Русский штык

Русский четырёхгранный игольчатый штык
Русский четырёхгранный игольчатый штык — колющее холодное оружие (штык), примыкаемое к стволу винтовки Бердана (разг. «берданка») и 3-линейной винтовки Мосина (разг. «трёхлинейка»), карабинов образца 1944 года и СКС образца 1945 года.

Хотя в литературе часто встречаемо название «русский штык».
Казнозарядная винтовка системы Горлова-Гуниуса («система Бердан № 1») была спроектирована русскими офицерами — полковником Горловым и капитаном Гуниусом в США и пристреливалась без штыка.
 
Горлов, как специалист военного дела по своему усмотрению выбрал для винтовки русский традиционный (введён вместо багинета в 1702—1709 годов и многократно дорабатывался в последующие полтора века) игольчатый 3-гранный штык, который был установлен под стволом огнестрельного оружия. Да, первые русские штыки были трёхгранные, без долов, с гладкими гранями.

Так как штык игольчатого типа имел преимущество при штыковом бое в плотном строю, а игольчатая форма штыка уменьшала шанс увязания в теле противника и повышала пробиваемость. Также игольчатый штык имел массу намного меньше, чем у аналогичного по габаритам клинкового штыка-тесака (примкнутый клинковый штык-тесак увеличивал нагрузку именно на переднюю часть ствола оружия, снижая точность стрельбы стоя и с колена), при игольчатых гранёных штыках, где шейка отклоняла лезвие на некоторое расстояние от оси канала ствола, стрельба не представляла проблем.

Другое преимущество — большая длина перед клинковым штыком-тесаком, так как общая длина ружья (винтовки) со штыком должна быть такой, чтобы пехотинец мог на безопасном расстоянии отразить сабельный удар кавалериста.
Количество же граней штыка было обусловлено дульнозарядностью: при заряжании оружия с дула рука касалась смотрящей на ствол широкой плоской грани.
Но после проведённых стрельб с 3-гранным штыком оказалось, что пуля  уходит от точки прицеливания при поражении цели. После этого был спроектирован более прочный игольчатый 4-гранный штык по типу швейцарского образца 1863 года (нем. Stichbajonett Mod. 1863).
 
Этот штык, как и на предыдущих винтовках Русских гвардии, армии и так далее, для компенсации  деривации, (отклонение пули от плоскости стрельбы (заданной траектории), вызванное её вращением в полете. Из-за гироскопического эффекта пуля постепенно уходит в сторону от направления прицеливания.) был помещён справа от ствола. Он был принят на вооружение ВС Российской империи в 1870 году, использовался с 4,2-линейной пехотной винтовкой образца 1870 года («система Бердан № 2») и, чуть видоизменённый, к драгунской версии этой же винтовки.
 
И надо заметить, что все винтовки как в ВС Российской империи, а затем и в РККА пристреливались исключительно со штыком! Даже снайперские винтовки Мосина имели штыкии. Более того, штатный четырехгранный игольчатый штык являлся обязательным элементом, без которого снайпер не мог эффективно вести огонь.
 
Пристрелка оружия: Винтовка пристреливалась исключительно с примкнутым штыком. Если стрелок снимал штык, средняя точка попадания (СТП) смещалась, и пули отклонялись влево и вниз, что делало точную стрельбу на дальние дистанции невозможной.

На снайперских винтовках штык сидел очень туго. Он работал как дульный утяжелитель (стабилизатор), гасящий колебания ствола при выстреле, что заметно повышало кучность боя.
   
В 1891 году появилась новая модификация штыка к винтовке Мосина, принятой на вооружение в том же году. Классический четырёхгранный игольчатый штык к винтовке Мосина крепился на стволе на постоянной основе и имел следующие характеристики:
   Общая длина штыка: ~500 мм;               
   Длина клинка: 430 мм;               
   Масса: ~380–400 г.
Имелось несколько модификаций:
• Крепление к винтовке хомутиком
• Крепление к винтовке пружинной защёлкой
• Крепление к винтовке пружинной защёлкой с намушником

Остриё имело заточку в форме отвёртки для увеличения проникающих качеств штыка - «стамесочный» кончик легко огибал кости, не застревая в них. Ранения, наносимые 4-гранным игольчатым штыком, были тяжелее, чем нанесённые штык-ножом, имели большую глубину и малое входное отверстие, поэтому ранение сопровождалось сильным внутренним кровотечением, из-за чего применение штыка такой формы было осуждаемо как негуманное.

Однако в ходе Первой мировой войны были выявлены недостатки 4-гранного штыка — при позиционной войне, в окопе, в лесу штык часто мешал солдатам. Отмечена также повышенная хрупкость штыка.

В 1930 году с модификацией «трёхлинейки» был и модифицирован штык. Это четырехгранный игольчатый штык, разработанный конструкторами И.А. Комарицким и Д.М. Кабаковым. Главное отличие от предшественника заключалось в узле крепления: вместо старого хомутика, фиксирующего штык на стволе, внедрили более надежную подпружиненную кнопочную защелку. Позже эту модификацию выпускали уже без намушника.
Полная длина этого игольчатого штыка из высоколегированной стали составляла 660 мм, а вес — около 0,5 кг.

 4-гранный штык был оставлен на вооружении РККА вплоть до Великой Отечественной войны, не в последнюю очередь из-за экономии средств на перевооружение стрелковых частей более современным штык-ножом.

В 1944 году был принят на вооружение новый 3-линейный карабин, он имел также игольчатый штык, но другой конструкции Н. С. Сёмина. Штык был зафиксирован на карабине и откидывался вперёд при необходимости, он был выбран в результате конкурса из 8 штыков как наиболее подходящий. Этим штыком оснастили карабин образца 1938 года, после чего карабин получил название «карабин образца 1944 года».

