Хрустальный Компас

 
(Фэнтези-повесть по мотивам авторской пьесы «Хрустальный Цветок»)

Глава первая. Деревенский плен
Лето пахло скошенной травой, нагретой солнцем пылью и тёплым, обволакивающим деревенским воздухом. В небольшом домике на окраине села, где жил дедушка Пирчёбус, время текло медленно и размеренно, словно широкая спокойная река. Две недели назад родители отправили сюда Соню и Сеню — «для перевоспитания», как они выразились. Но дети чувствовали себя скорее в заточении, чем на долгожданных каникулах.
Соне было двенадцать. Она была худенькой, с мягкими, открытыми чертами лица, нежным румянцем на щеках и большими, выразительными глазами, в глубине которых всегда плясали искорки неуёмного любопытства. Её светло-русые волосы, часто собранные в небрежный хвост, казалось, сами ловили солнечные лучи, делая её похожей на героиню доброй, немного волшебной сказки. Соня умела видеть красоту в самых простых вещах: в узорах утренней росы, в медленном танце пылинок в луче света, в том, как смешно подрагивают дедушкины усы, когда он делает вид, что ворчит.
Сеня, самый младший в семье, только-только перешагнул десятилетний рубеж. Он был подвижным, вихрастым мальчишкой с яркими, живыми глазами и вечной, бьющей через край жаждой приключений, которую он пока неуклюже пытался скрыть за маской взрослого циника и скептика. На нём была его любимая, уже немного потёртая, но всё ещё яркая жёлтая футболка. Его движения были стремительными и порывистыми, как у пойманного в клетку воробья, мечтающего о ветре и небе. Сене казалось, что он уже всё знает о жизни и деревенская скука его не сломит, но на самом деле его сердце было широко открыто для чуда, просто он пока стеснялся в этом признаться даже самому себе.
Соня стояла перед зеркалом, поправляя причёску. Ей нравилось наблюдать за собой — за тем, как солнечные лучи играют в её волосах, как отражаются в глазах искорки любопытства.
— Хватит на себя в зеркало глядеться! — раздался голос брата из угла комнаты. — Бери дедовский блокнот и читай вслух, что он там задал!
Сеня лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, наушники плотно прижимались к ушам. Ему хотелось показать, что всё в этом мире кажется ему скучным и предсказуемым. Особенно — деревня, особенно — дедушка с его «морской наукой» и странными правилами.
— Вообще-то тебе дед первому поручил, — парировала Соня, не оборачиваясь. — Выключай свою музыку и читай!
— Не хочу я! — Сеня резко сел, сорвал наушники и швырнул блокнот сестре. — Сама читай!
Дверь скрипнула. На пороге появился дедушка — высокий, сутуловатый старик с густыми чёрно-белыми усами, которые действительно напоминали пиратские. Его глаза, однако, были добрыми, хоть и прямыми, как компасная стрелка.
— Так, детвора, мыть руки и за стол ужинать! — объявил он торжественно. — Там вас ждёт специальное блюдо для героических морских путешественников! Я сейчас ухожу по делам, вернусь, проверю, чтоб тарелки блестели!
Соня выпрямилась, словно на военном смотре:
— Есть, господин капитан! Будут блестеть, как палуба после бури на рассвете!
Дедушка улыбнулся уголками губ:
— Хорошо сказано, юнга… Да, и после ужина продолжите изучать мои конспекты по морской науке. Всё, я ушёл…
Когда дверь закрылась, Сеня вскочил с кровати:
— Ещё учить чего-то! А ужин его я не буду есть! Опять какая-то каша из травы, зёрен и фруктов. Уже ненавижу бананы!
— Съешь, не то дед заставит все полы в доме драить, — спокойно заметила Соня.
— Ага! Он, похоже, только этим и занимался, когда на корабле служил!
— Мама говорила, что он был капитаном.
— И никаким капитаном он не был. Он был коком, то есть поваром. Отравил всю команду своей ужасной кашей и ушёл на пенсию. Всё, моё терпение лопнуло! Я убегу отсюда!
Соня вздохнула. Она знала, что брат говорит не всерьёз, но в его голосе звучала настоящая тоска. Тоска по чему-то большему, чем деревенская тишина и дедушкины уроки.
— Сеня, что ты раскричался? Прямо как пират какой-то.
— А что? Найду пиратский корабль и уйду в море!
— Где же ты его найдёшь?
— Где надо! Но сначала деда проучу. Вон там, в углу, у него старый сундук стоит, тряпкой прикрытый. Я эту кашу противную туда скину. Пусть её сундук ест…
Он подошёл к сундуку, откинул пыльную тряпку и замер. Соня увидела, как изменилось выражение его лица — исчезла наигранная досада, появилась детская, искренняя изумлённость.
— Ничего себе! Да тут у него целый склад!
Сеня наклонился над сундуком и начал вынимать вещи одну за другой: потрёпанную шляпу с широкими полями, шёлковый платок с изображением черепа и костей, большую карту, свёрнутую в трубку…
— Это что, пиратская шляпа? — спросила Соня, подходя ближе.
— Откуда у деда пиратская шляпа? — пробормотал Сеня. — А это, наверное, поварской фартук…
— Ой, а это что такое?
Соня достала из сундука нечто невероятное. В её руках засиял хрустальный цветок — прозрачный, словно выточенный из льда, но живой. Его лепестки переливались всеми оттенками радуги, а внутри пульсировал мягкий, тёплый свет.
— Какой цветок красивый!.. — прошептала она. — Откуда ты, чудо необычайное?..
Внезапно цветок вспыхнул ярче. Зазвучала волшебная музыка — тихая, как шелест ветра, но наполненная обещанием чуда.
— Здравствуйте! — произнёс цветок голосом, похожим на звон хрустальных колокольчиков. — Я Хрустальный Цветок. Я — волшебная связь между людьми! С моей помощью можно преодолеть пространство и время!
Соня ахнула:
— Волшебный цветок! Говорящий!
Сеня фыркнул, пытаясь сохранить невозмутимость:
— Что за глупости! Это просто мобильный телефон со специальным приложением! Точно, его дед за границей купил. Алё, Цветок, ты откуда?
— Я родом из далёкого севера, — ответил цветок.
— Ну вот, я же говорю, его дед из Японии привёз или из Америки.
— А разве они на севере находятся? — удивилась Соня.
— Какая разница! Алё, Цветок, а там, на севере, пираты водятся?
— Да, к сожалению, ещё встречаются.
— А попасть к ним на корабль можно?
Цветок помолчал. В его свете мелькнула лёгкая печаль:
— Вы хотите попасть на пиратский корабль?
— Ну да, очень хочу!
— Вы уверены?
— Конечно!
— Повторите, пожалуйста, просьбу.
Сеня переглянулся с сестрой. В её больших глазах он увидел предостережение, но также и неподдельное любопытство. Он набрал воздуха в грудь:
— Мы хотим попасть на пиратский корабль!
Цветок вздохнул — или так показалось детям:
— Думаю, это плохое желание. Но всё же оно будет исполнено!..
Мир вокруг померк. Волшебная музыка нарастала, заполняя комнату, затем всё растворилось в ослепительной темноте…

