Сказки огорода

Разговор на навозной куче


На задворках огорода бабушки Анисьи, прямо на старой навозной куче, расцвёл цветок необычайной красоты с нежными ажурными листьями и пурпурной корзинкой, будто принесенной ветром из дальних миров.
Окинул он взглядом своё место и опечалился: вокруг уныло тянулись грядки с луком, морковью, чесноком и огурцами. Справа росло массивное, неуклюжее растение с крупными лопушиными листьями и блеклыми розовыми цветами;пуговками. Поскольку это был единственный сосед, красавец решил обратиться к нему.

— Приветствую. Я — Нарцисс Прекрасный! — гордо провозгласил он.

— А я — лопух огородный, — добродушно ответил сосед.

— Скажите, как вам удалось оказаться в моих владениях?

Лопух удивился:
— Вообще-то, на этих «владениях» я живу уже второй год.

— И кто может это подтвердить? — фыркнул Нарцисс.

— Да многие. Куры любят прятаться под моими листьями в зной. Лягушки с мышами, я спасаю их от хищных птиц.

— Фу, какую гадость вы говорите! И всё это отребье живёт здесь, в моих владениях? — скривился Нарцисс.

— Мне жаль, но вам придётся примириться с местными порядками, чтобы благополучно дожить до осени, — спокойно сказал лопух.

— Это ещё почему я должен мириться, и почему только до осени?!

— Потому что земная красота скоротечна. Скоро опадут твои нежные листья, скукожится корзинка, померкнут краски. Так заканчивают свой век все однолетние цветы.

— Какую страшную картину вы нарисовали! — ужаснулся Нарцисс. — И вам меня ничуть не жалко?

— Жалко. Но и меня ждет похожая участь. Сейчас я высокий, ветвистый, цветущий. Придет срок, и я завяну. Но успею бросить семена в землю, и на этом самом месте вырастет новый лопух.

— Но почему мир так несправедлив?! — возмутился капризный цветок. — Почему я, такой прекрасный, всего лишь однолетка, а другие живут годами?

— Потому что внешняя красота не может быть вечной, — вздохнул лопух. — Она уходит первой. И пользы от неё не так много, как от простых тружеников. Они, пусть и неказисты, каждый день помогают другим жить: укрывают, защищают и приносят пользу всему живому вокруг.


Лейка и Капельный полив


В дождливый летний денёк на бочке с водой стояла перекошенная старая лейка. Дождь она любила: широко раскрывала свой носик и с удовольствием ловила крупные, прохладные капли, будто разговаривала с небом.

Неподалёку скучала система капельного полива. Она поглядывала на старую лейку и про себя усмехалась: ей было невдомёк, чему может радоваться эта поношенная железяка. Казалось ей, что время старушки давно прошло. Ручной полив уступил место современным технологиям, и теперь именно она, стройная, блестящая была главным помощником хозяина.

— Чему радуешься, Лейкина? — спросила система.

— Дождю, господин Капельный. Нет ничего лучше чистой дождевой воды для овощей.

— Глупости, — фыркнул Капельный. — Пока ты простоишь на своей бочке неделю, вода зацветёт, и вся ее польза пропадёт. Надежность в технике, а будущее за прогрессом.

— Это тебе так кажется, — спокойно ответила Лейка. — Техника не вечна. А я, сама надежность. Ломаться во мне нечему, грязью не забиваюсь. Тебя же хозяин замучился чистить: возится с тобой, как с малым ребёнком, продувает каждую дырочку. С виду ты красивый, стройный, весь в трубочках, а пользы не так уж много.

— Постой, постой, старина, — перебил её Капельный. — При всём уважении к твоему возрасту пользы от меня гораздо больше. Я экономлю воду. Подаю её прямо к корням растений. Не даю разрастаться сорнякам. И самое главное — за мной будущее.

— Хорош воду в лейку лить, — усмехнулась Лейка. — Ты — плод финансового расточительства. Видимость прогресса. Хозяин тебя включил и ушёл. А меня он в руки берёт, со мной проходит весь огород, доходит до самого дальнего уголка, куда тебе никогда не добраться.

— В руки берёт? — рассмеялся Капельный. — Что-то я вижу, уже несколько дней ты загораешь на своей бочке. Похоже, хозяин давно про тебя забыл.

— Не торопись с выводами, Капельный. Огурцы по осени считают. Старую лейку полив не портит. А вот ты здесь надолго не задержишься. Соберёт хозяин урожай и поймёт, сколько хлопот ты доставляешь. На грядках на зиму тебя не оставишь: мороз погубит. Снимать, промывать, убирать… Лишняя забота. А со мной всё просто: взял за ручку, отнес в сарай и отдыхай до следующего сезона.
Лейка помолчала и добавила с тихой улыбкой:

— Время проверяет не новизну, а долговечность.


