Тайна заброшенной турбазы

Рассказ Кота.
Доброго времени суток, читатель. Меня зовут Кот. Меня можно назвать туристом, но не обычным, что ездит по городам или ходит в горы. Я турист совсем иного толка. «Турист брошенного мира». Именно так я люблю себя именовать. Я посещаю заброшенные места и порой приношу оттуда артефакты. Старые книги, пыльные и никому уже ненужные открытки, а если хожу по брошенным государственным объектом – документацию. Последнюю передаю в архив местного музей. Ни подумайте, что я обычный мародёр. Нет. Мне нравиться прикасаться к миру, который покинули люди. К его пыльным полкам. К его беззвучному крику. К той тишине, что печально вопит об ушедшем времени. Если честно, от этого не много грустно. Заходишь на объект или в дом, в котором буквально пару десятилетий назад кипела жизнь и сразу тебя поглощает то самое чувство. Не охота не шуметь, ни брать лишнего. Просто слегка прикоснуться к брошенному миру, взять с собой его частичку и идти дальше. Это тяжело передать. Такое нужно пережить самому. И всё так было ровно до последней моей вылазки. Если бы я знал, чем она закончиться, то никогда бы на это не согласился. И только по этой причине, я сейчас пишу это. Чтобы обезопасить читателя от поступка, что чуть не стоил мне жизни. А может и будет стоить. Есть шанс, что всё не закончилось и мне придётся поплатиться жизнью.
Всё началось со случайного знакомства на просторах интернета с таким же туристом, как и я. Незнакомец, не назвав своего настоящего имени, представился Гробовщиком. И это слегка насторожило. Сперва я подумал, что это какой-то малолетка корчит из себя сурового туриста. Поэтому и такой необычный псевдоним. Но в ходе беседы, мои опасения развеялись. Гробовщик оказался человеком открытым и умным, а самое главное - опытным. Она знал на порядок больше меня в «туризме брошенного мира». Начиная от базовых моментов: как разводить костёр в сырую погоду или в каком месте разбивать палатку. Заканчивая малоизвестными тонкостями: какую еду брать и как подогнать вес в рюкзаке под определённую вылазку. И спустя несколько месяцев общения, от Гробовщика поступило предложение, сперва насторожившее меня.
В то утро я поднялся рано и когда запустил ноутбук, обнаружил 2 одинаковых сообщения. Первое в ВК, а второе на почту. И оба от Гробовщика. Это не много удивило. Он хоть и знал мою почту, но общались мы исключительно в Контакте.
-Привет, Кот. Как смотришь на совместную вылазку. Есть место, в котором никто не бывал уже порядка тридцати лет?
-Привет. - ответил я. - Интересно. А что это за место?
Я по привычке ответил в ВК и как только нажал кнопку «отправить», с той стороны тут же прочитали и стали печатать текст. Будто Гробовщик сидел с нашей открытой перепиской и ждал.
- Брошенная турбаза. В ней давно никто не был. Это редкий шанс прикоснуться к реально заброшенному миру. И мне нужен напарник, чтобы туда сходить. Поход займёт несколько дней. Ты согласен?
Я не торопился с ответом. Всё просто. Я лично не знал Гробовщика. Мы общались только в интернете, а в живую мы не разу не виделись. Да я даже не знал, как он выглядит. Пока я думал с ответом, прилетело ещё одно сообщение. Он словно догадался, что я думал.
-Кот, я понимаю твои опасения. Мы в живую ни разу не виделись. Но спешу тебя успокоить. Переживать не о чем. Место безопасное. Так давно никого нет. А по поводу себя. Я специально написал и в ВК, и на почту. И там, и там можно поднять архив сообщений и меня вычислить. Так же можешь оставить мои данные своим родителям или близким. Да что я усложняю? Мы можем попросту созвониться, и я отвечу на любые вопросы и предоставлю любые данные, чтобы ты не переживал. Могу и с родителями пообщаться. Мне просто нужен напарник, а ты единственный кому я могу доверять в такой вылазке.
Некоторое время подумав, я стал печатать смс, надеясь, что не пожалею об этом:
-Да ничего не надо, Гробовщик. Я согласен.
-Хорошо. - тут же прилетел ответ. - Тогда читай внимательно. А лучше записывай. Можно сказать - это небольшой инструктаж перед серьёзным выходом. Еду бери не «скоропорт» и минимум по весу. Сырокопчёные колбаски, сырки, галеты, чай, сахар и пару шоколадных или протеиновых батончиков. Можно пару банок тушёнки и обязательно бутилированной воды в «полторашках». Они хоть и достаточно весят, но без них никуда. Главное возьми хлебцев и галет по больше. Веса мало, а в желудок забивают хорошо. Ещё по весу. Рыльно-мыльное не бери. Максимум мыло и полотенце. Лучше вместо него небольшую аптечку. Рефтамид тоже не надо. Для клещей не сезон, а комаров там попросту нет. Палатку - обязательно. Или на крайняк – спальник. Ночевать будем там. Тем более у тебя была какая-та там одноместная лёгкая палатка. Бери её. Но самое важно. Обязательно возьми фонарик. Перед самой поездкой полностью заряди и к нему не забудь шнур и «пауэрбанку». Без фонаря там делать нечего. А также нужна будет тетрадь. Я так понял, ты в своих вылазках не делаешь схем. А это зря. Настоящий «турист заброшек» всё досконально записывает. Чисто так. На всякий случай. И бери не ручки, а карандаши. Как принял?