Глава вторая. Корабль «Мечта»
Когда зрение вернулось, Соня поняла, что стоит на деревянной палубе. Под ногами покачивалось, в воздухе пахло солёной водой и смолой. Над головой реяли паруса, белые, как облака. А перед ними, опершись на штурвал, стоял мужчина в треуголке и длинном плаще.
Капитан оказался мужчиной лет пятидесяти, но держался он так, словно море под его ногами было не водой, а его собственной, обжитой землёй. Высокий, широкоплечий, с прямой, как мачта, спиной, он носил длинный тёмно-синий плащ, подбитый серебряным кантом, который развевался на ветру, будто крыло большой птицы. На голове у него сидела потёртая, но гордая треуголка, а из-под её полей выбивались пряди седых, как морская пена, волос. Лицо капитана было обветренным, с глубокими морщинами у глаз — морщинами, которые прорезали годы, проведённые вглядываясь в горизонт. На подбородке — короткая, аккуратно подстриженная борода того же серебристого оттенка. Но больше всего поражали его глаза — серые, ясные и спокойные, как море в тихий рассвет. В них не было ни жестокости, ни жадности, ни той лихорадочной искры, которая обычно горит в глазах разбойников. Скорее, в них читалась мудрость человека, который видел на своём веку и штормы, и штили, и предательства, и верную дружбу — и всё равно остался человеком.
На его поясе, рядом с подзорной трубой в кожаном футляре, висел компас — старый, с потускневшей латунью, но стрелка его смотрела куда-то не туда, куда указывали все обычные компасы на корабле. Казалось, этот компас знал какой-то свой, особый север.
— Я же говорила тебе, это волшебный цветок, — прошептала Соня дрожащим голосом. — Мы, похоже, и вправду на пиратском корабле очутились!
Сеня огляделся. Его сердце колотилось, но он заставил себя улыбнуться:
— Спокойно, Соня! Делай, как я! Надевай дедову шляпу, а я из его фартука пиратскую бандану сооружу!..
Они быстро переоделись, превратившись в настоящих пиратов — пусть и немного нелепых. Затем решительно шагнули к капитану.
— Приветствую вас, Капитан пиратов! — важно произнёс Сеня. — Вы ведь капитан? Я не ошибся?
Капитан медленно опустил подзорную трубу. Его лицо было спокойным, почти бесстрастным:
— Да, пришелец, ты не ошибся.
— Вас не удивляет наше волшебное появление на корабле?
— Нет. Мой корабль называется «Мечта», и он сам волшебный, здесь всякие штуки происходят. Что вам надо, пришельцы?
Сеня расправил плечи:
— Возьмите нас в свою команду! Я — очень храбрый и сильный! А это моя сестра, — она… знает разные веселые песенки и смешные истории.
Капитан осмотрел их внимательным взглядом:
— Может быть, вы нам и сгодитесь. Но по пиратским правилам вы сначала должны пройти испытания.
— Без проблем! Что сделать? Застрелить акулу или какую-то птицу? Дайте мне скорее большое ружьё!
Капитан протянул ему швабру с мокрой тряпкой:
— Держи!..
— Это что, волшебное ружьё?
— Нет, это самая обычная швабра. Вы должны начистить палубу до блеска! И поживее, скоро взойдёт солнце!
Сеня растерянно посмотрел на швабру:
— Не понял…
— Что тут непонятного? Мотор «Мечты» работает на солнечной энергии, а палуба — это огромная солнечная батарея!.. Вперёд! Хватайте швабру крепче! А моя команда подбодрит вас настоящей пиратской песней!
Из-за мачт, шумно топая сапогами и хлопая друг друга по плечам, вышла пиратская команда — и Соня с Сеней сразу поняли, что эти люди совсем не похожи на тех злодеев из книжек, которых они себе представляли. Это была разношёрстая, шумная, до смешного нелепая компания, в которой каждый был сам по себе, но все вместе они составляли единый, живой и весёлый организм.
Впереди шагал боцман — огромный, круглолицый детина с рыжей, как морковка, бородой и таким же рыжим хвостом, заплетённым в косичку. На его голом, загорелом до черноты плече красовалась татуировка в виде якоря, обвитого розами. Следом за ним, прихрамывая, ковылял старый моряк с деревянной ногой, которая при каждом шаге издавала звонкий стук, будто он отбивал ритм. Вместо левой руки у него был крюк, но этим крюком он ловко подцеплял с палубы ракушки и подбрасывал их детям, подмигивая единственным, оставшимся после какой-то давней стычки, глазом.
За ними шли двое близнецов-юнг — худенькие, веснушчатые мальчишки лет двенадцати, одинаково одетые в полосатые тельняшки и широкополые шляпы, которые то и дело сползали им на глаза. Один из них держал в руках потрёпанную мандолину, другой — бубен с медными тарелочками. Чуть поодаль, важно переваливаясь, шёл кок — толстый, румяный мужчина в белом, уже изрядно заляпанном фартуке, с поварёшкой, торчащей из кармана, как шпага из ножен. Он что-то увлечённо жевал и время от времени вытаскивал изо рта то изюминку, то кусочек сушёного яблока.
На рее, раскачиваясь, сидел зелёный попугай с ярко-красным хохолком и, похоже, был главным дирижёром команды — именно он выкрикивал ритм, хлопая крыльями. А на плече у боцмана, цепко держась когтями за его рубашку, сидела маленькая, лохматая обезьянка в крошечной пиратской треуголке и делала такие серьёзные мины, словно именно она командовала всем кораблём.
Были среди них и дамы — крепкая, загорелая женщина с тугими косами, обвитыми вокруг головы, как корона, и худенькая девушка с россыпью веснушек на носу и короткой стрижкой цвета спелой пшеницы. Все они — от старого боцмана до маленького попугая — смотрели на Сеню и Соню не как на пленников, а как на долгожданных гостей, с добродушным любопытством и какой-то почти семейной теплотой.
Они запели, хлопая в ладоши:

Мы весёлые пираты, мы ветрам и звёздам рады!
Наш корабль плывёт туда, где вдали живёт мечта!
Мчимся лихо без сомнений в мир волшебных приключений
По танцующим волнам! Присоединяйся к нам!

Соня и Сеня взялись за швабры. Сначала им было неловко, стыдно. Но постепенно ритм песни захватил их, движения стали увереннее. Палуба действительно начала блестеть, отражая первые лучи восходящего солнца.
Когда работа была закончена, Сеня тяжело дышал, но гордо смотрел на капитана:
— Ну что, мы прошли испытание, и вы принимаете нас в команду?
— Не торопись. Сначала выполните ещё одно задание. Сейчас мы причалим к острову в океане. Вы спуститесь на берег и принесёте нам еды!
— Без проблем! У меня как раз в кармане денежки есть, целый год копил. Адрес магазина дадите?
Капитан усмехнулся:
— Что ещё за магазины? Остров необитаемый! А где там найти еду, сами разберётесь. Всё, мы причалили, держите мешок и вперёд, на берег!..
 
Глава третья. Девушка с заколдованного острова
Остров встретил их звенящей, непривычной тишиной. Высокие пальмы лениво покачивались над головой, отбрасывая на белый, мягкий как мука песок кружевные тени. Сеня шёл впереди, с важным видом неся на плече почти пустой мешок, стараясь казаться взрослым и бывалым путешественником.
— Смотри, на пальме бананы растут, большущие! — воскликнула Соня, указывая на верхушку дерева. — Как раз ими мешок дополним. Сможешь залезть?
— Проще простого! — хвастливо отозвался брат, потирая руки.
Но прежде чем он успел сделать шаг к дереву, воздух разорвал протяжный, леденящий душу вой. Звук был жутким, вибрирующим, будто кто-то выл от невыносимой физической боли и бесконечной тоски одновременно.
— Что это? — испуганно прошептала Соня, инстинктивно хватая брата за рукав.
— Похоже, собаки… или волки… — голос Сени дрогнул, маска бравады треснула.
— Откуда здесь волки? Капитан сказал, что этот остров необитаемый.
— Значит, обманул.
— Дедушка был прав, все пираты на самом деле — плохие.
— Тише! Они сюда идут! Прячемся!
Дети юркнули за густой, колючий куст. Из чащи медленно вышла маленькая девочка, на вид лет семи. Она была одета в когда-то нарядное, а теперь изодранное и выцветшее платье, края которого волочились по песку. Её светлые, выгоревшие на солнце волосы спутались в колтуны, а на бледном, испачканном землёй и слезами лице выделялись лишь огромные, бездонно-грустные глаза. В них читалась такая глубокая, недетская тоска, что у Сони мгновенно сжалось сердце. Девочка крепко прижимала к груди потрёпанного плюшевого зайца — единственного друга, оставшегося у неё на этом проклятом острове.
Когда она прошла мимо, дети, не сговариваясь, вышли из укрытия.
— Здравствуйте, — тихо, чтобы не спугнуть её, сказала Соня.
Девочка вздрогнула всем телом, резко обернулась, сжимая зайца так, что побелели костяшки пальцев:
— Вы кто такие и что делаете на этом острове?
— Мы еду собираем для пиратов, — честно ответил Сеня, стараясь говорить как можно мягче.
— Вы их пленники? — в её глазах мелькнула искра надежды.
— Вообще-то мы и сами пираты… — гордо заявил Сеня, — ну, почти что. Сейчас вот только испытание пройдём до конца.
— А вы как здесь оказались? Нам сказали, что остров необитаемый.
Девочка горько, по-взрослому улыбнулась:
— Он и был таким, пока здесь не появилась моя старшая сестра и её команда. Ну и я вместе с ними…
— Но мы только что слышали страшный вой. Значит, здесь ещё и волки водятся.
— Вы, похоже, очень добрые люди и не обидите меня.
— Ну что вы, конечно нет! — горячо заверила Соня.
Сеня важно выступил вперёд, расправив плечи:
— Да я вообще самый добрый пират на свете!
Девочка посмотрела на него, и в её глазах мелькнула робкая надежда:
— Тогда я расскажу вам свою историю. Это случилось двадцать пять дней назад…

