Победа будет за нами

– Когда подходила к концу командировка в Курской области, мне поступило предложение поехать в восьмую командировку, теперь – в Донецкую Народную Республику. Мне звонят по телефону и спрашивают: «А не смог бы ты поехать в ДНР прямо из Курска, не возвращаясь домой?» Я ответил согласием.
Я не смог отказаться, поскольку с каждым днём всё яснее понимал свою востребованность на СВО. И ещё я понимал, что и гражданские должны что-то сделать полезное, чтобы считать себя достойными гражданами своей страны. Согласившись на командировку в Донецкую Народную Республику, я понимал: мне надо взять отпуск без содержания на своём основном месте работы, в Республиканском центре травматологии и ортопедии имени Н. Ц. Цахаева. Я позвонил туда и на этот раз тоже получил «добро». Руководство Центра поддерживает отправку специалистов на освобождённые территории, собирает гуманитарную помощь для участников СВО.
Из Курской области в ДНР я ехал вместе с коллегами, с которыми работал в Курске. По дороге в Донецкую Республику мы заехали в Марковский район Луганской Народной Республики. Главным врачом в РКБ работал мой старый товарищ. Приятно было видеть, как районная больница восстанавливаются быстрыми темпами. Ремонтируются дороги, ведущие к больнице, в самом здании идёт капитальный ремонт, закуплено новейшее оборудование. Привлекают новых специалистов: врачей и учителей по программам «Земский врач» и «Земский учитель». Восстанавливают разрушенные войной парки, детские площадки, строят школы и детские сады. В общем, жизнь людей меняется к лучшему.
В течение дня мы сделали обход, проконсультировали сложных пациентов, помогли с новым оборудованием и поехали дальше. Поздно вечером приехали в Донецкую Народную Республику, в город Горловку. Мне было хорошо знакомо это место, и я хорошо знал, что там неспокойно и небезопасно.
Город часто подвергался атакам дронов, и потому городская больница была в плачевном состоянии. По той же причине ремонтные работы по восстановлению инфраструктуры и государственных объектов в городе проводить было тяжело. Поступало много раненых с линии фронта, но ещё больше – гражданских, потому что украинские дроны бьют не только по военным объектам, но и по жилым домам.
По приезде нас встретил заведующий отделением хирургии, молодой, парень, позитивный, отзывчивый и очень работоспособный. Он работал здесь с 2014 года. Каждый день приходил на работу в 7 часов утра и уходил поздно ночью.
В один из дней этот молодой человек ехал на работу, и его автобус атаковал вражеский дрон. В результате врач получил ранения с травматической ампутацией руки и ноги и в тяжёлом состоянии попал в реанимацию. Вместе с ним пострадали и другие пассажиры автобуса, которые ехали на работу. Для ВСУ нет никакой разницы, военная это цель или гражданская.
Обстрелы Донецкой Народной Республики со стороны ВСУ были интенсивными. За неделю «Купол Донбасса» ликвидировал 720 украинских летательных аппаратов (БПЛА). Эту информацию передавали по местным СМИ. Причём над Донецком и Макеевкой было ликвидировано 447 беспилотников, над Горловкой – 273.
Когда нас из Горловки забирали в другой госпиталь, по дороге мы заехали в Авдеевку, которую враги сравняли с землёй в самом прямом смысле этого слова. Бои за Авдеевку шли с 2022 по 2024 год. Этот северный пригород Донецка ВСУ превратили в мощнейший укрепрайон с подземными городками, линиями окопов, блиндажами и минными полями. Украинские власти считали Авдеевку неприступной, но они глубоко ошибались. К настоящему времени российские войска полностью взяли Авдеевку под свой контроль. С 2024 года киевский режим целенаправленно использовал Авдеевку для обстрелов мирных кварталов Донецка, Макеевки и Ясиноватой. Для ударов про ним даже не требовались ракеты – достаточно было ствольной артиллерии. До того, как наши войска не вернули Авдеевку под свой контроль, тысячи гражданских людей погибли и пострадали от этих террористических атак.
Работа в новом госпитале началась сразу по приезде. В первый же день я выполнил восемь операций (лапаротомии, ампутации, КСВП). Раненых сюда привозили прямо с линии боевого соприкосновения, грязных, с рваными ранами. Наши ребята, медицинские братья и сёстры, их мыли, переодевали и кормили.