Пугало и Ворона


Крупная, потрёпанная жизнью ворона грузно опустилась на зазубренный край старого оцинкованного таза с дождевой водой. Долго и шумно пила, затем перелетела на пугало, приземлившись прямо на его выцветшую фетровую шляпу. Ржавый колокольчик недовольно звякнул и затих.

— Стыда у тебя нет, — скрипучим голосом произнесло Пугало. — Таким панибратством ты дискредитируешь мою профессию. Скворцы и воробьи перестанут меня бояться и сгубят весь урожай бабушки Анисьи.

Пугало тяжело вздохнуло:
— Скорее бы уже уборка. Приедут внуки, помогут хозяйке…

— Эх, дурило ты, Пу, — прокаркала ворона. — Урожай соберут, а тебя на свалку. За ненадобностью.

Пугало вздрогнуло.

— Это на какую ещё свалку?

— А ты сам не знаешь? Разберут тебя по частям: жердь под метлу, шляпу коту в сарай, а твою рожу из мешковины… сам догадайся.

Они помолчали. Ворона лениво стукнула клювом по колокольчику.

— Этот твой бубенец воробьёв не отпугивает, а только на обед зовет. Но я могу подсобить. Не просто так, а на взаимовыгодных условиях.

— Это как, Во? — оживилось Пугало.

Ворона слетела на грядку со спелой клубникой, склевала пару ягод и заговорщически прищурилась:

— Я подтяну своих ребят. Возьмём огород под охрану, шуганём всю мелкую шантрапу. А ты просто смотри в другую сторону, когда мои пацаны станут подкармливаться кукурузой. У тебя всё равно левого глаза;пуговицы нет, скажешь, не разглядел.
Пугало тревожно заскрипело:

— А не отнесет ли меня бабушка на помойку раньше срока, если кукурузу поклюют?..

— Решай сам, Пу. Ты здесь босс.

Слово «босс» сладко резануло слух. Пугало расправило соломенные плечи, задумалось, потом выпрямилось настолько, насколько позволяла старая палка.

— Раз я босс… мой ответ — нет!

Ворона удивленно склонила голову.
— Это ещё почему?

— А потому. Кыш с бабкиного огорода! А то…

— А то что? — насмешливо каркнула ворона.

Пугало не знало, что будет «а то», но отступать было поздно. Оно затрясло руками-палками. Колокольчик зазвенел так громко, что над садом вспорхнула стайка воробьёв.

— А то бабушка Анисья выйдет! И тогда не только кукурузу — собственные перья по огороду собирать будете!

Ворона презрительно фыркнула, расправила крылья и каркнула:

— Видать, не из всякой соломы дураков лепят.


Репейник;путешественник


Когда старый лопух почувствовал, что его время подходит к концу, он оглядел навозную кучу, свой дом, свою землю и понял: пора передать детям главное.

— Дети мои, слушайте. Я ухожу, а вы останетесь хранителями этого места. Любите землю, на которой стоите. Давайте тень тем, кто ищет укрытия. Помогайте курочкам, лягушкам, мышкам. В этом  ваша сила.

Зимой куча укрылась снегом, а весной старого лопуха уже не было. Он ушёл тихо, завершив своё служение.

Не все репейники пережили холод.
Но те, что выжили, жили по его заветам.
Один репей был беспокойным.
Он слушал разговоры соседей и однажды услышал от молодого огурца рассказ о чудесной «заогородной» жизни — яркой, шумной, полной приключений.
Слова огурца зажгли в нем желание странствий.

В ту пору к бабушке Анисье приехал взрослый внук.
Репейник решил: вот мой путь.

Когда внук наклонился за огурцами, репей незаметно прицепился к его штанам, и началось странствие.

Он увидел дороги, дома, толпы людей.
Побывал в автобусе, на шумном матче, в гостях, где смех смешивался с усталостью.
Он видел лица радостные, озабоченные, пустые.
И понял: заогородная жизнь не всегда похожа на сказку.
В ней много суеты, пыли, крика и одиночества.
Тоска по родной куче стала невыносимой.
Но путь назад был неизвестен.

Судьба смилостивилась: внук, в тех же единственных штанах, вернулся в деревню.
И когда он проходил мимо навозной кучи, разросшиеся листья лопухов дружно вцепились в его штаны, и помогли блудному брату вернуться домой.
Репейник упал на родную землю и понял то, что старый лопух хотел сказать:

- Кто ищет счастье вдали, часто забывает, что оно растёт рядом.