-Хорошо принял. Так и сделаю. - отбил я пальцами по клавиатуре. У меня складывалось впечатление, что мы собираемся на Эльбрус, а не на покинутую турбазу. Но с более опытным «ходоком» спорить не хотелось.
Но на этом инструктаж не закончился. Дальше Гробовщик долго расписывал какую обувь и одежду выбрать. Какие нужны стельки. И даже как поспать, что поесть и во сколько перед вылазкой ложиться. Всё крайне подробно и до мелких деталей. А я только соглашался и делал выводы. Под конец, он прислал короткое сообщение:
-Вроде всё. Предлагаю ограничиться двумя днями на сборы. Жду тебя на областном жд вокзале в четверг. А пока пропаду из сети. Буду собираться.
Я только и успел ответить «Ок», как зелёная лампочка напротив профиля погасла. «Заходил минуту назад» чернели буквы в углу пустого фона, где должна быть фотография. Странно, но да ладно. ВК последнее время выдаёт и не такие перлы. И только сейчас до меня дошло, что я не знаю где именно мне его искать.
В назначенный день, я, в полном снаряжении, выдвинулся на жд вокзал. Там сев на электричку трясся полтора часа, пока не вышел в столице области. И ступив на перрон, завис. И где мне его искать? Набрал номер, но гудки не шли. Первой мыслью, что меня посетила, стала: «Походу, кинули. Угарнули, как над лохом». Но буквально через минуту, меня окликнули басом.
-Кот. Я тут.
Я обернулся и на мгновение опешил. Я представлял Гробовщика совсем иным. Да я понимал, что он старше меня, но не настолько. Ко мне приближался высокий, почти двухметровый, мужик за пятьдесят одетый во всё тёмное. Черные волосы зачёсаны назад, а густая длинная борода почти полностью покрылась сединой. Подойдя, он протянул массивную жилистую кисть и усмехнувшись, хрипло пробасил:
-Не ожидал?
Я, ответив на рукопожатие, только помотал головой. Он улыбнулся ещё шире и продолжил:
- Я пять лет как разменял шестой десяток. Но как видишь полон сил и духа. Раскрою секрет: Я один из первых «туристов заброшенного мира». Как ты любишь это называть. Я предпочитаю именовать себя «сталкером». Как по Стругацким. Ну, «Пикник у обочины». Не читал? А фильм «Сталкер» Тарковского? Тоже не смотрел? Погляди. Тебе понравиться. Там как раз про это. Если конечно убрать лабуду про инопланетян и подобную чушь. – он пошёл в сторону вокзала и позвав меня за собой, продолжил говорить. – Свои первые вылазки я совершал ещё во времена СССР. Это был конец 80х, и страна трещала по швам. За объектами уже так пристально не смотрели и можно было тащить что хочешь. В пределах разумного, конечно. Меня, как и тебя, интересовала больше история, а не оружие, амуниция или Тарен из знаменитых аптечек. Тем более, развал-развалом, а за такие артефакты можно было заехать на зону. Или умереть от рук тогдашних покупателей. Так что я выносил именно документы и, как и ты, сдавал их в городской архив. Собственно, этим до сих пор и занимаюсь. И так как я подобным занимаюсь уже без малого почти сорок лет, оттуда я многое и знаю. И про турбазу тоже.
Войдя на вокзал, мы стали ждать следующей электрички. В соседнюю область. Именно там находилась заброшенная туристическая база. Пока я лениво наблюдал по сторонам, Гробовщик постепенно рассказывал мне историю объекта.
-…Когда-то это был престижный курорт среди хвойного леса. Да. Именовали его турбазой, но он больше походил на дом отдыха. Кого там только не было. И собственно сами туристы, для кого изначально строился объект. И политработники, и ветераны труда и даже дети. Те самые пионеры, которых за хорошие успехи в учёбе посылали отдыхать не в знаменитый Артек, а почему-то именно туда. Но что интересно. Недовольных среди них не было. На территории турбазы были и домики, больше похожие на садовые участки и пару двухэтажных зданий: местный дом культуры и администрация, совмещённая со столовой. Чистый воздух. Спокойствие от городской суеты. Именно поэтому турбаза, предназначенная для туристов, полюбилась обыкновенным отдыхающим. Но всё изменилось в один день. - Гробовщик сделал паузу и продолжил уже на порядок тише. - В тот день в доме культуры ставили спектакль по «Пиковой даме» Пушкина. Посмотреть пришли все отдыхающие турбазы. Но в середине выступления, начался пожар. В том огне погибли все, кто был в ДК. Включая персонал.
- А почему они не выбежали? – поинтересовался я, сконфуженный неожиданным поворотом. Ровно до этого момента, Гробовщик не рассказывал мне ни о какой трагедии.
Он хитро улыбнулся и погладив седую бороду, растянуто произнёс:
- А об этом я расскажу позже. Пусть будет небольшой загадкой. Так интересней.