***
Эле было всего восемь, но в тот момент она чувствовала себя крошечной и абсолютно беззащитной перед натиском взрослой жизни. Она стояла перед небольшим лесным домом, прижимая к груди того самого плюшевого зайца. Из дома вышла Виктория — её старшая сестра, которой было около двадцати пяти-тридцати лет.
Виктория выглядела как человек, привыкший ломать и подчинять: высокая, с резкими, холодными чертами лица и стальным, оценивающим взглядом. На ней была грубая кожаная куртка, тяжёлые армейские ботинки и широкий ремень, на котором зловеще поблёскивал охотничий нож. Её тёмные волосы были туго стянуты в хвост, подчёркивая строгость и неприступность. В её облике не осталось ничего от той старшей сестры, которая когда-то читала Эле сказки на ночь; перед девочкой стояла чужая, пугающая женщина, для которой мир был лишь ресурсом для добычи.
— Так, я не поняла. Сестра, ты что стоишь? О чём я тебя просила? Ну-ка, живо собрала все мои вещи в рюкзак! Тёплые носки, свитер, рукавицы! Через пять минут мой корабль должен отчалить от берега! — голос Виктории резал воздух, как тот самый нож на её поясе.
— Виктория, может быть, ты останешься дома? — жалобно, со слезами в голосе попросила Эля.
— Ты о чём?
— Пожалуйста, не нужно больше убивать бедных животных…
Виктория рассмеялась — сухо, без тени радости, скрипучим, неприятным звуком:
— Это моя работа! Посмотри на себя. Всё, что на тебе надето, куплено за мои деньги. И вся наша еда, кстати, тоже!
— Я готова ходить в обносках, я могу вообще не есть, только найди себе другую работу! Пожалуйста!.. — Эля упала на колени, в отчаянии обняв сестру за ноги.
Виктория брезгливо отшвырнула игрушку Эли в сторону:
— Значит так, ты сейчас пойдёшь со мной на корабль и вместе с командой отправишься на мою работу. И первого встречного дельфина убьёшь ты!

***
— В тот же день команда браконьеров высадилась на этом острове, чтоб пополнить запасы еды, — продолжила Эля, вернувшись в настоящее. Её голос дрожал. — Был поздний вечер, на небе сияла огромная луна. Я сидела на берегу, глядела на её отражение и плакала. Внутри, на сердце, было очень холодно, и на землю капали ледяные слёзы. И вдруг с моих губ сорвались страшные слова: «Вы хуже самых злых диких волков. Лучше бы вы были не людьми, а волками!» И тут отраженье луны, словно хрустальное блюдо, взорвалось и разлетелось на мелкие острые осколки. Я взглянула на небо. Оттуда на меня смотрела красная луна, а её обжигающие лучи прошептали…
Из воздуха возник силуэт — полупрозрачный, мерцающий серебристым светом. Это был Лунный Свет.
— Твоё желание будет исполнено, — произнёс он голосом, похожим на звон льдинок. — Они станут волками и будут ими, пока не закончится полнолуние. Оно будет длиться двадцать восемь дней. Потом луна растворится в небе, а волки превратятся в ледяные статуи… На далёком севере есть Хрустальная скала, в которой живёт старая волшебница. Только она знает, как можно превратить их обратно в людей…
— Уже двадцать пять дней волки бродят по лесу, отчаянно воют на луну и тоже горько плачут, — закончила Эля, и по её щеке скатилась прозрачная, как алмаз, слезинка. — Они сожалеют о том, что были прежде злодеями…
Соня осторожно вытерла ладонью слёзы на лице Эли:
— Не плачь, может быть, ещё можно что-то сделать… У тебя и вправду ледяные слёзы, у меня даже руки замёрзли.
— Мне кажется, это от того, что моё сердце сейчас от тоски и отчаянья превратится в кусок льда, — прошептала девочка, прижимая к себе зайца.
Соня крепко обняла её, и сама не заметила, как заплакала. Сеня стоял рядом, сжав кулаки до белизны. Он ненавидел слёзы — они делали его беспомощным. Но видя страдание этой маленькой, хрупкой девочки, он почувствовал, как в груди зарождается нечто новое, тёплое и твёрдое одновременно — настоящая, взрослая решимость.
— Прекратите рыдать! — рявкнул он, хотя предательски дрогнул голос. — Ненавижу, когда девчонки плачут! Да успокойтесь же, я сейчас что-то придумаю!
— Что ты можешь? — сквозь слёзы спросила Соня. — Ты на самом деле всего лишь маленький фантазёр, тебя даже ещё в пираты не приняли.
— Спокойно! Быстро возвращаемся на корабль. У меня есть план!
Он закинул мешок на плечо, решительно зашагал к берегу, уже не оглядываясь. В его походке больше не было детской неуверенности.