Игольчатый 4-гранный штык — неотъёмный, складной был в комплекте самозарядного карабина Симонова, образца 1945 года, хотя вскоре после начала производства был заменён на ножевидный (клинковый).
А причиной такой замены было рекомендовано маршалом Ворошиловым. Он обосновал замену воронёного игольчатого штыка на клинковый штык с полированным лезвием, тем, что при штыковой атаке пехоты, в пешем порядке, такие штыки будут блестеть на солнце и внушать ужас противнику. Ведь все знали, насколько сильна русская пехота в штыковом бою!...

Естественно, что спорить с маршалом никто не стал. Тем более, что Маршал Советского Союза Климент Ворошилов в юности  окончил целых два или три класса сельской земской школы в селе Васильевка, Славяносербского уезда.
Но штык на карабине СКС вынуждены были поменять. Хотя на экспорт отправляли и с игольчатыми штыками.

Игольчатый 4-гранный штык после Великой Отечественной войны оставался на складах неприкосновенного запаса (НЗ) долгое время вместе с винтовкой и карабином Мосина различных модификаций.

По законодательству РФ игольчатый 4-гранный штык в непримкнутом к винтовке положении холодным оружием не считается. Расстояние от заднего среза трубки до шейки штыка не превышает 70 мм, что не обеспечивает надёжного, удобного и безопасного удержания штыка рукой, поэтому штык обладает травмоопасной рукоятью.

P.S. Не смог закончить рассказ про штык, не упомянув ещё одного маршала.
Маршал Семен Михайлович Будённый не был сторонником штыкового боя для кавалерии (где главным оружием являлась шашка и огнестрельный удар), однако он активно поддерживал сохранение и развитие штыкового боя в пехотных частях, считая рукопашную схватку высшим проявлением боевого духа и воли солдата к победе.
Вокруг фигуры Будённого существует популярный миф, будто он слепо отрицал технический прогресс ради холодного оружия. В реальности его взгляды на тактику ближнего боя были прагматичными и разделялись на кавалерийскую и пехотную специфику.
 
В кавалерийском бою Будённый делал ставку на рубку шашкой. Конник с винтовкой и примкнутым штыком на лошади неэффективен — штык лишает кавалериста маневренности, увеличивает риск зацепиться и потерять оружие. По этой причине у нижних чинов драгунских подразделений, вооруженных винтовками,  штык крепился на ножны шашки.

Будённый, как и всё высшее руководство РККА, рассматривал умение ходить в штыковую атаку как основу наступательного порыва пехоты. Советские уставы того времени гласили, что штыковой бой является неотъемлемой и решающей стадией любой атаки.
                В 1930-е годы Будённый занимал пост инспектора кавалерии РККА и замнаркома обороны. Вопреки мифам, он поддерживал моторизацию и формирование танковых корпусов, но резонно указывал на то, что в условиях бездорожья СССР лошадь и пехотинец со штыком еще долго будут оставаться важнейшей силой армии. В итоге Великая Отечественная война подтвердила его правоту: рукопашные и штыковые схватки в окопах и городах (например, в Сталинграде) играли колоссальную роль. 
Существует байка, что кто-то из руководящего состава РККА показал на соревнованиях по штыковому бою, с участием иностранцев, мастер-класс, приёмом разоружения противника, которому его научил старый унтер на первой мировой войне?
                Прямых документальных данных об этом конкретном историческом эпизоде нет, но описанный  сюжет является хрестоматийной и очень популярной армейской легендой, которую в разных вариациях приписывают маршалу Семёну Будённому.
Детальный разбор этого исторического мифа выглядит следующим образом:
Сюжет устной истории обычно звучит так: В 1920–1930-х годах в СССР проходили международные армейские соревнования (или показательные выступления для иностранных военных атташе), на которых зарубежные бойцы (часто упоминаются французы, немцы или японцы) демонстрировали виртуозное владение штыком и побеждали советских солдат. Тогда из ложи встал пожилой советский военачальник, вышел на ковер с деревянным макетом винтовки, хитрым финтом обезоружил иностранного чемпиона и сказал, что этому приему его научил старый унтер еще в царской армии.

Семён Будённый действительно был старшим унтер-офицером 18-го Северского драгунского полка и полным Георгиевским кавалером. Он прошёл жесточайшую и великолепную школу рукопашного и штыкового боя Императорской армии.
 
В 1920-е и 1930-е годы в СССР действительно приезжали иностранные военные специалисты (особенно из Германии в рамках сотрудничества по Рапалльскому договору). На учениях и спартакиадах РККА действительно проводились соревнования по фехтованию на штыках и учебных саблях, которые в то время считались официальными видами спорта.
                Но в мемуарах «Пройденный путь» маршала Будённого в  такого эпизода нет.
                Единственный близкий по духу и официально зафиксированный случай, связанный с Будённым и демонстрацией мастерства перед иностранцами, произошел на конных соревнованиях, а не на штыковых, накануне Первой мировой войны на общеармейских состязаниях в Красносельских лагерях (где присутствовали иностранные гости) молодой Будённый показал выдающийся класс в рубке чучел и прыжках в длину на лошади.

Позже, уже будучи маршалом, он любил лично сесть в седло перед молодыми курсантами или делегациями, чтобы показать правильный «удар шашкой сверху вниз», который полностью рассекал глиняное чучело, доказывая, что старая кавалерийская школа превосходит сухую теорию.
Таким образом, история про штыковой бой и унтера — это красивая армейская легенда, подчеркивающая преемственность боевого опыта между Русской императорской армией и РККА.