Немного о Сене

Решил написать о своём институтском приятеле Семёне - человеке несомненно талантливом и интересном, но весьма своеобразном. Мы познакомились в ЛИИЖТе в 1976 году в начале первого учебного года.


1. Первые впечатления

С Семёном мы подружились на первом курсе. У него был домашний телефон и через него мои знакомые девушки передавали мне – человеку без телефона свои сообщения. Так у меня была построена односторонняя связь с задержкой до встречи с Семёном. В другую сторону я сам звонил из телефона автомата. И эта система сообщений работала до тех пор пока я не стал встречаться с девушкой из своего вуза.
Я бывал у Сени дома – в двухкомнатной квартире дома-хрущёвки, где в маленькой  комнате жили родители, а в большой отдельной комнате располагались Семён и его бабушка Любовь Захаровна – фронтовик и очень интересный человек. Сеня часто её цитировал:

- Человек – не свинья! Человек всё съест.

Как-то у меня на кухне мы пили с Сеней чай. Приятель заинтересовался нашим чайником с ситечком:

- Это ещё зачем?! Тебе что для друга чаинок жалко?

- Да бери хоть все, – я снял крышку заварочного чайника.

К моему удивлению Семён стал есть заварку из чайника ложкой. Но мало ли какие у человека могут быть предпочтения.
Семён умел делать умный и важный вид и не торопился выполнять любую работу. А на мою быструю реакцию на решение возникающих проблем говорил:

- Не надо спешить. Делай тяп-ляп без затрат энергии. Тебя обязательно поправят, если их не устроит.

Такой подход мне не был симпатичным и противоречил собственным внутренним установкам. Я думал сначала, что человек шутит. Потом только понял, что это принятая им философия жизни, которая противоположна моей. Но все люди разные и мыслят и живут по-разному.
Ещё Семён был первым встреченным мной человеком, который иногда с презрением употреблял эпитет «совдепия» к некоторым обыденным моментам. Это слово мне резало уши и Семён это замечал.


2. В аэропорту

На зимние каникулы мы решили отправиться в Москву.  В аэропорту лицо Семена чем-то не понравилось сотрудникам. Его отвели в отдельное помещение для обыска. Ничего, естественно, не нашли. Но смотрели на него даже при выходе с большим подозрением.
Обратно мы возвратились на поезде


3. В деревне

После окончания первого курса я поехал на каникулы в деревню к бабушке в Невельский район Псковской области. Мы договорились, что Семён приедет ко мне через четыре дня на пару недель. Оказалось, что его бабушка родилась в Невеле. Любовь Захаровна очень обрадовалась, что её внук побывает в тех местах.
Поезд прибывал ночью и я, чтобы встретить приятеля, собрался днём на станцию в Изочу. Виктор ещё не приехал, но когда я зашёл к его бабушке, там оказался в гостях мой ровесник Саша. Мы по приглашению хозяев поужинали и решили сходить в клуб. После кинофильма мы с Сашей остались на танцы. Всё равно мне нужно было дождаться поезда с Семёном.
Среди местной молодёжи выделялись два взрослых и крепких парня, которые приехали на своем автомобиле. Они стояли и курили недалеко от нас.
Я стал рассказывать Саше, что в соседней деревне видел женский стройотряд «Псковитяночка». Вдруг один из парней бросил свою сигарету и сказал мне:

- Давай выйдем и поговорим.

Второй парень присоединился к первому. Я кивнул и шагнул к двери.

- И меня возьмите, если вас двое, – сказал Саша и решительно двинулся со мной.

Мы вышли на улицу. А за нами из клуба высыпали все, желающие посмотреть на вероятную драку. Зрелищ было мало, видимо. А тут такой подарок судьбы.

- Что ты сказал про женский стройотряд? Кого из девушек ты там знаешь? – на меня надвинулся парень, сверкнув золотым зубом.

Саша и второй стояли молча рядом. В воздухе чувствовалось напряжение. Все ждали моего ответа.

- Никого не знаю. Сегодня проходил мимо по пути сюда, увидел интересное название и много девушек.

- А сам откуда приехал?

- Из Ленинграда.

- Ясненько. Мы тоже. Вопросов больше нет.

К огорчению местных  зрелище закончилось - парни направились к своей автомашине.
Мы с Сашей пошли на вокзал. Когда открыли входную дверь, увидели в пустом зале спящего на диване Семёна. Под головой лежал его вещевой мешок.

В свою деревню мы пришли ночью. Пешком через лес и поле – всего шесть километров.  Вошли тихо в дом и улеглись спать на моём диване валетом. Утром жена моего брата, приехавшая на лето с сыном и двоюродной сестрой, спросила:

- А как вы зашли в дом ночью. Родители всегда закрывают дверь на крючок!