## Глава четвёртая. Карта и звёзды
На корабле царило оживление. Пираты праздновали удачную добычу, смеялись и пели. Капитан одобрительно кивнул детям:
— Что ж, вы неплохо поработали, будет чем пару дней кормить команду. Да ещё пленницу добыли откуда-то. Молодцы.
Сеня вытащил из кармана карту:
— Капитан, у меня к вам важное дело… Эта карта досталась мне в наследство от моего деда. Здесь стрелками указан путь к тайному месту, где хранятся несметные сокровища. Нам нужно идти на север.
Капитан внимательно рассмотрел карту:
— Да, похоже, она настоящая. А ты, пришелец, хорошо разбираешься в морских картах?
— Лучше всех! — гордо ответил Сеня.
— Назначаю тебя нашим штурманом, поведёшь корабль! Эгей, пираты! Разворачиваемся! «Мечта» берёт курс на дальний север!.. Дамы, готовьте праздничный ужин, отметим удачный поворот событий!..
Когда капитан ушёл, Соня задумчиво посмотрела на брата:
— Интересно, откуда у дедушки настоящая пиратская морская карта?
— Не знаю! Ладно, идите ужин готовьте, вот тебе дедовский блокнот… — он вынул из кармана знакомую тетрадь. — Там записан рецепт специального блюда для героических морских путешественников.
— Из трав, зёрен, корешков и бананов, которых ты терпеть не можешь?
— Вот именно!

***
Корабль шёл на север несколько дней. Пираты пировали, плясали и веселились. Дети стояли у борта, смотря в подзорную трубу на арктические пейзажи. Белые медведи катались на льдинах, розовые чайки танцевали с утренней зарёй, киты выпрыгивали из воды, сверкая на солнце.
Наступила ночь. Все разошлись по каютам, только Соня и Сеня остались на палубе, любуясь звёздным небом.

— Сеня, посмотри, какие звёзды! — прошептала Соня. — Мне кажется, они сверху глядят на нас. И так ярко светят, словно нам рады.
— Яркие звёзды — это отлично! По звёздам наш корабль определяет путь. Видишь вон ту, самую яркую?
— В созвездии, похожем на маленький ковшик?
— Да. Это полярная звезда. Она всегда указывает путь на север.
— Она мигает так интересно, будто что-то хочет сказать нам…
Из тени вышла фигура. Это был один из пиратов — высокий, с хищным лицом и холодными глазами.
— Простите, что отвлекаю, но я хочу выразить вам своё восхищение! — произнёс он сладким голосом. — Вы великолепно знаете пиратскую науку! И в звёздах разбираетесь, и в морских картах. Из вас получатся отличные капитаны!
Сеня расправил плечи:
— Ну да, я же каждый день эту науку изучаю, можно сказать, с невероятным усердием!
— Ага! Изучал бы ты её, если б дедушка не заставлял, — язвительно заметила Соня.
Сеня грозно посмотрел на неё, но пират продолжил:
— Простите ещё раз, но я тут случайно слышал имя Пир-чёб-ус… А я ведь хорошо знал капитана Пирчёбуса. Мы даже когда-то были друзьями!
— Что, вообще, за странное имя такое? — спросила Соня.
— Это пиратское прозвище, и означает оно «Пират — черно-белые усы»!
Сеня растерялся:
— Странно, у нашего деда тоже усы черно-белого цвета…
— А покажите-ка мне, пожалуйста, его морскую карту.
Сеня колебался мгновение, затем протянул карту. Пират взял её, внимательно рассмотрел:
— Да, я не ошибся, узнаю почерк. Это рука Пирчёбуса!.. Или нет?.. Что-то здесь темновато, отойду в сторонку, где больше света…
Он отошёл к краю палубы, где тени были гуще. Через минуту Сеня понял, что пират исчез.
— А куда этот тип делся? Эй, ты где?
— Сеня, кажется, он нашу карту украл! — испуганно сказала Соня. — Что-то здесь не так. Он вообще был какой-то странный. Мне страшно!..
Внезапно небо вспыхнуло. Полярная звезда начала мерцать так ярко, что стало больно смотреть. Из неё вылетели два светящихся шарика, которые приблизились к детям и превратились в две женщины — одну в серебристом платье, другую в золотом.
— Друзья мои, мне так жаль, что не удалось предупредить вас об опасности раньше, — сказала женщина в серебре. — Но я подавала вам сигналы. Только вы почему-то не обратили на них внимания.
— Какие ещё сигналы?
— Световые. По буквам, слово «опасность», короткими и длинными световыми импульсами! Вас же дедушка учил азбуке Морзе.
Сеня покраснел:
— Я, кажется, пропустил этот урок…
— А я тебе говорила, между прочим! — укоризненно сказала Соня.
Женщина в золоте продолжила:
— Странный человек, который украл вашу карту — злой пират с корабля «Зуб Акулы». Когда-то капитаном этого корабля был ваш дедушка.
— Откуда вы всё это знаете? Вы вообще кто такие?
— Ой, простите, я думала, вы сами догадались. Я — полярная звезда. Из созвездия Малой Медведицы.
— А меня зовут Альфа. Я одна из самых ярких звёзд созвездия Большой Медведицы…
— Мы много лет дружили с Капитаном Пирчёбусом, — сказала Полярная Звезда. — Я указывала ему верный путь в океане.
— А я предупреждала об опасности и рассказывала о самых красивых местах на земле, — добавила Альфа. — И однажды он так полюбил звёздное небо, а потом и всю вашу удивительную Планету, что решил изменить свою жизнь!..
— Но не всем это понравилось. Один из злодеев по имени Акул решил занять место капитана. А чтобы поднять корабль «Зуб Акулы» со дна океана, ему нужно добыть много волшебных Хрустальных Цветов!
— Поэтому он выследил вас и украл карту! Это очень опасный пират, он умеет приручать настоящих акул и повелевает ими. И сейчас верхом на гигантской акуле он плывёт прямо к Хрустальной Скале!
— Вам нужно опередить его! Поторопитесь!
— Но как мы это сделаем? Без дедушкиной карты мы заблудимся, — растерянно сказала Соня.
Сеня закрыл глаза, сосредоточился:
— Спокойно, Соня! Я не все уроки прогуливал, я, кстати, тренировал память по дедовской системе. И помню, как выглядит карта, словно мой мозг сфотографировал её!.. Звёзды, пожалуйста, возвращайтесь на свои места, и светите, как можно ярче!..
Звёзды кивнули и растворились в небе.
— Эгей, Капитан! — крикнул Сеня. — Прикажите поднять все паруса и включить двигатель на самую большую мощность! Надо поторопиться. Осталось совсем немного до цели!..