Через полтора часа подошла электричка. Мы вошли, сели у окна друг на против друга и поезд повёз нас в соседнюю область. Туда, где я ни разу не был. За стеклом мелькали деревья, но с каждой минутой их становилось всё больше. Мы уезжали от городов и цивилизации. Лиственные породы всё чаще сменялись хвойными и вскоре я не видел привычных берёзок и тополей. Их заменили ели. Гробовщик же, глядя в окно за пролетающим лесом, завёл философский монолог:
- Да. Мало кто понимает нашу любовь к заброшенным местам. Знаешь Кот, в таких местах я чувствую себя живым. Вроде вокруг всё умерло. Застыла в веках. А я тут. И я жив. Я словно прикасаюсь к остаткам чужой жизни. Протяни руку. Кинь спичку. И её нет. Ты забрал последние крохи. Вырвал последние дыхание этого умирающего мира. Но ты этого не делаешь. Ты просто наблюдаешь. И это меня будто питает. Насыщает меня жизнью. Я словно подпитываюсь энергией от этого мёртвого, заброшенного мира…
Он болтал дальше какую-то странную философию, а я только слушал, порой кивая. Признаюсь, это было странно. Но вида я не подал. Я уже ехал с ним на заброшенную турбазу.
Выйдя на нужном полустанке, мы остановились, глядя на лес. Электричка ушла, и мы остались в полной тишине. Безмолвие прервал Гробовщик:
-Как тихо. Будто всё умерло. Даже не вериться, что буквально в нескольких километрах отсюда когда-то бурлила жизнь. В турбазе я имею ввиду. Пойдём. Нужно добраться до места, пока не начало смеркаться.
И мы выдвинулись вглубь леса. Постепенно я стал привыкать к тишине. Слух улавливал милейшие шорохи. Слышал шуршание ветвей на слабом ветру, шелест потревоженной нами травы, удалённые и глухие крики птиц, хруст веток под ногами. И чем дальше мы уходили, тем хвойный лес становился гуще. Я привык, что ели растут удалённо от своих побратимов, но тут всё было иначе. Он словно жались друг к другу, образуя густой и дремучий урма;н1. Натыкаясь на колючую стену, мы искали обходной путь и найдя, шли дальше. Притом Гробовщик шёл так, будто точно знал путь. Я уже ненароком подумал, что мы заблудились, когда напарник обернулся на меня и коротко бросил:
- Потерпи. Скоро придём.
И действительно. Через десять минут мы буквально вынырнули перед парочкой домиков. На их стенах облупилась зелёная краска, а окна затянула чёрная пыль. Как я догадался, этой пылью являлся осевший пепел. Мы вошли на территорию заброшенной турбазы и встали, чтобы оглядеться. Что удивительно, когда заходили в локацию, я не заметил забора.
Лес потихоньку забирал обратно свои потерянные земли. Среди высокой травы пробились молодые метровые ели. Хотя признаться, за такой длительный срок лес давно должен был затянуть локацию. Но скорей всего сказывались последствия пожара. Я оглядел домики. Если не считать естественного обветшания, я не заметил ни обгорелых крыш, ни следов копоти. Только затянутые чернотой окна. Подойдя к одному из них, я провёл рукой по стеклу. Так и было. Этой пылью оказался пепел. Он до сих пор вонял гарью. Пробежавшись взором по окрестностям, я отметил, что бывший престижный курорт, больше напоминал брошенные дачи с парой двухэтажных строений.
-Помнишь ты спрашивал, «почему они не выбежали»? - оторвал меня от созерцания Гробовщик. – Всё просто. Двери были заперты. На посту в ДК сидел молодой охранник. Ему надоели дети, шлындующие туда-сюда. И, выйдя на улицу, он незаметно для всех запер дверь на ключ. А как я уже говорил, в середине спектакля начался пожар. Все ринулись к дверям. Но единственный путь к спасению оказался закрыт. Был ещё и запасной выход. Но узкий. И дым в первую очередь повалил туда. Как мне известно, вроде загорелось какое-то оборудование. Люди стучали в дверь и просили их выпустить. А охранник…Охранник, напугавшись, попросту сбежал. Через окна тоже было невозможно выбраться. По какой-то причине, на них стояли решётки. До сих пор не понимаю для чего. Самое жуткое, что большая часть погибло не от отравления угарным газом, а именно от огня. Задыхающиеся люди разбили окна и это усилило пожар. Пламя распространялось стремительно. И вскоре дом культуры буквально пылал изнутри, а сквозь языки пламени кричали люди. Их кожа плавилась и оставалась на прутах решёток. Женщины, дети, старики, мужчины. Все были заперты в этой огненной ловушке. Они горели живьём…Как представлю их крик, так холодно на душе.
Я представил картину, и кожа покрылась мурашками. Ужасная смерть. Гробовщик сглотнул слюну и посмотрел на одно из двухэтажных зданий. Я последовал его примеру. И с удивлением отметил, что окна, имеющие черные треугольники копоти над верхней перекладиной, располагались только на первом этаже. Это здание просто по высоте ровнялась двухэтажному. Крыши я не видел. Я знаю, что тогда их строили плоскими, но не было даже торчавших металлоконструкций.
-Это то самое ДК? - поинтересовался я.
-Да. – сухо ответил напарник. - Но мы пойдём туда позже. Нужно тут оглядеться.