- Да, дверь на их половине была заперта и мы вошли через вашу комнату.

- Ничего себе, сами закрылись, а к нам  заходи кто хочешь и делай со спящими что хочешь! – продолжала возмущаться она.

- На вашей двери есть такой же крючок, кто вам мешает закрываться на ночь? Познакомьтесь – это мой институтский товарищ Семён,   – ответил я.

Семён нашел со всеми общий язык – и с невесткой, и с родителями, и с бабушкой. У него был талант располагать к себе людей.

К моему удивлению Сеня своим важным видом поразил и местных мужиков в деревне. На третий день ко мне подошел Сашка-киномеханик и сказал, что приглашает меня и обязательно моего гостя сегодня ловить неводом рыбу в озере.
Сашка с напарником на лодке подвезли нам веревочные концы. Затем мы все вместе стали тянуть сеть на берег. Что-то большое и сильное билось в сети в метре от берега. Да это ж угорь!
Мы с Сеней схватили его тело каждый двумя руками, но сильная рыба крутилась, как скакалка, пока мы её вдвоём не опустили в мешок, который держал Сашка. Угря он забрал себе, закинув мешок за спину. Нам достались несколько щук и крупных окуней. Пока мы шли два километра в деревню, угорь бился в мешке, как заведённый. Сашка потом жаловался, что спину, как будто, высекли.
Бабушка из щук приготовила котлеты. Это блюдо Семену очень понравилось. И через день он предложил мне пойти на рыбалку – половить щук для котлет.
Поскольку ловить на спиннинг Сеня не умел, он предложил мне делать забросы, а сам он будет грести. Я разбудил приятеля в шесть утра и мы тихо выбрались из дома и отправились на Белое озеро, расположенное в пяти минутах ходьбы. Нашли свободную лодку-дубицу. Такие плавающие средства выдалбливались топором из очень толстого бревна и для устойчивости по бокам к бревну крепились две доски – крылья. Лодка в своем выдолбленном чреве держала двух человек, сидящих на маленьких дощечках - скамеечках. Управлялась дубица одним веслом, и была очень устойчива на плаву – не тонула даже, заполненная до краев водой.
Сеня грёб вдоль камыша и тристы, а я делал забросы. Катушка у меня была спортивная инерционная «Невская». Нужно было в определённый момент, когда блесна проходила верхнюю точку своей траектории притормаживать катушку большим пальцем. Если пропустить этот момент из лески на катушке получалась «борода». Леска была  советская толщиной 0,7 - 0,8 мм.

Бросать блесну спиннигом я научился в девять лет, когда отец мне его подарил на день рождения. Я тогда привязал к леске камень и начал тренироваться. Через три дня ноготь большого пальца сточился наполовину. Я замотал его изолентой и продолжил.  Прошло совсем немного времени и я научился стоя, сидя и полулежа делать точные забросы. Свой экзамен я сдал сбивая спичечный коробок на столбе забора с расстояния 25-30 метров. Отец ловил обычно окуней на короткую удочку среди зарослей кувшинок и лилий и он сразу согласился поехать со мной на рыбалку в качестве гребца.  Первая щука нашла мою блесну после нескольких забросов, она сделала «свечку» выпрыгнув из воды и пытаясь освободиться, рванула в заросли водорослей. Она была на три килограмма и отец мне помог её вытащить. Дальше ловить я не стал и мы довольные уловом отправились домой.

Когда я вытащил первую щуку и передал ее Семёну для помещения в садок, заметил, что он шевелит губами. На мой вопросительный взгляд Семён сказал:

- Прикидываю, сколько из нее получится вкусных котлеток.

Я поймал шесть щук на взгляд по килограмму – полтора весом. Сеня начал зевать и попросил его высадить на берег. Он взял садок из сетки со щуками и направился домой.
Я покидал ещё полчаса – поклёвок больше не было. И я закончил эту рыбалку.
Когда  подошёл к дому, обнаружил, что дверь заперта на амбарный замок. И увидел записку, что все уехали на покос. Из дома доносился чей-то храп. Я зашел в палисадник и увидел через приоткрытое окно, что это храпит Семён – залез через окно. А куда он дел рыбу?

- Сеня, где щуки? – громко спросил я.

- Повесил в садке на угол дома высоко, – ответил Семён и опять захрапел.

