Возвращение из командировки

Вечер над Амурским заливом опускался густой, бархатной синевой, и в воздухе пахло соленой водой, нагретым асфальтом и немного — выхлопными газами от грузовиков, что тянулись длинной вереницей к порту. В небольшом баре на первом этаже припортового отеля, где стены были выкрашены в цвет холодного бетона, а над стойкой мигала неоновая вывеска, Иван наконец-то выдохнул. У него закончилась долгая, изматывающая командировка на Дальнем Востоке.
— Иван, ты же с ума сошел, — ворчал его коллега Степа, грузный мужчина с обветренным, красным лицом, недавно вернувшийся с севера, где даже самая крепкая сталь на морозе становилась хрупкой, как стекло. — Билет на поезд, говорю, бери. «Сапсан» — удобно, Wi-Fi, розетки. А ты всё на этот... самолёт. Не люблю я эти аэротранспорты.
Иван только усмехнулся, откладывая в сторону смартфон с разряженным пауэрбанком.
— Поезд — это для тех, Степа, у кого время тягучее, как смола, — ответил он мягко, но твердо. — Я решил сберечь свои нервы, словно последние копейки в банке, и лететь быстро. А Кронштадт я потом на такси посмотрю, не к спеху. Да и музыку в колонках смени, бармен, — кивнул он парню за стойкой, полирующему бокал. — Хватит этой музыки в стиле транс, включи что-нибудь русское, душевное. И нам по кружке свежего нефильтрованного.
Бармен, кивнув, ткнул пальцем в планшет на стойке. Из спрятанных в потолке колонок полились мягкие, тоскливые и такие родные аккорды баяна — кажется, что-то старое, ещё советских времён. Иван с удовольствием глотнул пенного, достал из своего потёртого рюкзака гидрокостюм, аккуратно свернул его и положил на соседний стул. Затем его рука нащупала на дне рюкзака что-то твёрдое.
— А это, Степа, сыну, — глаза Ивана вдруг стали совсем молодыми, он излучал такой позитив, что даже угрюмый коллега невольно смягчился.
Иван достал серебристый меч. Лезвие его тускло, но благородно блестело в свете светодиодных ламп.
— Смотри какой. С фосфорным клинком, светится в ночи, словно вырастили его не кузнецы, а какие-нибудь агрономы-волшебники. А на рукояти — алмаз.
Иван бережно лелеял игрушку в шершавых ладонях, любуясь игрой света на гранях. За окном бара, подсвеченный прожекторами, стоял огромный контейнеровоз, и где-то вдали мигали огни порта.
— Завтра рано утром... — задумчиво проговорил он, глядя в окно, где уже зажигались первые, ещё не яркие звёзды. — Завтра я приеду домой. Куплю большой букет астр, которые так любит жена. И просто поцелую её. И пойму, что всё это было не зря.


22 июля 2026