 Глава пятая. Спасение медвежат
Погода испортилась внезапно. Небо почернело, загремел гром, волны вздыбились, словно горы.
— Сейчас начнётся буря, — сказал капитан, глядя на горизонт. — Команда, надеть всем непромокаемые плащи. А вам, девушки, лучше бы спуститься вниз в каюты. Сейчас здесь будет очень опасно и страшно.
— Если мы уйдём, то можем не увидеть волшебный берег, — возразила Эля. — И тогда ваш корабль пройдёт мимо.
— Капитан, мы останемся здесь вместе с вами, и будем внимательно смотреть во все стороны! — решительно сказала Соня.
— Хорошо, только держитесь крепче, чтоб не смыло волнами!..
Шторм бушевал часами. Корабль качало, как щепку. Все цеплялись за канаты, мокрые и уставшие. Внезапно Соня крикнула:
— Я вижу берег! Вон он, справа от нас, глядите!
— И я вижу берег! Только не справа, а слева! — воскликнула Эля.
— Это не берег. Это два огромных айсберга. Они движутся прямо на нас. Нужно успеть проскочить между ними. Врубаем двигатель на всю мощность. Самый полный вперёд!
— Капитан, я вижу ещё один айсберг, правда, совсем маленький, — сказал Сеня. — Он прямо по курсу, впереди нас.
Капитан посмотрел в подзорную трубу:
— Это не айсберг, а небольшая льдина. Ничего страшного, моя «Мечта» легко расколет её надвое!
— Ой, смотрите, смотрите! На этой льдине кто-то есть!
— Да, я тоже вижу. Это… два белых медвежонка… Бедненькие, как они там оказались?!
— Обычное дело, льдина откололась от берега, и они вместе с ней поплыли в океан.
— Мы должны спасти их! — воскликнула Эля.
— Остановите корабль, капитан, пожалуйста! — умоляюще попросила Соня.
— Если сбавить ход, эти два айсберга превратят нас в лепёшку.
Соня отвела Сеню в сторону:
— Сеня, мы совсем забыли про волшебный Хрустальный Цветок! Он же у тебя ещё, да?
— Да, у меня в кармане.
— Он же умеет переносить кого угодно через любое пространство! Давай попросим его перенести к нам на корабль этих медвежат.
Сеня нахмурился:
— Не получится.
— Но почему?
— Я сам ещё утром хотел с его помощью перенести нас туда, где хранятся драгоценности. Но, кажется, у цветка сели батарейки. Светится еле-еле и говорит шепотом. У него точно осталось заряда на одно перемещение. Оно понадобится нам, чтоб домой вернуться. Или ты хочешь навсегда остаться на пиратском корабле?
— Это не я, это ты хотел стать пиратом!
— Но не навсегда же!
Соня посмотрела на брата серьёзно, почти грозно:
— Сеня, скорее доставай Цветок или я побью тебя!
Сеня вздохнул:
— Ну ладно, ладно, я и сам хотел это сделать…
Он вынул из кармана тускло светящийся цветок и прошептал ему слова. Цветок вспыхнул ярким светом, и мир снова погрузился в темноту…