Раздвигая высоченную траву, мы вошли в первый домик. Если не считать пробившейся сквозь доски зелень и затянутые копотью окна, тут было всё как оставляли перед своей ужасной смертью гости турбазы. По крайней мере, я так думаю. В шкафу висело несколько платьев и старомодный мужской костюм, коричневого цвета. Под металлической койкой, оплетённый травой, спрятался кожаный чемодан. Я решил его не доставать. Всё-таки это вещи мёртвых и лучше их не трогать. На столе, покрывшись тонкой вуалью пыли, лежали пару карманных томиков Маяковского, клетчатый платок, бумажная закладка, общитая красными нитками и неподписанный пустой конверт. Кто-то хотел писать письмо по возвращению со спектакля. Не успел. Сюда действительно не приходили годами. Вернее сказать – три десятилетия. Если конечно верить Гробовщику.
Я вынул из рюкзака тетрадь с карандашом и принялся зарисовывать окружение, подробно подписывая каждый предмет. Всё-таки Гробовщик прикольно придумал взять с собой тетрадь. Почему я раньше этим не занимался? Так можно скопить дома целый архив о своих похождениях. Или написать подробный план, если надумаю вернуться сюда ещё раз. А мой напарник, глядя на меня как я рисую схему, продолжил открывать тайны заброшенной турбазы:
- Самое интересное, как ты и сам заметил, пожар не сжёг дом культуры дотла. Вмешалась некая мистика. Огонь, убив людей, сам собой погас, лишь закоптив стены. Ну и как ты видел, покрыл всё вокруг сажей. Да и тут вообще место мистическое. Говорят, что тут порой видят тени тех, кто погиб в той трагедии.
- А кто говорит? Тут же никого не было много лет. - перебил я Гробовщика.
-Кот. Ну ты чё? - усмехнулся напарник. - Сюда же не сразу перестали приходить. Тут был разбор пожара. Выносили мёртвых. Наконец, шло расследование. Это ближайшие десятилетия тут никого не было, а первые года сюда ходили люди. Вернее сказать, сотрудники органов. Вот как раз от одного из них я и узнал. Но сам понимаешь - подробностей рассказать не могу.
-А что стало с охранником? - задал я следующий вопрос.
- Со сторожем? Да кто его знает. Куда-то пропал. - развёл руками Гробовщик и тут же перевёл разговор. - Слушай, а почему тебя кличут Котом?
Такого вопроса я не ожидал. По крайней мере не в таком месте и ни при таких обстоятельствах. Честно признаться, от неожиданности я слегка стушевался. Собравшись с мыслями, начал объяснять:
- Да вроде как за ловкость и увёртливость. Это прозвище я получил от пацанов, с которыми раньше ходил на заброшки. То пролезу куда-нибудь, где все застревают. То выкарабкаюсь из какой-нибудь передряги. Долго рассказывать. Просто прилипло. Кот и Кот. Через пару лет им надоело ходить про брошенным местам, а мне нет. Наоборот. После первой одиночной вылазки я полюбил ходить соло. Менее заметный и как ни странно - вроде как даже безопасней. Так и ходил последние года один…Ну до сегодняшнего дня.
-И с тобой ни разу ничего не случалось? - задал неожиданный вопрос Гробовщик.
-Нееет. - протянул я. –Я вроде как везучий.
- Ну проверим. – усмехнулся напарник. – Узнаем на сколько ты везучий в таком-то месте.
Странная фраза навела меня на нехорошие догадки, но я счёл за благо промолчать. Я уже не впервые замечал какую-то странность за Гробовщиком. Хотя это могла быть просто такая манера общения. Типа пошутить над молодым напарником.
Я открыл рот желая что-то спросить, но от громкого хлопка тут же потерял мысль. Где-то у входа оглушительно ударили словно деревом о дерево. Не буду скрывать, у меня похолодело внизу живота и на пару секунд остолбенел на месте. Гробовщик перевёл взгляд туда, от куда послышался звук и указал головой. А через мгновение приблизился ко мне и прошептал:
-Пойдём глянем. Вдруг мы не одни. И лучше сразу договориться, чем прятаться по углам.
Мы пошли на звук. Напарник шел впереди, а я плёлся за ним. Что я только не успел себе придумать за эти десять секунд. Но всё встало на свои места. Или почти встало. Такой шум издала дверь, ударившись о косяк. От времени её повело, и она до конца не закрывалась. Но секретом осталось почему она закрылась? Об этом я спросил у Гробовщика. Старший товарищ, подойдя к двери, дотронулся до неё, потом зачем-то постучал и повернувшись ко мне, выдал:
-Ветер. Ну или ещё что-нибудь. В таких местах всякое бывает. – а после перенеся одну ногу за порог, он словно опасливо выглянул на улицу. После перевёл взгляд на небо и простояв так пару секунд, возвратился ко мне. - Смеркается. Давай-ка включим фонарики. Мало ли что. Говорят, эти тени бояться света.
Мне всё меньше казалось поведение Гробовщика нормальным. Он словно что-то знал, но скрывал это. Но не проронив ни слова, я последовал его совету. И если говорить правду, я уже начинал жалеть, что согласился на эту авантюру.
Мы вышли из домика и пошли к центру турбазы. Притом казалось, что Гробовщик тут когда-то был. Он шёл впереди и было видно, что он знает местность. Остановившись на небольшой асфальтной площадке, напарник сказал, что расположимся здесь.
- Сейчас нужно тут оставить вещи. Палатки разобьём позже. Просто скинем рюкзаки, возьмём всё нужно, немного погуляем по окрестностям и пойдём до ДК. Оглядимся, а как окончательно начнёт темнеть - вернёмся сюда.
-А что брать? – спросил я.