Я обошёл дом и за углом увидел весьма интересную картину: на гвозде в торцевом бревне на высоте моего роста висел пустой прогрызенный садок. На земле под ним сидела соседская кошка, изо рта которой торчал щучий хвост. Животное увидело меня и пыталось убежать, но огромный набитый рыбой живот приподнял ее лапы выше уровня земли, она ими отчаянно шевелила, но сдвинуться с места не могла. Немного перекатилась и всё.

- Бедная киса! Тебе же будет плохо! – воскликнул я и увидел рядом двух её круглых объевшихся впрок котят.

Я снял с гвоздя дырявый садок и подошёл к окну.

- Сеня, котлеток из щуки хочешь? – негромко и вкрадчиво поинтересовался я.

Храп резко прервался:

- Серёга, ты молодчина! Конечно хочу! – Семён быстро встал с кровати и подошел к окну.

- Угощайся, кошачий благодетель, – сказал я и протянул ему дырявый садок.

Вечером мы пошли в деревенский клуб посмотреть кинофильм. Когда вернулись домой и устроились спать на сеновале, Семен мечтательно произнес:

- Эх, мне бы эту Наташу сюда на сено.

- Какую Наташу? В клубе их было две!

- Ну, ту с круглой аппетитной попкой! Познакомь.

- Ишь размечтался. Сам знакомься – я тебе не сваха! Потом ещё и виноватым будешь!

Через неделю Сеня засобирался домой. Я взял велосипед и мы отправились на железнодорожную станцию, расположенную в шести километрах от дома. Для ускорения движения при наличии одного велосипеда мы приняли следующую тактику – один ехал триста метров,  клал велосипед на обочину и далее шёл пешком, а второй, дойдя до велосипеда, садился на него и обгонял на триста метров первого и клал велосипед, продолжая путь пешком. Итак мы чередовали езду на велосипеде с движением пешком, пока не прошли половину дороги. Пекло солнце. И тут Семен заявил:

- Возвращаемся. Я забыл одну свою ценную вещь.

Мы вернулись. К моему удивлению ценной оказалась обыкновенная зубная щетка, которая стоила в магазине пятнадцать - двадцать копеек.
 «Может это подарок важного для него человека и он ему дорог», – подумал я.


4. Сбор у меня

Однажды студенты нашей группы собрались у меня на квартире. Юрка был у нас самый старший по возрасту и он увлеченно рассказывал, как летом на каникулы он поедет домой в Ташкент и там женится, а родители ему на свадьбу подарят жигули.
Тут подошёл Семён и сказал очень серьезно:

- Брось сочинять, Юрка. Кому ты нужен?!

Юра смутился, но не обиделся, подошёл к полке с книгами и взял что-то полистать. Через минуту он с восхищением произнёс:

- Мужики, посмотрите – какая женщина! Какая женщина!

Я прочитал на корешке «Эрмитаж» и увидел иллюстрацию с Венерой Милосской.
Проходящий мимо Семён, посмотрел на предмет восхищения товарища и произнес:

- Это что, Юрка! Ты живую не видел!

Мы стали распределять обязанности по организации совместного обеда. Семёну поручили отварить картошку. Он отправился на кухню. Через некоторое время я туда зашёл и заметил, что вода в кастрюле выкипела почти, а Семёна рядом нет. Я выключил газ и решил слить остатки воды. Вода была чёрная. В советское время картофель продавался в магазинах в серых бумажных пакетах. В них покрытые землёй картофелины лежали обычно в следующем порядке: на дне с гнильцой, а наверху получше, но все грязные. Семён сварил картошку в мундире, не помыв её в раковине. Просто свалил её в кастрюлю с водой и поставил на газ. И сделал это он не потому, что не умел и никогда не видел, как это делают дома.  А просто, чтобы в другой раз ему ничего не поручали. Тогда я об этом не задумывался, понял позднее на других примерах.


5. Зачёт

На старших курсах наше общение с Семёном стало постепенно уменьшаться. Я стал семейным человеком, а Сеня утратил интерес к учебе и стал заниматься своими делами. Он мог достать импортную пластинку, джинсы и многое другое, чего не было в магазинах. Но посещать институт продолжал.
Однажды мы с Игорем сидели в Большом зале Юсуповского дворца на Фонтанке на практических занятиях по нашей специальности. Каждая бригада группы получила свое задание. Мы с Игорем уже готовили ответ, как в двери появился Сеня. Он с почтительным видом извинился за опоздание и попросил у преподавателя разрешения присоединиться к своей бригаде, т.е. к нам с Игорем. Доценту было лень давать опоздавшему  новое задание и он кивнул в знак согласия. Семён сел рядом с нами так, чтобы его не видел преподаватель – спрятался за осциллограф и стал дремать. Мы с Игорем обсудили решение задания и сообщили преподавателю, что готовы отвечать. Когда доцент подошел к нам и Игорь начал отвечать, Семён стал изображать усердно внимание, буквально ел глазами преподавателя и кивал. А когда преподаватель сказал:
- «В целом все хорошо и правильно, но вот эту часть схемы можно упростить вот так!»,
Семён воскликнул:

- Дураки! Я вам сразу говорил, что надо сделать так! А вы решили большинством голосов по-своему!

