Маринка и Марианна

Маринка забежала домой, запыхавшись. Ей не терпелось сообщить новость.

— Ма-ам, я дома! — крикнула она с порога.

Мать на кухне чистила картошку. Не отрываясь от дела, она взглянула на часы. Электронное табло светилось цифрами «16:29». Значит, бестолковой болтовни с подружками после уроков сегодня не было.
Маринка босиком заскочила на кухню.

— Я решила поменять имя, — провозгласила она и замерла в ожидании реакции.

— С чего бы это? — спросила мать.

Она спросила так, будто речь шла о забытой в школе сменке или прогуле физкультуры. А Маринке на прошлой неделе исполнилось четырнадцать, и теперь она готовилась получать паспорт.

— Мне надоело мое имя, — выдала Маринка аргумент.
Мать взглянула на нее с удивлением и потянулась за новым клубнем. Картошка была прошлогодней. Белые отростки, как щупальца, топорщились из чашки. Дряблые картофелины по-старушечьи сморщились, и мать с трудом срезала толстую кожуру.

— Оно мне вообще никогда не нравилось, — усилила интонацию Маринка.

— А какое тебе нравилось? — мать отложила в сторону нож.

— Ну, всякие там… — она неопределенно махнула рукой. — Но я выбрала Марианну.

— Странное какое-то имя. Сериальное. Я ни разу не слышала, чтобы детей так называли.

— Вот именно! — обрадовалась Маринка. — Поэтому я его и выбрала. Мне надоело быть как все. У нас в классе три Маринки. Скажут: «Марина!», а мы, как три дуры, начинаем головами вертеть. По-твоему, это не повод отказаться от имени?

Мать посмотрела на нее внимательно:

— А о том, как тебя дальше будут называть, ты подумала?

— Здрасьте? — изумилась дочь. — Так, как в паспорте запишут, — Марианна.

— И я буду звать тебя Марианной?
— Ну да, — согласилась Маринка.

— Нет, дорогая моя, ты по-прежнему будешь оставаться для меня Мариной — девочкой с тем именем, которым мы тебя назвали, на которое ты откликалась с тех пор, как стала меня понимать. И учителя, и друзья будут называть тебя Мариной. Потому что это имя твое раз и навсегда. А Марианна будет восприниматься как игра. Твоя игра в прятки.

— Ну и что? — заупрямилась Маринка. — Это сначала они так будут, а потом привыкнут.

— А сама себя ты тоже будешь ощущать Марианной? Или в душе останешься Маринкой?

— Ну не знаю… — задумалась дочь.

— А я знаю. И все остальные считают тебя Мариной и будут думать так же. И никто никогда не спутает тебя с кем-то другим. Тебе ведь не приходит в голову, что твою тетю зовут Катерина или соседку бабу Катю зовут так же, как и меня? Ты ведь знаешь, что твою маму зовут Катерина?

— Конечно, а как же еще? — возмутилась Маринка.
— Ну вот представь, с завтрашнего дня я бы решила стать какой-нибудь Елизаветой.

— Ну вот еще, глупости какие, — продолжила возмущаться дочь.

— А ты подумай, какое на самом деле у тебя очень интересное, уникальное имя. Тебе ведь нравится Марина Цветаева или Марина Влади? А представь, были бы они Татьянами?

— Ну, это уж совсем другое дело. Они ведь знаменитости.

— Ну так и ты заслужила уважение и внимание к себе не именем, а поступками, может даже, успехами. Пока что в учебе, например. А теперь иди переоденься и помоги мне закончить готовить ужин. Отец скоро придет с работы. Да и нам с тобой неплохо бы было подкрепиться.

— Умная ты у меня, мамуль, — Маринка чмокнула ее в щеку и добавила:

— Я, пожалуй, еще подумаю.