Бег

Стою на крыше, устланной раскрытыми газетами… не помня, как я сюда забрался.
Из любопытства пытаюсь их читать — хочется узнать о чём пишут и какой сейчас год. Однако вскоре бросил эту затею — буквы плыли и расползались, как ожившие черви, прячущиеся под типографской краской.

Так ничего и не выяснив, я спустился вниз, на улицу.

Все вокруг куда-то мчались…
И я — присоединился к ним. Казалось, нас что-то преследовало, но некогда было разбираться, что именно. При этом ощущения опасности или угрозы не было. А может, я просто не знал, чего бояться. Надо бежать — я и бежал, как все.

Заскочив во дворик, я протиснулся в узкий промежуток между домами. Спрятался там, чтобы подсмотреть, кто или что нас преследует, но кроме опустевшей, вымершей улицы ничего не увидел.

Огляделся… вокруг бетонная площадка и вертикальный шест, как у пожарных, ведущий куда-то вниз на подвальный этаж. Я спустился по нему и оказался у стены с трещиной — вертикальная щель, узкая, но пролезть, если постараться, можно.

Заглядываю внутрь…
А там — прямоугольный кусок золота с неровными краями, стоит и смотрит на меня большими чёрными глазами, в глубине которых живёт маленький пляшущий огонёк осознанности.

Тяну к нему обе руки, хочу, чтобы помог мне войти в его мир.

Он протягивает ко мне навстречу свои тонкие живые золотистые ниточки-кисти. Хватаюсь за них, и он протаскивает меня сквозь расщелину. На миг я ощутил неприятную сдавленность, будто расщелина пожевала меня прежде, чем пропустить, а существо растворилось в процессе перехода…

Все снова куда-то несутся…
И я за ними.
Не отстаю.

Это место похоже на огромный многоэтажный цех, словно наземная космическая станция, разросшаяся до размеров целого города-механизма. Вверху прозрачные решётчатые переходы, состоящие из блестящих металлических линий, расположенных параллельно друг другу; подъёмники на тросах, какие-то моторы и открытые лифты.

Всё находится в постоянном движении — по вертикали и горизонтали, искрит, работает — как будто город продолжает расти, строя сам себя прямо на глазах. Не цех и не город — а целый мир, который поначалу походил на лабиринты и переплетения промышленных сооружений. Припоминаю:

«Я когда-то уже бывал здесь».

Мне захотелось унести с собой как можно больше деталей в памяти, и чтобы всё запомнить, я прекратил свой бег и остановился. Все, с кем я был, пронеслись дальше, словно живая волна мурмурации, унося с собой энергию жизни.

Как только они скрылись из виду, мир сразу потерял весь объём — застыл, превратившись во всего лишь одну картинку из бесконечной киноленты. Звуки, свет, тени, запахи, глубина, точно ушли вместе с ними верхом на этой змеящейся ленте пространства за горизонт внимания.

Я смотрел вслед из этого застывшего кадра, похожего на сухой падающий с дерева лист в пустоте. Он долетел до земли и рассыпался в прах и смысл:

«Жители этого мира на самом деле ни от кого не убегали: их жизнь — движение. Они бежали от последнего кадра, поэтому я и не видел преследователя.

Разделяя с ними это движение, я будто крутил вместе со всеми ручку проектора. И пока я вкладывал силу своего внимания — мир для меня был живым и объёмным. А когда остановился — всё превратилось в безжизненный плоский слайд, оставив отпечаток целого мира — угасающее послесвечение за закрытыми глазами.»


20.05.2026