Было видно, что Игорь опешил от такой наглости. Я с трудом сдерживал смех. В это время доцент попросил зачётку Семёна и поставил ему зачёт. Нам же были заданы дополнительные вопросы. Когда мы вышли после зачёта во двор, увидели там Семёна. Игорь подскочил к нему возмущенно:

- Что ты делаешь собака! Морду тебе набить надо!
- Ребята, да вы чего?! Вы же пятерочники, вы умные! Вам, что жалко, что товарищ зачёт получил, как умел? Я больше не буду, простите, – лицо Семена выражало раскаяние, но глаза его смеялись над возмущением Игоря.


6. В перерыве

Как-то в перерыв мы сидели в аудитории и Игорь спросил меня, незаметно указывая взглядом на Семёна, изображающего очень важный вид:

- Сергей, посмотри на него. Интересно, кем он будет через десяток лет! Пробьётся в начальники и будет нами руководить. Наш Димон-отличник отдыхает.

- Да, замашки у Семёна такие, – ответил я и выдал экспромтом:

Года идут и вот он старше,
Машина, дача, гонорар,
Портфель солидный, секретарша
И Дима Хименков швейцар.


7. Яблоко

На лекции по предмету «Экономика транспорта»  мы с Семёном  сидели в задних рядах. Молодой лектор писал что-то увлечённо на доске. И вдруг звук мела о доску прервал хруст рядом со мной. Лектор обернулся удивленно. Тишина. Он снова начал писать на доске, как опять раздался хруст. На этот раз лектор не среагировал. Я повернулся на звук и увидел, что Семён кусает большое яблоко. На мой удивленно-возмущённый взгляд сосед ответил:

- А что страшного? Кругом свои – мне стесняться некого!


8. Пари

Мы с Игорем только что защитили свои дипломные проекты и слушали своих товарищей. Перед выступлением Семёна, любящего без меры употреблять паразитное слово «значит», я предположил, что в его в пятиминутном докладе таких слов будет больше тридцати.
Игорь тогда сказал:
 
-  Да, ну! Преувеличиваешь, готов поспорить на пирожное!

Семён приступил к ответу:

- Значит так. Тема моего диплома, значит ....

Мы начали с Игорем считать. Когда Семён доклад закончил, результат нас удивил  – пятьдесят три «значит». Игорь проспорил, я ему великодушно простил. Сказал:

- В другой раз. Сладкое вредно.


9. Ведущий программист

Комиссия по распределению студентов на рабочие места направила Игоря в ХИМАНАЛИТ, а меня на кафедру инженером учебной лаборатории. Семён умудрился получить свободное распределение, которое не привязывало его к месту будущей работы на три года. В его планы входило заниматься фарцовкой, но чтобы его не признали тунеядцем со всеми вытекающими последствиями, Сеня устроился на не пыльную работу электриком в парке.
Прошло пять лет. Про Семёна никаких вестей не было. И вдруг он отыскал меня на кафедре:

- Сергей, мне нужна твоя помощь. Помоги мне устроиться на работу по специальности. У тебя много знакомых. Поможешь?

- Попробую. А что случилось, чтобы у тебя возникло такое желание?

- Я недавно женился. Моя жена очень хорошая, но у нее есть одна слабость – она идейная комсомолка и настоятельно требует от меня, чтобы я работал инженером по специальности.

- Хорошо. Я завтра буду проверять практику студентов в проектном институте. Там в отдел  разработок был нужен программист. Я узнаю.