Здесь я познакомился с травматологом из Индии. В своё время он приехал к нам учиться и после учёбы остался в России. Как он рассказывал, по телевизору смотрел передачи о Советском Союзе и влюбился в нашу страну. Когда пришло время поступать в ВУЗ, он из двух стран, Италии и СССР, где предложили ему учиться, выбрал Советский Союз. Он очень гордился тем, что сделал правильный выбор. После окончания учёбы в университете он женился на русской девушке и остался жить в России. Теперь здесь у него была большая семья, хорошая работа. Он был востребован у себя в регионе. С началом СВО он пришёл в военкомат и добровольцем отправился в зону боевых действий. В госпитале он был очень востребован, выполнил множество сложных травматологических операций. Порой мы с ним с утра до вечера не выходили из операционной. И ещё он был очень отзывчивый человек. Побольше бы нашей армии таких специалистов!
Военные хирурги здесь были высококлассные, выполняли операции любой сложности. Мы делали операции по ушиванию ранений сердца. на крупных сосудах, лёгких, на поджелудочной железе, в общем, оперировать приходилось все органы.
Бывали и смешные случаи. Трагические и всё же смешные. Помню раненого, который панически боялся забора крови. Представляете? Человек, потерявший ногу, лежит в ожидании операции и боится сдать кровь на анализ.
В один из дней мне пришлось принимать генерала, самого настоящего! Я думал, что такое бывает только в кино. Но нет! Во время приёма раненых я увидел среди солдат генерала – он ждал своей очереди. Настоял на том, чтобы его осматривали в последнюю очередь. После осмотра от предложенной госпитализации отказался и попросил, чтобы ему назначили консервативное лечение.
К сожалению, не обходилось без тяжелораненых. Помню молодого парня, у которого в руках взорвалась граната. Ему оторвало обе руки по плечи, пострадали оба глаза. Зрение восстановить не удалось. Скажу честно: такое трудно забыть.
У одного из пациентов был особый случай. Он убегал от дрона, наступил на мину, и ему оторвало ногу. Но он всё время улыбался и на вопрос «Ты чего такой весёлый?» отвечал, что дрон его не догнал! Гордился тем, что перехитрил дрон.
Однажды я помогал во время операции нейрохирургу. Поступил солдат лет сорока пяти с осколком в спинном мозге. Во время операции случилась остановка сердца. Минут десять мы его реанимировали, после чего сердце заработало. Когда человека вытаскиваешь, как говорят, с того света, словами не передать, что чувствуешь в такие минуты. На следующий день я зашёл в палату навестить его. Как же было приятно видеть его вполне здоровым! Каждый раз перед операцией я прошу помощи у Всевышнего и только после этого приступаю к работе. И Он мне помогает.
Вот ещё один случай о том, как важно верить в себя, в свои силы и быть настойчивым. Раненый фельдшер выбирался десять суток из вражеского тыла с переломом голени. Его преследовал украинский дрон, который неоднократно пытался его добить. Истощённый, он всё-таки выбрался к своим. Это был человек сильной воли, и таких невозможно победить. В рядах наших вооружённых сил таких ребят много. Они все как один утверждают: «Победа будет за нами!»
И последнее воспоминание. Привезли, помню, молодого военного с тяжёлым проникающим ранением в живот. Говорит: «Доктор, спасите меня, пожалуйста. Мне нельзя умирать: у меня вчера родилась дочь». Мне было сложно представить, что он чувствовал. Он даже не успел увидеть своего ребёнка, взять его на руки. Но опять же,  слава Всевышнему: мы его успешно прооперировали, и его жизни ничего не угрожает. Я почувствовал, что и мне пора домой. Очень соскучился по родным местам, по маленькой дочери. И по домашней вкусной еде.
В последние дни моей командировки то и дело прилетали вражеские БПЛА. Но, к счастью, никого из нас не задели.
В свою девятую командировку в зону СВО я опять был в госпитале, о котором уже рассказывал выше. Не стану повторяться. После Нового года собираюсь поехать на СВО по контракту. Вот тогда…