- Да по сути только фонарик и тетрадь с карандашом. Мы вскоре вернёмся.
Я поставил рюкзак на потрескавшийся асфальт и резко выпрямился. По сути всё нужное у меня было с собой. Несмотря на то, что ещё не было темно, а только начинало смеркаться, с включенным фонарём я чувствовал себя как-то уверенней. Поведя лучом по домикам, я на короткий миг заметил глядящую из окна тень. Она словно пряталась за внутренней рамой. Вздрогнув, я повернул фонарь обратно, но тени уже и след простыл. Я повернулся к напарнику и почти зашептал:
-Гробовщик. Я что-то видел. Вроде как тень. Я видел её буквально на секунду, но там реально что-то было. А сейчас посветил фонарём, а её нет.
Но мой напарник, отстёгивающий от рюкзака палатку, застыл в таком положении, а после, выпустил её из рук, глухо уронив на асфальт. Он не спеша выпрямился и внимательно посмотрел на меня. И в это мгновение его глаза будто наполнились каким-то блеском. Они словно остекленели. Он растянулся в жуткой улыбке и забасил своим хриплым, леденящим душу, голосом:
- Эх Кот-Кот. Бояться нужно не мёртвых, а живых. Знаешь почему меня зовут Гробовщик, пацан? Да потому, что это я похоронил их всех. Я!
Меня словно окатили ледяной водой. Я отступил на несколько шагов и чуть не запнулся о свои вещи. От его слов у меня пошли мурашки по всему телу, и я не знал, что произойдёт дальше…
Рассказ Гробовщика.
Нужно было видеть глаза этого пацана. Он потерял дар речи и стал медленно пятиться, не спуская с меня взгляда. Бедолага чуть не упал, почти запнувшись о свои же вещи. Даже в сумерках можно было разглядеть как стремительно побледнел, а от нравов у него задрожали губы. Выждав пару секунд, я добродушно улыбнулся и произнёс:
- Шутка.
Кот застыл. Он не знал, что ему делать. Тогда я ещё раз повторил, что пошутил и протянул руку в знак примирения. Но пацан стоял и недоверчиво глядел на меня. Глубоко вздохнув, я принялся его успокаивать:
-Кот. Да пошутил я. Пошутил. Это чисто для придания острых ощущений. И не более того. Ну грех в таком месте не приколоться над напарником. – и я громко рассмеялся.
Пацан, криво улыбнулся и глупо хихикнул. А после, как и я закатился смехом, что больше походило на истерику. После он пожал мне руку, но в тут же стал суров и серьёзен. Он указал рукой на окно.
- Да ничего там нет. – я опередил его вопрос. - Говорят, что тени, если конечно они есть, появляются только глубокой ночью и исключительно в зале самого ДК. Такое бывает, когда резко ведёшь фонарём в сумерках. Как бы окружение создаёт иллюзию. Тем более в таком месте.
Кот согласился со мной, и мы медленно выдвинулись в сторону дома культуры. Но я знал правду. И это пугало меня. Тени раньше не уходили дальше ДК. Но Коту об этом знать не надо было. Он тут был не для этого.
Кот расслабился и тут его понесло. В нём пробилась говорливость. Такое бывает, когда спадает нервное напряжение. Кто-то плачет, других бьёт тремор, а третьи как раз болтают как не в себя. И это был тот самый случай.
-…Вот ты говорил про мистику. А ты слышал городскую легенду про город подводников на Камчатке? Вроде называется то ли Бечевинка, то ли Финвал. Город заброшен и труднодоступен, но ходят слухи, что по ночам там видят призраки бывших подводников, а порой звонят отключенные телефоны. И если поднять трубку, то с той стороны, таким как у тебя голосом, запрашивают Камчатский 54. Но это цветочки. Как тут посреди леса произошёл пожар, так подобное случилось с посёлком Курша-2. Вроде как в Рязанской области. Пожар вспыхнул у соседней деревни. Название не помню. Но вскоре перекинулся на подходы к Курше. На тот момент, в посёлке, на железнодорожной станции, грузили партию леса. Бригада поезда предложила посадить жителей и вывести пока не поздно, но диспетчер отказала. Её больше заботила сохранность брёвен. А огонь приближался. И когда всё-таки разрешили посадить людей, то было поздно. Огонь охватил всё вокруг. Поезд тронулся, но доехав до единственного моста, люди заметили, что он горит. Машинист решил рискнуть и спасти людей. Не удалось. Пламя перекинулось на брёвна. И полыхающий поезд сошёл с рельс. Погибли почти все. Больше тысячи человек. И это не всё. Говорят, что этот горящий поезд порой можно услышать в тех местах. Он стучит колёсами, а воздух пронзает болезненный крик. – Кот на мгновение замолчал и остановившись, глядя на ДК, произнёс - Но лучше о таком не будем. - и поспешив за мной, вновь стал болтать – Но самым мистическим местом остаётся…вернее была Ховринская больница в Москве. Её построили на старом кладбище и там были не только старые духи, но и новые. Проклятое место стало излюбленной локацией для самоубийц и сатанистов. Если первые сами сводили счеты с жизнью, то вторые там приносили жертвы. Говорят, в основном скидывали в шахты лифта. Кончено, там сейчас и построен жилой комплекс, но что-то я сомневаюсь. Столько призраков и они попросту куда-то испарились. Тем более последнее время всё чаще говорят о духах, бродящих в этих домах по этажам и глядящих в глазок. И если подойти ночью и посмотреть в него, то можно заметить, как с той стороны на тебя смотрит глаз давно умершего человека…
Сбрасывая стресс, Кот всё болтал и болтал. А я только слушал и кивал в знак согласия. Парень довольно начитанный и честно признаться, тогда мне стало его даже немного жаль. Но дело есть дело. И тут выбор или я, или он.