Я не сказал Семёну, что неделю назад рекомендовал начальнику этого отдела Леониду Иванычу по его просьбе одного из лучших известных мне программистов в городе. Парень был с опытом и умением, но к моему удивлению Леонид Иваныч ему озвучил зарплату маленькую даже для молодого специалиста  и соискатель ушел в обиде на такое  предложение и на меня в том числе. Мне было неприятно, что зря потревожил и обнадёжил хорошего человека и я с улыбкой подумал: «Не взяли хорошего и опытного специалиста, пошлю им теперь человека с нулевым стажем в специальности».
К моему удивлению после собеседования Семён был принят на работу на должность ведущего программиста отдела. Сотрудники мне потом выражали возмущение тем, что начальник отдела определил Сене самый высокий оклад. Я слегка удивился, хотя знал умение старого приятеля втираться в доверие и производить впечатление на собеседников умным и важным видом.
Через несколько дней Семён пришел ко мне на кафедру с просьбой решить поставленную ему задачу. Его отдел в то время разрабатывал блок управления электропоездом ЭР-200 и ведущему программисту дали задание написать программу функционирования блока индикации и клавиатуры. Семён принес мне схему блока и описание алгоритма работы. Он смотрел мне заискивающе в глаза:

- Сергей, я знаю – для тебя это не сложно. Напиши мне программу, а я в долгу не останусь.

- Семён, ты меня с кем-то путаешь! Халявы не будет ни за какие коврижки! Конечно, я тебе помогу – расскажу и нарисую как, но писать программу ты будешь сам. Это не сложно, тебе надо самому разобраться.

Я взял лист чистой бумаги и подробно изложил, что и как надо делать. Написал внизу названия книг, в которых есть подобные примеры. Еще раз подробно всё объяснил.
Семён сидел сначала грустный, но потом оживился. Я закончил объяснения и стал задавать вопросы на понимание.

Прошёл год. Я оказался в том проектном институте, где работал Семён. Зашел к программистам и увидел институтского приятеля, сидящего за столом в позе мыслителя. Перед ним лежал тот самый лист бумаги с моими рисунками и пояснениями. Семён смотрел на него и изображал мыслительный процесс, а на самом деле оказалось, что он дремал. Я был в шоке! Эту программу я написал бы за пару часов, по моим соображениям молодой специалист справился бы за неделю, ну крайний срок - за месяц. Но сидеть целый год и ничего не сделать – это надо иметь большой талант!
«Боже, что мне выскажет сейчас Леонид Иванович за мою рекомендацию! Надо постараться не встретиться с ним», – подумал я.
Прошёл еще один год и я опять оказался в этом проектном институте. Я шел по коридору, а навстречу мне – Леонид Иванович. Я уже был готов к неприятному разговору, как услышал:

- Приветствую вас, Сергей Николаевич! Давайте зайдём ко мне!


Мы пожали руки и зашли в кабинет Леонида Ивановича. Начальник отдела приветливо улыбнулся:

- Мы очень вам благодарны, Сергей Николаевич, за то, что вы порекомендовали нам такого нужного для отдела человека. Семён решает все наши вопросы.

- Леонид Иванович, а где он сейчас? У программистов я его не видел.

Начальник отдела посмотрел на часы и ответил:

- В это время Семён обычно пьет чай с директором института.


10. Талант организатора

Через некоторое время Семён организовал первый в городе МЖК (молодежный жилищный комплекс). После работы в институте молодые сотрудники трудились на строительстве многоэтажного дома – строили себе жильё. Семён, не будучи комсомольцем, получил в этом доме трехкомнатную квартиру.


11. Кооператив

В конце 80-х Семён пришел ко мне на кафедру с неожиданной просьбой :

- Сергей, я открыл кооператив и времени на все не хватает. Я бы уволился из проектного института, но не знаю, как ситуация в стране повернётся. Хотелось бы числиться там, но на работу не ходить. Нет ли у тебя человека, который вместо меня посещал бы работу – я ему бы приплачивал к зарплате.

- Сеня, а уши от мёртвого осла тебе не надо? Сам ищи агентов для своих афёр!

Спустя несколько лет один из сотрудников отдела, работавший в одной комнате с моим одногруппником, рассказал мне, как Семён руководил своим кооперативом по производству деревянных рамочек для картин и фотографий:

- «Приходят как-то к Семёну два его работника. И говорят, что вот эта операция стоит двадцать копеек, а нам платят за неё нам двенадцать.  Семён отвечает – хорошо, пусть она стоит двадцать копеек, а вот эта другая стоила двадцать копеек завышено, я за неё теперь буду платить двенадцать! Мужики помялись и ушли».



12. Последние новости

В начале девяностых Семён вдруг пропал. Куда-то исчез, будто под ним земля горела. Без следов, без известий.
А в начале двадцатых годов этого века другой мой приятель, переехавший в США с семьёй, сообщил, что его дочь вдруг случайно познакомилась с дочерью Семёна. Оказалось, герой моего рассказа живет в собственной усадьбе, окруженной высоким забором, под надежной охраной людей и ротвейлеров и предпочитает ни с кем не общаться.
Я решил проверить и написал  Семёну через приятеля. Ответа не было.