, никакой уборки тут не бывает неделями.
          Наконец, она догрызла все свои вкуснющие-вонючие семечки. Достает салфетку (откуда она у нее?) и очень тщательно вытирает свои губы, подбородок, руки, каждый сантиметр своих пальцев. Не могла в эту самую салфетку сложить свой мусор! Вытеревшись, она опять поискала место, куда бы бросить салфетку, видимо, стараясь не попасть на ноги стоявших, и бросила в итоге туда же.
           После этого она достала пластмассовую расческу, провела пальцами по ее зубцам; расческа издала музыкальный звук, что-то просыпав на колени нашей героини. Я только бросила взгляд на эту расческу – грязная. Я подумала, что, поиграв на зубьях расчески, хозяйка так ее не очистит. Мне повезло, мы въезжали в Навои, она успела расчесать только свою челку. Я была давно в состоянии тошноты от всего этого.
        Выйдя из автобуса, я оглянулась на нее. Н-да, видок: грязная коса, зеленое в клетку, короткое пальто, красная юбка, черные сапоги, все давно вышедшее из моды, зато – модная и блестящая сумка завершала образ!
          Почему я молчала в автобусе, ничего не сказала ей, хотя была недовольна? Ехали люди намного старше меня, всем было абсолютно всё равно. Глупо было бы что-то говорить, она бы продолжила и дальше. Самая главная причина – в автобусе я была одна русская. Сколько я знала узбеков, даже не в нации дело, никогда больше я такой «свиньи» не встречала. (Не в обиду этим животным будет сказано.)

1990