Я водил его кругами, делая вид, что изучаю заброшенную турбазу. Он чиркал заметки в тетради. И это хорошо. Мне нужно, чтобы в определённый момент его руки были заняты. Когда начало окончательно смеркаться и каждый куст или ель напоминали фантасмагорическую притаившуюся тварь, я предложил Коту посетить тот самый сгоревший дом культуры. И он с радостью согласился. Благо на тот момент его запал говорливости иссяк. Но когда мы почти дошли, пацан неожиданно замер и взволнованно затараторил:
-Ты видел? Видел? Со второго этажа на нас смотрела тень. Клянусь. Это не игра света. Я хорошо вижу в темноте. Эта тень смотрела на нас секунды две, а после зашла за угол. Вон там. - и Кот посветил в сторону ДК, в то окно где когда-то была аппаратная.
- Слушай, ничего там нет. – я старался его успокоить. - Это всего лишь игра воображения. Тем более после того, что тут произошло, хочешь-не хочешь – начнёт мерещиться всякое.
Но пацан не унимался:
-Гробовщик. Да я тебе клянусь, что там видел тень. Она полностью чёрная, худая. И у неё светлые глаза. Я не мог бы такое придумать. Тем более ты сам говорил, что тут есть тени. Ты уже определись: есть тут что-нибудь или нет.
-Послушай. - перебил я Кота. – Это всё местные легенды. И узнал я о них давным-давно. Но…- я решил пойти на манипуляцию. - Но если ты так напуган, то давай развернёмся и пойдём в лагерь. Разобьём палатки. А утром свалим домой, не хрена не увидев. Кот, да ты не Кот, а котёнок.
И моя манипуляция удалась. Пацан опустил голову, закусил губу, а после решительно посмотрел на меня и выпалил:
-Нет. Пойдём дальше. Возможно мне и в правду показалось.
Но я знал, что пацану эта тень не померещилась. Я и сам успел её заметить краем глаза. Тени ждали нас.
Дойдя до дома культуры, мы подошли к дверям. Они были заколочены снаружи досками. Я дошёл сперва до одного угла, затем до второго, осмотрев окна. Всё так же. Чёрные от копоти решётки никуда не делись. Всё это время Кот внимательно наблюдал за каждым моим шагом, подсвечивая мне путь фонариком. Возвратившись к дверям, я стал с силой дергать доски, стараясь их вырвать руками. Понятно, что у меня это не получилось. И тут я сделал вид что вспомнил. Я хлопнул себя по лбу и, повернувшись к Коту, радостно выпалил:
-Точно. Как я мог забыть. Запасной выход. Он должен быть открыт.
Но пацан недоверчиво смотрел на меня, светя фонарём в грудь.
-А… А откуда ты про него знаешь? – насторожено вопросил Кот. - К тому же ты тут прекрасно ориентируешься. Ты идёшь словно по знакомым места.
И мне пришлось ему частично рассказать правду. Я, глубоко вздохнул, опустил глаза и виновато заговорил, жестикулируя руками:
-Да. Ты прав. На самом деле, я ту не в первый раз. Второй. Год назад я посещал эту турбазу. Но честно признаться, мне стало страшно. Я знал легенды про пожар и тени. И как только вошёл вовнутрь, меня сразу пожрал страх. Я не смог пойти дальше. Я попросту сбежал. Дошёл чисто до зрительного зала и пустился наутёк. И входил я как раз через запасной выход. Именно для этого мне и нужен напарник. Вдвоём не так ссыкатно. И тем более если бы я тебе это рассказал, то чтобы ты подумал обо мне. Бывалый сталкер напугался слухов и убежал. Даже мне смешно. Но сам видишь какое тут жуткое место. Одному ходить не вариант. - и положив ему руку на плечо, я добродушно спросил. - Ну что? Идём? Напарник.
И мальчишка, ответив на улыбку улыбкой, согласно кивнул.
Светя фонарями во все стороны, мы обошли дом культуры справа и пробившись через поросль, оказались у запасного выхода. Наиграно перекрестившись, я переступил порог и вошёл в это проклятое место. Кот последовал моему примеру.
Мы шли по узкому коридору светя перед собой фонарём. За годы тут ничего не изменилось. Под ногами хрустели куски отвалившейся штукатурки. Не;когда белые стены покрывал слой копоти. Выгнувшийся от сырости потолок провис и грозился упасть в любой момент на голову. И даже не выветрилась эта горела вонь. В этой части пожара не было. Отсюда выходил дым. А глазастый Кот посветил наверх, замедлил ход и, повернувшись ко мне боком, произнёс:
-Гробовщик. Видишь? Доски выгнулись. И засохшие разводы. Такое бывает, когда долго поливают водой сверху. Притом обильно.
Эх догадливый пацан. Но я решил отмолчаться. Я просто пожал плечами и небрежно проронил:
- Хрен знает. Потолок и потолок.
