По интересам. Блики - 4

 Большое село делится на квадраты.
 От отеля дорога шла к шоссе, а от него тянулись четыре грунтовки.
  Утром и днем улицы выглядели по-разному.
 А утро рано не начиналось.
 Когда абхазы спать ложатся - не знаю, но утром в селе было тихо и сонно. Создавалось впечатление, что никто никуда не торопится, лишь в хозяйствах, где были коровы, шла утренняя несуетная жизнь.
 Коров выпускали из  дворов, и они шли туда, где не было ограждений - либо к покосившимся заборам брошенных домов, либо к столпившимся деревьям, напоминавшим  парки.
 Возможно, последние и были когда-то в селе -  группы платанов, эвкалиптов, сосны, кипарисовики вряд ли оказались вместе случайно, причем, привезенные когда-то воспринимались позже чисто местными.
 Много было амурской сирени, превратившейся местами в большие деревья, и чарующий медовый запах цветов добавлял окружающему нотки расслабляющей неги.
 Не поджаривающее еще солнце, мелодичное неназойливое позвякивание колокольчиков, иди, да смотри по сторонам.
  Цель была. Адамово яблоко.
 И поискать его пришлось.
 Поначалу говорили - только на рынке в Сухуми, да и то, может, нет. Не сезон. Осенью, в октябре.
 Ну, как осенью?! В один из приездов мы его сами рвали. Летом. Только вот - где?
 Наконец, в магазине, оставшемся  в памяти еще с прошлого приезда, подсказали, что в детстве рвали их у железной дороги.
  Следующий день оказался пасмурным, накрапывал дождик.
  Ладно, не беда.
  Вспомнив, что уезжали в прошлый раз автобусом, к которому нужно было идти под мостом, где проходила дорога к трассе, а по мосту - рельсы проложены, пошла в том направлении.
  Возле одного из домов забирала свежий хлеб с машины женщина, охотно вступившая в беседу.
 - Да, там, у железной дороги росли, слева. Я б проводила, да после инсульта никуда не хожу.
 Больше в тот раз никого, кроме коров да хрюкающих свиней, не встретилось.
 Было довольно мрачно, и как-то становилось не по себе. Дорожка, кругом высокие деревья, сыро, тихо.
  Когда показалась из-за деревьев высокая крыша, решив, что будет у кого спросить, поспешила к дому.
 Дом, стоявший одиноко как-то поперек, был нежилой. Что-то заскрипело, захлопало...
А до центра далеко. У страха, как известно, глаза с блюдце.
  Резко  повернув от дома в сторону, рванула  по грунтовке вперед, и очень быстро оказалась рядом с новым отелем под названием "У Павла". Полегчало, только подумалось - до моря отсюда далековато. Но территория большая, закрытая, видно, на машинах удобно здесь.
  Неподготовленность, хотя и некритичная, была.
  Уточнив в поисковике, какие особенности у этого яблока, пошла прежним маршрутом на следующий день.
 Солнце, все смотрится иначе.
  Сердобольная женщина словно ждала: Нашла?
  - Не беспокойтесь, найду, я теперь знаю, что искать.
  - Так ты не знала?
  - Ага. Как выглядит растение - нет, только сам плод, да кто говорил - высокое дерево, кто - вроде куста.
 И опять - ничего похожего. Все вокруг так зарастает ольхой! Куда ни глянь - она. У нас - ясень, который зовут все "американским кленом", здесь - ольха. Враг у нее есть - козы, но мало коз, да и едят они молодые растения, так что - агрессивный напор ольхи налицо.
  И все - ядовитое, нет, ест вредитель, бабочка.
Только в тех дворах, где обрабатывают химикатами, все глаз радует, а так - паутина, да изъеденные растения.
 Недалеко от напугавшего дома увидела валяющуюся большую ветку, рассмотрела - вроде бы похожий лист. С сомнением оторвала край и - вот оно! Млечный сок!
 Главное отличие адамова яблока, она же маклюра,- любая часть растения выделяет млечный сок.
  Эх, рядом же вчера была.
 Пройдя немного вдоль дороги, заметила среди ветвей и яблоки, морщинистые, напоминающие апельсиновую корку, только зеленую.
 Вот, говорила же, были они летом.
  Конечно, это прошлогодний урожай, ну и что?
 В другой раз очаровала меня айва.
 Листья у дерева  больше, чем у груши или яблони, а плоды - будто в бархате, только маленькие пока. Наверное, сажали их грузины, потому что ни в одном абхазском дворе айвы не попадалось, только в заросших заброшенных.
 Изредка среди зарослей встречались каприфольки, запах у них тонкий, нежный.
 Сорвав веточки жимолости и сирени, поставила на подоконник.
 Цветок каприфоли порадовал недолго, но, удивительное дело - потом раскрылись на нем бутончики, представлявшие из себя какие-то тонкие крючочки, а казалось бы, уж так хрупко растение, откуда сила - непонятно.
 Амурская сирень тоже раскрылась, правда, не вся кисть. Лист у нее сиреневый, а цветочки мелкие, и не подумаешь, что сирень. И стояла дольше обычной сирени.
  Жаль, магнолий в селе нет, самая пора ее цветения, пришлось доехать, благо недалеко, в Очамчиру.