Иван-Купала

Где Господь мой и Бог мой, который терпел меня? Который прощал грехи мои на каждой исповеди... Который не оставлял меня никогда... Где Он, Благий податель жизни!? -  воскликну это в старости моей, когда моя жизнь будет подходить к концу, если доживу до этой старости... Вот он, Благий! - вспомню я все милости Его, все прощения Его, все наставления и наказания Его и Слово Его: "Миловал и буду миловать, если будешь исполнять Заповеди Мои"...
Где моя молодость и сила? Где моё здоровье? Где мои страсти земные, поколебавшие меня? Всё ушло, остался лишь я и Бог...
Почему, когда я был молод, не был таким решительным? Почему не шёл против мира сего, как отец Феодосий Кавказский, сжегший портрет Ленина на демонстрации в советское время, за что пострадал от безбожной власти? Лишь иногда этот духовный свет и решимость посещали меня, после чего следовало страшное искушение, которое я не выдерживал... Но эти светлые моменты моей жизни были как маяки, которые освещали мой дальнейший жизненный путь...
Это был 2015 или 2016 год, уже точно и не помню. Я собрал несколько учеников своих, их было семеро, семеро детей, и поехали мы отдыхать в детский лагерь "Волма", что недалеко от Минска. Это была спортивная группа и у нас было своё расписание: подъем, тренировка, завтрак, отдых, тренировка, обед, сончас, тренировка, ужин и немного свободного времени для себя у каждого. Конечно же и у меня, но намного больше, ведь спать я ложился позже, так как мне, как тренеру, необходимо было проконтролировать засыпание моих юных спортсменов, которых часто было не уложить вовремя спать. Но когда они засыпали, я выходил в небольшой лесок возле корпуса, шёл по дорожкам и, дочитав вечернее молитвенное правило часто пел песни-молитвы Богородице: "Царице моя преблагая, надеждо моя Богородице,
приятелище сирых и странных предстательница,
скорбящих радосте, обидимых покровительнице!" - пел я сначала очень тихо, но, убедившись, что рядом и дальше никого нет, мой голос всё возвышался и возвышался:
..." Зриши мою беду, зриши мою скорбь,
помози ми яко немощну, окорми мя яко странна.
Обиду мою веси, разреши ту, яко волиши:
яко не имам иныя помощи разве Тебе,
ни иныя предстательницы,
ни благия утешительницы, токмо Тебе, о Богомати" - и уже казалось, сам лес затих, прислушиваясь к этому пению:
"... яко да сохраниши мя и покрыеши во веки веков. Аминь."...
Обычно меня и мою группу спортсменов нигде и ни на каких общих мероприятиях не задействовали. Однажды, пришлось поучаствовать в показательных выступлениях, где я, ошибся в выборе кирпича и вместо простого красного, взял для разбивания каленый кирпич для производственных печей, который невозможно было разбить металлической кувалдой (как потом оказалось). Из двух кирпичей кулаком удалось разбить один, а о второй сломал косточку в кисти. Благо, этот позор был распознан не сразу, а далеко после показательных выступлений, когда весь детский лагерь увидел на моей правой руке гипс.
Так как нас на другие мероприятия не приглашали, чтобы мы не отвлекались от своего кикбоксинга, я особо и не обращал своё внимание на подготовительные мероприятия в лагере. Но одно меня сильно задело. Я знал, что скоро руководство лагеря устроит для детей языческий "праздник" Иван Купала, с прыжками через костёр и плясками вокруг него. Для этого откуда-то достали и языческий истукан из дерева, вынесли колонки для музыки и явно готовились к этому беснованию на широкую ногу.
Проходя мимо этих сложенных дров ддя кострища и истукана, колонок, я понимал, что что-то надо сделать. Моё сердце и мысли уже горели в гневе, но в спокойном и рассудительном: "Это мероприятие не должно состояться!"
С этими мыслями я сразу ринулся к директору лагеря, рядом с которой стояла педагог - организатор, заместитель и работники, готовящие "праздник".
Подойдя к ним я обратился ко всем сразу: "Что вы делаете!? Больше тысячи лет эта языческая зараза изгонялась нашим народом! Русь была крещена и наш Господь - Иисус Христос! Вы прививаете детям чуждое нам, чуждые праздники, язычество, бесов! Многие родители и сами дети крещённые. Дети не могут вам сказать, потому что они в подчинении, а многие православные родители этих детей были бы против! Вы совершаете большой грех! Немедленно всё прекратите, иначе Господь всё прекратит! " На что директор лагеря сказала:" Мероприятие официальное, не можем отменить, оно по плану. Мы бы отменили, если была бы гроза, дождь, ураган, но по прогнозу сегодня и целую неделю ясно."
Но я настаивал:" Вы совершаете большой грех! Остановитесь или вас Бог остановит..."
Был я настолько настойчивым и прямолинейным, что они все, включая работников, даже растерялись и немного испугались этих слов. Мы молча разошлись, но директор всё равно назначила "праздник" на 18.30, сразу после ужина.
Время уже подходило к 18.00, а я всё ходил по коридорам корпуса лагеря с молитвой к Богу, чтобы Он остановил это событие. Уже возникали мысли пойти и развалить этот костёр, повалить истукана и унести оттуда колонки. Это, конечно, было бы последним днём моего пребывания в лагере. Но когда я уже собрался это сделать, все услышали раскаты грома... Нет, не далёкого, а прямо над головой. Вместе с этим громом неожиданно появились чёрные тучи, полил ливень с мощным ветром, который опрокинул истукана, разбросал костёр, залил колонки. Молния ударила в запасной генератор и везде потух свет.
Моё сердце ликовало о вмешательстве Божьем! Как же я благодарил тогда Бога за этот шторм!
Всех детей загнали по корпусам и шторм с ливнем продолжался больше двух часов. Через пару часов было объявлено не об отложении мероприятия на время а о том, что оно не состоится. После того, как это объявили всем педагогам, директор лагеря зашла в наш корпус и, найдя меня, с тревогой сказала: "Видимо, вы были правы, это Бог так сделал, прям как вы сказали. Помолитесь Ему, чтобы гроза прошла, мы не будем устраивать этот праздник". Но как только она это сказала, ливень перешёл в мелкий дождик и с минуты на минуту сам и затих... Облака рассеялись и небо опять стало ясным...
После дождя все дети ещё оставались в своих корпусах, а я вышел посмотреть на последствия этого урагана. Разбросанные дрова... укатившийся куда-то истукан... залитые дождём колонки и темнота в окнах. Но вместе с этой тишиной и свежестью запахов леса явилась и долгая-долгая молитва со слезами благодарности Богу.
Потом начались настоящие искушения. Господь попустил бесам искушать меня, чтобы я не возгордился и не прельстился, но чтобы вернулся обратно "с небес на землю" и посмотрел на себя, такого, какой есть и чтобы это увидели другие.
Я вернулся к пониманию того, из какой бездны греха вынул меня Господь. А вместе с этим опять появились и слёзы раскаяния... Это тоже была милость Божья.
23.07.2026