Не чужая

Аграфена с Фредерикой познакомилась давно, еще на курсах акупунктуры. Ей сразу приглянулась эта симпатичная светловолосая женщина: умненькая, старательная, всё записывала, не стеснялась задавать вопросы и всегда была готова встретиться, чтобы попрактиковаться и отработать новую технику.
Посещали курсы они вместе и вместе же где-то через год бросили, недовольные качеством обучения. Но дружить не перестали, периодически встречаясь за чаем с выпечкой, чтобы обсудить личные дела и  профессиональные планы.
После неудачи с акупунктурой Аграфена решила завязать с альтернативной медициной, а вот Фредерика пошла дальше – только уже в другом направлении, духовно-психотерапевтическом, открыв в себе какие-то неведомые ранее способности.
Нет, она не стала ни ведьмой, ни гадалкой. Она предпочитала названия вроде Spiritual Coach, Regression Therapist, Energy Healer. Каждый год на стене в рамке появлялся новый сертификат, красиво отпечатанный на плотной бумаге, и новое направление.
Аграфена слушала рассказы Фредерики о работе с большим интересом, хотя и с изрядной долей скепсиса. Иногда она даже начинала путаться.
– Подожди, а прошлые жизни – это уже не модно?
– Нет, спрос упал. Теперь я работаю с внутренним ребёнком.
– А общение с умершими родственниками?
– Ненадёжно. Только если сами захотят прийти.
– Какие занятые люди, – сочувственно кивала Аграфена.
– Вот ты ехидничаешь, а зря, – наставляла Фредерика, помешивая в чашке травяной чай. – Это очень полезный опыт. Иногда человек всю жизнь ищет кого-то по всему миру, а потом оказывается, что встретиться ему нужно было с самим собой.
Аграфена задумалась. Если другим это помогает, может, и ей стоит попробовать? Вдруг и правда откроются какие-нибудь новые горизонты?
– А мне сеанс можешь провести? – слегка робея, спросила она.
– А какие у тебя проблемы? –  Фредерика прищурилась с легким подозрением.
– Вот это мы и выясним. А заодно, надеюсь, и исправим, – усмехнулась Аграфена.
Фредерика с важным видом долго изучала свое расписание. Свободное окошко нашла только через три недели, внесла встречу в календарь, отправила Аграфене подтверждение по электронной почте и попросила заранее оплатить сеанс.
Аграфена невольно улыбнулась. Как бы далеко ни заводили человека духовные практики, немецкий Ordnung всегда успевал прийти раньше просветления.
Наконец наступил долгожданный день сеанса.
– Сядь поудобнее, – скомандовала Фредерика. – Закрой глаза и представь безопасное место.
– А может, всё-таки с предыдущих жизней начнем? – заёрзала Аграфена. – Интересно же. Вот однажды проезжали мы в Москве мимо старого купеческого особняка, и что-то у меня внутри так странно ёкнуло… Вдруг неспроста?
– Давай посерьёзнее. Не будем зря тратить ни твоё, ни моё время, – мягко, но решительно оборвала её подруга. – Итак, безопасное место. Это может быть что угодно.
Аграфена честно старалась. Воображение переносило её то на пляж в Испании.
«Ой, опять забыла кремом от солнца намазаться…»
Потом – в сосновый лес.
«А клещи сейчас уже проснулись?»
Затем – на лесную поляну.
«Мы не здесь ли с Иркой ту змею встретили?»
Сквозь собственные мысли донёсся голос Фредерики:
– Теперь представь себя.
– Какого возраста? – растерялась Аграфена.
– Того, какого ты себя ощущаешь.
– Тогда я окончательно запуталась…
Она снова закрыла глаза.
Перед мысленным взором начали мелькать какие-то женщины, плавно превращаясь одна в другую.
То незнакомка в длинном старомодном платье с корзинкой на локте.
То пастушка с дудочкой.
То силуэт в огромной соломенной шляпе, отвернувшийся к морю.
Все красивые.
И все – совершенно чужие.
«Может, потому что я с безопасным местом так и не определилась?» – заволновалась Аграфена.
Но Фредерика уже продолжала:
– Подойди к ней и обними её.
Аграфена честно попыталась.
– Не могу.
– Почему? – искренне удивилась Фредерика. Судя по всему, остальные её клиенты не испытывали сложностей с обнимашками.
– Она не моя. Чужая.
– Попробуй ещё раз. Тебе сразу станет легче.
Аграфена мысленно вздохнула.
– Ну хорошо… Обняла.
Фредерика удовлетворённо кивнула, словно всё шло именно так, как и должно было.
По дороге домой Аграфена никак не могла отделаться от ощущения, что самым убедительным в этом сеансе оказался выставленный заранее счёт.
И выкинула это из головы, занеся в графу «Неудачный опыт. Забыть».
Следующим летом Аграфена с подружками поехала в санаторий в Палангу.
Из всех процедур, больше всего ей понравились те, где ничего не нужно было делать. Не считать вдохи, не втягивать живот, не размахивать гирями под водой. Просто лежать.
Поэтому в соляную комнату она шла с удовольствием.
Полумрак.
Белые стены, покрытые солью.
Тихая музыка.
На большом экране медленно сменялись разнообразные пейзажи.
Камера то взлетала, то ныряла, то отдалялась, то приближалась. От этого бесконечного движения у Аграфены начинала кружиться голова.
Она закрыла глаза.
Перед мысленным взором все еще стояла последняя картинка: горное плато среди невероятно красивых желто-красных гор.
И на этом плато одиноко сидит маленькая девочка лет шести-семи, поджав под себя ноги в сандаликах с белыми носочками и аккуратно расправив юбочку.
Заплаканная, с растрепанной косой и распухшим красным носом. В руках – «куколка»: тело сделано из веточки, руки-ноги – спички, а  прическа – из одуванчика.
Они таких делали с подружкой Светкой на даче, наряжая в «платья» из цветных фантиков. Маленькая Груня долго ждала, пока ей разрешат съесть эту конфету с блестящей фиолетовой оберткой из набора, привезенного папой из заграничной командировки. В этом платье ее «кукла» должна была стать самой красивой на балу, а Светка фантик утащила: утверждала, что это – ее.
«Не будь жадиной!» – только и сказала мама, когда она прибежала к ней с жалобой.
Аграфена вдруг перехватило горло. Все расслабление как рукой сняло.  Эта девочка не была чужой. Это была она.
Она узнала и юбочку, и обгрызанные ногти на поцарапанных кустами малины руках.
Она медленно подошла. Опустилась перед девочкой на корточки. Поправила выбившуюся из косы прядь. Потом бережно взяла ее на руки.
– Не плачь. Я пришла. Теперь мы вместе. Все будет хорошо.
Девочка осторожно прижалась к ней и улыбнулась щербатой улыбкой.
Процедура закончилась. Отдыхающие тяжело поднимались с лежаков и расходились по своим делам.
Одни пошли пить минеральную воду, другие – на обед, кому-то был назначен массаж.
Аграфена вышла в сосновый парк.
Ей вдруг показалось, что идти стало немного легче.
Не потому, что исчезли проблемы.
Просто теперь ей не нужно было оставлять эту маленькую девочку одну.
 Уже потом Аграфена вспомнила слова Фредерики. Иногда человек всю жизнь ищет кого-то по всему миру, а потом оказывается, что встретиться ему нужно было с самим собой.
Похоже, она наконец поняла, что та имела в виду.