Но неугомонный пацан остановился, а вместе с ним и я. Кот было открыл рот, чтоб что-то сказать, но звук шагов продолжился. А спустя пару секунд всё стихло. У пацана реально по-кошачьему округлились глаза, и он испуганно прошептал:
-Ты слышал. Мы тут не одни. Тут есть кто-то ещё помимо нас. Звук шёл будто сверху.
-Да ничего я не слышал. Вернее, слышал, но это было эхо наших собственных шагов. Коридор длинный и узкий. И от стен резонирует звук. – я придумывал на ходу, лишь бы его успокоить. И лишь бы он не стартанул на выход. Тогда всё зря.
Удивительно, но мои скомканные доводы подействовали, и мы пошли дальше. Но было видно, что Кот насторожился. И это не хорошо. Мне не нужно, чтобы он был через чур внимательный.
Мы вышли в сгоревший зрительный зал, и я рефлекторно пробежался светом по периметру. Никого. Внутри не было ни лавок, ни сидений. Просто большой пустой зал с черными от сажи досками пола. Стены покрыла многолетняя копоть, а крыши не было. Её убрали во время ликвидации, чтобы не завалило пожарных. Вонь до сих пор не выветрилась. Или мне так казалось. Кот, словно завороженный, открыв рот, разглядывал пожарище. А я словно на инстинктах повернулся к коридору, из которого мы пришли. И в этот момент у меня похолодело в душе.
Ко мне из темноты, мелко вздрагивая, медленно приближалась тень, сверкая своими белыми глазами. Она тянула к моей шеи свои обгоревшие до сажи пальцы. Совладав с подкатившим криком, я посветил на неё фонарём. Тень задрожала и стремительно умчалась прочь откуда пришла. Но это на время. Вскоре она вернётся и не одна. Как хорошо, что они бояться света и пока есть фонари, мне ничего не угрожает. Я повернулся к Коту. Пацан всё так же разглядывал стены. Я облегчённо выдохнул. Он ничего не заметил. Главное не спугнуть. Хотя время уже пришло. Скоро всё начнётся.
Дождавшись, когда пацан подойдёт по ближе к дверям, я его радостно окликнул:
- Кот. Смотри. Тут следы. Притом свежие. И…И какая-та бумажка. Ни то записка, ни то что. - я внимательно смотрел на абсолютно чёрный пол. Про бумажку, как и про следы, я откровенно соврал.
Парень, сжимая тетрадь в одной руке, а фонарик в другой, спешно подошёл к указанному месту и наклонившись, присмотрелся. Но ничего не увидев, стал уже разгибаться, чтобы что-то сказать. И в этот момент я из-за всех сил ударил его с правой по затылку. Но Кот, будто чуя звериным чутьём, увернулся. Удар моего не малого кулака прошёл вскользь. Я только пошатнул его. После этого, пацан резко выпрямился, повернулся лицом ко мне и бросив вещи на пол, потянул руки к подбородку, чтобы принять стойку. Но было поздно.
Я из-за всех сил ударил его в челюсть первым попавшимся под руку предметом. И к несчастью, этим предметом оказался мой собственный фонарь, сжимаемый в левой кисти. Кот покачнулся, мотнул головой, широко расставил руки и, упав на спину, потерял сознание. Неожиданно замерцал свет, исходящий от моей левой руки. Я посмотрел вниз. Моргал фонарик. Я его стряс. После лёгких ударов по нему пальцами, фонарь снова заработал как положено. Но это временно. И следовало поторапливаться.
Я приподнял футболку и развязал тонкую капроновую верёвку. Она с самого начала пути была обмотана вокруг моего торса и ждала своего часа. Я быстро связал Коту руки, а когда принялся за ноги, этот не убиваемый пацан пришёл в себя. У него будто действительно девять жизней. Я посмотрел на него и мне стало его жаль. До жгучей боли в груди. Но иначе я поступить не мог. То ли чтобы выговориться, то ли чтобы хоть как-то сгладить свою вину, я решил рассказать ему как обстоят дела на самом деле. Сев на грязный пол напротив его, печально вздохнул и начал говорить:
-Что ж. Коль ты в сознание – придётся тебе всё рассказать. Ты скоро умрёшь. А умирать в неведенье как-то неправильно. Кот, насчёт того, что я похоронил тех людей – я не шутил. Я и был тем стороже, который запер ДК. И именно я был тем, кто убежал, когда начался пожар. Но я не просто сбежал, как конченый трус. Я попытался хоть что-то предпринять. Я позвонил на местный номер пожарной службы и сообщал о пожаре. Это было советское время. Тогда у них на снабжении стояли вертолёты. Вскоре прилетели «вертушки» и начали поливать ДК. Именно поэтому прогнулись доски на потолке в коридоре. В зале попросту разобрали потолок, чтобы он не придавил пожарных. И как ты понимаешь, не было никакой мистики. Просто если бы тебе рассказал про вертолёты, ты бы сходу понял, что я тут был. Ты пацан не глупый…Пожар потушили. Но тушили долго и попросту не успели. Люди были заперты в огненной ловушке. Они кричали от боли. Они просили о помощи. Я не мог этого слышать. Я напугался и убежал. И что я мог сделать? Мне тогда не было и 18. Я пару раз пытался подбежать к двери и открыть её. Но этот дикий крик…Этот жар и дым…Я не смог. Я запаниковал. Меня буквально душило от ужаса. Пойми, мне было всего 17 лет. Я был ещё ребёнком. Меня и приняли на работу чисто по договорённости. Я нигде в бумагах не числился, а те, кто знали, что тут работаю - погибли в пожаре. Поэтому меня никто не искал. Трагедию сперва засекретили. Родственники конечно пытались поднять бучу, но меньше, чем через год произошла чернобыльская трагедия, а ещё через несколько лет - развал Союза и пришли «девяностые». И дело попросту закрыли. Всем стало наплевать на трагедию в ДК турбазы. И мне всё бы сошло с рук, но с годами меня начала мучать совесть. Или как это назвать. Тени стали…- и я тут же замолчал. Кот испуганно смотрел мне за спину. Его губы испугано дрожали. Я обернулся.