 Глава шестая. Хрустальная скала
Когда дети открыли глаза, они стояли на снежном берегу. Буря стихла, корабль «Мечта» причалил неподалёку. Перед ними шли два маленьких белых медвежонка, указывая дорогу.
Навстречу вышла огромная Белая Медведица.
Медведица была не просто большой — она была величественной, словно само северное сияние сошло с неба и обрело плоть. Её шерсть, густая и мягкая, сияла таким чистым, ослепительно-белым светом, что казалось, будто она соткана из только что выпавшего, нетронутого снега и первых лучей полярного утра. Каждый её волосок, казалось, хранил в себе крошечную искру звёздного света, и когда она двигалась, по её шубе пробегали нежные переливы — то голубоватые, как лёд в морозный полдень, то розоватые, как небо над Арктикой на рассвете.
Глаза у неё были огромные — чёрные, глубокие и невероятно мудрые. В них не было ни хищности, ни угрозы, только спокойная, вековая доброта и та особая, материнская внимательность, с которой смотрят на тех, кого любят и берегут. Когда она смотрела на Сеню и Соню, детям казалось, что она видит их насквозь — и все их страхи, и все их надежды, и даже те поступки, которых они ещё не совершили, но могли бы совершить.
На её мощной шее, словно ожерелье, висели нити из крупных, идеально круглых жемчужин, а между ними были вплетены маленькие хрустальные цветы — такие же, как тот, что нашли дети в дедушкином сундуке. Они тихо светились, перемигиваясь, будто живые звёздочки, и от этого света вокруг Медведицы всегда держался мягкий, тёплый ореол, несмотря на арктический холод.
Когда она говорила, её голос звучал низко, бархатно, с той особой, спокойной силой, с какой шумит далёкий прилив. В этом голосе было что-то от скрипа льдин, от шёпота северного ветра, от колыбельной, которую поют матери своим детям в долгую полярную ночь. И в то же время, когда она улыбалась — а улыбалась она часто, едва заметно приподнимая уголки чёрной, влажной пасти, — в этой улыбке было столько тепла, что рядом с ней хотелось согреться, как у самого надёжного очага на свете.
Дети инстинктивно почувствовали: эта Медведица — не зверь. Она была Хранительницей. Той, кто помнит всё: и первые корабли, рискнувшие войти в арктические воды, и первых людей, ступивших на этот берег, и каждую снежинку, упавшую на эту землю за тысячи лет. И в её присутствии хотелось стать лучше — тише, добрее, честнее.
— Благодарю вас, друзья, что спасли медвежат, — сказала она. —  Эти шалуны любят кататься на льдинах и сегодня рано утром, когда я ещё спала, ускользнули незаметно и уплыли далеко-далеко в океан…
— Бабуля, я не виноват, я просто играл в храброго морского путешественника, а тут вдруг буря началась. Совсем неожиданно, — оправдывался первый медвежонок.
Медведица шлёпнула его лапой:
— Ах ты, проказник! Вот если б хорошо учился, то знал бы точно по приметам, когда погода меняться собирается, и когда буря начнётся!..
— Бабуля, а я ведь ему говорила, что нельзя без старших в море уходить, — вмешалась его сестрёнка — девочка-медвежонок. — А он меня не послушался и ещё за собой утащил!
— Вовсе я тебя не тащил, ты сама согласилась со мной в пиратов играть!
— Не могла же я тебя одного оставить на льдине!
— А вот я вам сейчас задам обоим! В пиратов они вздумали играть! Марш домой, немедленно! Я кому сказала?!
Медвежата обняли бабушку:
— Прости нас, бабуля, мы больше не будем шалить…
Медведица повернулась к детям:
— Друзья, приглашаю пройти в мою волшебную берлогу…
— Это где сокровища хранятся? — радостно спросил Сеня.
— Да, мой друг, уже много лет я — хранительница Хрустальных Цветов. Добро пожаловать в самое таинственное место на Планете…
Она махнула лапами, и в скале открылся вход, из которого лился мягкий золотистый свет.
Внутри скалы было тепло и уютно. Вдоль стен, словно в оранжерее, росли хрустальные цветы. Они светились разными цветами, танцевали, издавая мелодичные звуки.
— Взгляните! Это Хрустальные Цветы — удивительные волшебные создания, способные покорять пространство и время! Они — связь между людьми, находящимися даже на очень далёком расстоянии! — сказала Медведица, обращаясь к Сене. — Впрочем, у вас, мой юный друг, я вижу, уже есть такой Цветок.
— Да, только он не мой, а нашего дедушки. И он уже совсем не светится, у него закончился заряд…
— Он потратил свою последнюю энергию, чтоб перенести медвежонка с льдины на корабль, — добавила Соня.
Сеня вынул из кармана тусклый цветок и протянул Медведице. Та взяла его бережно, словно ребёнка:
— Ну, здравствуй, мой добрый Цветок. Давно мы не виделись! Как поживает твой хозяин, мой верный капитан Пирчёбус?
Внезапно цветок вспыхнул ярким светом. Зазвучала чудесная музыка.
