ЛОР ЗИО. 2. Космические инженеры и зеркала

Из зала спросили:

— Как идёт терраформирование Форброна-2?

— Спасибо за интересный вопрос. Как вы знаете, Форброн-2 — это очень горячая планета с плотной атмосферой. Давление у поверхности превышает наше атмосферное давление в 100 раз! И там совсем не было воды. Вода, судя по всему, была вытеснена в верхние слои атмосферы и улетела за миллиарды лет. Поэтому главных задач для Корпуса космических инженеров здесь было две: остудить планету и обеспечить её водой. Для решения первой задачи в астероидном поясе Форброн-4 была основана колония самовоспроизводящихся роботов. Потом роботы приступили к изготовлению гигантских зеркал. Несколько зеркал сверхбольшой площади были выведены в точку неустойчивого равновесия между звездой Форброн и планетой Форброн-2. Планета начала остывать. По мере остывания многие вещества, находящиеся в газовой фазе, будут конденсироваться на поверхности, атмосферное давление будет падать. Исчезнут облака серной кислоты, и остывание пойдёт быстрее.

Но вода — это отдельный вопрос, собственно, с воды надо начинать. В астероидном поясе Форброн-4 есть много водно-аммиачных астероидов, но вот как доставить их на планету?

Лангун 3 Покоритель Ближнего Космоса сформулировал несколько принципов, и мы до сих пор по ним работаем. Первый: не тащите вещество с родной планеты — используйте то вещество, которое уже есть под рукой, в первую очередь астероиды. Второй: единственный реальный источник энергии для задач такого масштаба — звезда. Чтобы увеличить орбитальную скорость Кайли всего на один процент, нужна энергия, которую все наши электростанции вырабатывают за 50 миллиардов лет. А солнце Кайли излучает её меньше чем за два дня. Чувствуете разницу? Третий принцип: передавать эту энергию проще всего гигантскими зеркалами. Всё остальное — дороже, сложнее или просто бред.

В зале зашумели — цифра впечатлила.

— А роботы? — спросил кто-то из кадетов.

— Роботы — не принцип, а инструмент. Строить и обслуживать зеркала должны они — это дешевле и безопаснее. И строить их нужно прямо в космосе, из вещества астероидов. Поэтому в каждом астероидном поясе у нас есть колония самовоспроизводящихся роботов.

— А как же маленькими силами сдвинуть огромные камни?

— Есть четвёртый принцип: принцип малых воздействий. У любой устойчивой системы, например у астероидного пояса, есть собственные колебательные частоты. Раскачайте систему в резонанс — и камни сами полетят куда надо. А уж корректировать их траекторию — дело техники, наших двигателей. Эти принципы Лангун 3 сформулировал 800 лет назад, но мы и сегодня по ним работаем. Раскачав участок астероидного пояса, мы получаем камни, летящие в разные стороны. А дальше нужно корректировать их траектории. И вот тут-то нам и нужны астероидные двигатели.

Астероидный двигатель — это пассивный двигатель. То есть у него нет своего источника энергии. Это конструкция, которую прикрепляют к астероиду, на него фокусируют свет нескольких зеркал, а он, в свою очередь, фокусирует этот свет уже внутри себя и начинает испарять вещество астероида. Струя раскалённой плазмы, пройдя через коллиматоры, бьёт из двигателя в космическое пространство и создаёт реактивную тягу. Именно такими аппаратами мы и меняем траектории астероидов.

Да, когда-то эти конструкции были совсем примитивными, но сегодня большинство космических инженеров обеспечены новейшей моделью двигателя АД-4, которая к тому же всё время совершенствуется. АД-4 имеет всё же собственные двигатели. Но только для маневрирования, чтобы его было удобнее закреплять на поверхности астероида.

Вопрос из зала:

— Госпожа полковник, а как же термоядерные заряды? Разве вы их не используете для ваших работ?

— Вы правы, у космических инженеров имеются термоядерные заряды. Их мы используем, чтобы раскалывать большие камни или при чрезвычайных обстоятельствах.

— А не опасно, что у нас над головой сейчас летают люди, у которых в багажнике лежат термоядерные заряды?

— Космические инженеры — это люди, давшие клятву Империи и её населению. Они скорее погибнут сами, чем подставят под удар мирных жителей. Кроме того, они регулярно проходят медосмотр, в том числе проверяют их психическое состояние. Наконец, космический инженер не может просто так взорвать свой заряд где и когда ему вздумается. Код активации ему сообщает только его непосредственный командир, полностью согласовав все параметры и задачи взрыва.

— Скажите, а эти двигатели не перегреваются?

— Конечно, перегреваются. Для их охлаждения используются радиаторы — панели, излучающие лишнее тепло в космическое пространство.

— Госпожа полковник, а вот моя мать как-то назвала АД-3 «консервной банкой-переростком». Вы можете это прокомментировать?

— АД-3 нужно тащить с помощью троса или толкать. У него нет собственной тяги. Видимо, ваша мать имела в виду именно это. Его закрепляют на астероиде, как правило, роботы-помощники.

— А если астероид вращается?

— Если астероид вращается, то закрепление на нём двигателя АД-3 может быть технически весьма непростой задачей. Именно поэтому сейчас космические инженеры повсеместно экипированы двигателем АД-4.

Принцесса Зелара спросила: «А вот как раз недавно такой случай был в системе Тайлис. Там сильно пострадала девушка, и как раз у неё был АД-3. Что известно об этом?»

Командующая смутилась, но ответила:

— Гредис Нейти действительно совершила подвиг. И действительно пострадала от радиации термоядерного взрыва. Служебное расследование инцидента продолжается. Мы выясним, кто допустил халатность и отправил астероид к Тайлис-3, а также почему у старшего лейтенанта Нейти не всё оборудование соответствовало требованиям. Результаты расследования и сделанные выводы будут доступны императрице и наследной принцессе, как только расследование закончится.