— Здравствуй, Хранительница!.. Я тоже рад встрече с тобой! Мой хозяин сейчас далеко отсюда, но я чувствую, как он грустит и волнуется за своих малышей, которые без спроса отправились в опасное путешествие.
— Как вы это сделали? Цветок снова ярко светится! Вы его зарядили волшебной энергией? Да? — изумлённо спросила Соня.
Медведица улыбнулась:
— Это сделала не я, а вы сами.
А таинственный голос Цветка добавил:
— Хрустальные цветы — не фонарики или телефоны, и заряжаются они не от электричества, а от самой сильной энергии на свете, которая называется «Человеческая любовь и сострадание»…
— Друзья мои, теперь вы можете вернуться домой, — сказала Медведица.
— Спасибо, добрая Хранительница! Но нам ещё рано домой, мы должны сначала помочь нашей новой подруге спасти её старшую сестру.
Медведица кивнула и вручила Эле другой хрустальный цветок:
— Не волнуйся, детка, для вашей подруги у меня есть подарок. Держи! С его помощью ты сможешь вернуть человеческий облик любимой сестре и всей её команде.
— Благодарю вас, добрая Хранительница!
— А это подарок для тебя, храбрый Капитан корабля «Мечта», — Медведица протянула цветок капитану. — Ты тоже заслужил его. Но у меня есть одно условие…
— Какое?
— Ты отдашь мне взамен своё оружие.
Капитан усмехнулся:
— Теперь всё ясно! — он указал на угол пещеры, где высилась куча из пиратских сабель и пистолетов. — А я-то думаю, откуда у такой доброй Медведицы целый склад оружия!
— Да уж, Капитан, выходит, ты не первый в такой ситуации, — заметил Сеня.
— Никому другому я и не подумал бы его отдать, но вам… — Капитан снял с себя пистолеты и саблю, протянув их Медведице.
Внезапно раздался грохот. Потолок затрясся, цветы в страхе спрятались.
— Случилось то, чего я с тревогой ждала много лет! — воскликнула Медведица. — Мою пещеру обнаружили Злые силы. Сейчас они разрушат волшебную защиту, проникнут сюда и уничтожат здесь всё. Скорее берите свои Цветы и улетайте домой. А я приму бой!..
Она  повернулась к входу, приняв грозную позу.
— Никогда ещё капитан корабля «Мечта» не убегал от каких-то Злых сил, — заявил капитан, вставая рядом. — Я с тобой, Волшебная Медведица!
Сеня схватил из угла пещеры оружие и тоже встал в боевую стойку.
— И я с тобой! Я тоже буду сражаться с ними! К этому пирату Акулу у меня личные счёты!
— И мы с вами! — хором воскликнули Соня и Эля.
Герои замерли, готовые к битве. Но вместо врагов к ним вошла Виктория. Она была изранена, одежда в крови.
— Виктория, что с тобой? Ты ранена? — бросилась к ней Эля.
— Не волнуйся, я просто очень устала, — Виктория обняла сестру. — Мы прогнали их, вы теперь в безопасности…
— Но как ты появилась здесь? Я хотела вызвать тебя с помощью Цветка, но не успела.
— Всё просто; у меня теперь есть свой волшебный Цветок… — Виктория достала из кармана сияющий цветок. — Вот он…
Медведица удивлённо посмотрела на неё:
— Откуда он, добрая девушка? Я впервые вижу тебя, да и Цветок этот мне незнаком. А я ведь знаю их всех по именам.
— Сегодня на закате двадцать восьмого лунного дня я вышла к берегу океана, к тому месту, где ты, Эля, всё последнее время сидела и плакала. И там увидела его! В хрустальных лепестках ярко отражался свет звёзд. Стоило мне дотронуться до него, как волчья шерсть исчезла, и я снова стала человеком!
Неожиданно в пещере откуда-то из воздуха возник Лунный Свет и лёг на плечо Эли:
— Этот Хрустальный Цветок родился из твоих слёз, таких прозрачных, что в них отражается всё волшебство космоса!
Медведица обняла всех:
— Друзья мои! Много чудес повидала я на своём веку, а это самое удивительное!
Лунный Свет произнёс тихо:
— Любовь и преданность могут растопить любой холод! А для душ, чистых как ледяной покров северных рек и морей, нет преград. Они бесконечно прекрасны, словно сияние небес!..

Эпилог
Небо над Арктикой сияло яркими красками рассвета. Хрустальные цветы пели свою песню, наполняя воздух теплом и светом.

Разгадан был секрет, и улыбнулись все,
И нежный лунный свет предвосхитил рассвет.
Глядит на всех луна, от счастья чуть дыша.
Спасла мир хрупкий наш хрустальная душа!..

Соня посмотрела на брата. Тот стоял рядом с Элей и Викторией, улыбаясь. В его глазах больше не было скуки и раздражения — только радость и понимание.
— Знаешь, — тихо сказала она, — мне кажется, дедушка будет доволен.
Сеня кивнул:
— Да. Но сначала нам придётся вымыть всю палубу на «Мечте». И, пожалуй, приготовить его кашу.
Они рассмеялись. В этом смехе было столько тепла, что даже северный ветер стал мягче.
А где-то далеко, в маленьком деревенском домике, старый пират на пенсии проснулся от странного чувства. Он посмотрел на пустой сундук, на место, где раньше лежал хрустальный цветок, и улыбнулся.
— Ну что ж, — прошептал он, — значит, урок усвоен.
За окном начинался новый день.