Из коридора, в нашу сторону вздрагивая шли две тени. Их глаза горели белым светом, ненавидящим меня. Я поднял с пола фонарик и посветил на них. Духи задрожали и тихо воя, умчались обратно в коридор. Я повернулся к Коту и разведя руки, чувствуя свою вину, продолжил:
- Они бояться света. Наверное, потому что погибли в огне…по моей вине. Я хоть и называю их тенями, по факту это духи умерших. Просто они так сильно закоптились. И вот теперь имеют такой вид. Так вот. Продолжу. С годами меня начало терзать. Меня тянуло сюда. Я хотел умереть. Но…Но я нашёл иной способ. Ещё более вероломный. Если пожар вышел случайно, то теперь я обрекаю на смерть целенаправленно... Каждые семь лет, когда мучения доходят до пика, я беру с собой добровольца. И приведя сюда, оставляю на растерзания теням. И боль успокаивается. Не знаю с чем это связано. Наверное, тени требуют жертв. По крайней мере я так думаю… Эх Кот-Кот. И тебя не смутило что двери заколочены? Трупы сгоревших, через них, пожарные выносили в первые же дни после пожара. Это я их заколотил. Чтобы будущая жертва не сбежала. Вот поэтому я и дергал дверь. Проверял крепко заперта или нет. Ну а теперь, извини. Ты смышлёный парень и ни в чём не виноват, но мне мой покой дороже.
-А как же контакты? Я их оставил свои родителям. Тебя попросту найдут. – залепетал Кот.
Я печально усмехнулся:
-Какой же ты наивный, пацан. Да контакты, что почта, что ВК - это фейк. Я их специально создал для этого дела. В интернет выходил с разных точек. Из кафе с вай-фаем или с торговых центров. Симка тоже палёная, как и номер. А как вернусь домой. Сбрею бороду, надену очки и сменю стиль. И меня как обычно не найдут, несмотря на записи камер. Да я вообще с другой области. Специально приехал к вам и снял квартиру. Всё Кот. Извини и прощай. Я и так в этот раз сильно затянул. На несколько месяцев. А фонарик я заберу. Тебе он больше не понадобиться. Мне жаль.
И когда я, встав, наклонился за фонарём, этот пацан каким-то чёртовым образом извернулся, вскочил на ноги и двинул мне по яйцам. Мне не помогли ни мой рост, ни моя сила. Охренев от дикой боли, я схватился за место удара и согнулся пополам. Но это его не остановило. Он повторил свой «финт», а затем двинул мне с колена в морду. И я упал. В глазах стремительно потемнело.
Когда пришёл в сознание, я слышал, как шаги Кота стремительно удалялись. В беспамятстве провалялся не долго, но этого хватило, чтобы ситуация повернулась с ног на голову. Этот пацан успел скинуть верёвку с себя и завязать её на мне. Он обмотал мне руки и ноги. Действительно ловкий как Кот. Даже не много вызывает уважение. Но спасибо ему. Он оставил рядом со мной включенный фонарик. И эту чёртову тетрадь с карандашом, которые я придумал взять только для того, чтобы в нужный момент у Кота были заняты руки. Именно на ней всё сейчас и пишу. В позе долбаной гусеницы. Пацан связал меня в районе кистей и голеностопа. И кроме как ползать, я ничего не могу. Я даже сел с трудом.
То, что я сейчас пишу, больше походит на прощальное письмо. Или предсмертную записку. Мне попросту охота излить душу. Я не такой плохой человек как может показаться. Да я убивал. Но в первом случаи случайно, а в других вынуждено. Просто поставьте себя на моё место. Чтобы делали вы в сложившейся ситуации?
Фонарик предательски мерцает и походу скоро погаснет. Тени смотрят на меня из темноты. Они только и ждут, когда света не станет. И тогда всё будет кончено. Я споткнулся на цифре пять. Кот должен был стать пятой жертвой. Но пятой жертвой стал я сам. И надеюсь кто-нибудь похоронит мой холодный труп. Если конечно его найдут. Четверых до этого я не нашёл. Они попросту пропали. Прощайте.

Доброго дня ещё раз. Скорей всего вы не ожидали, что в финале письма Гробовщика появлюсь я. Кот. А теперь расскажу, что случилось в конце. Как говориться- проясню ситуацию. Когда я его вырубил, то связал и вооружившись фонарём пустился наутёк. Честно признаться, более страшнее ситуации в моей жизни не было. К тому моменту тени уже окружали нас. Я светил фонарём во все углы. Духи еле слышно выли и убегали прочь. И от этого я бежал ещё быстрее. Пару раз споткнувшись, я падал, но держал единственное оружие как зеницу ока. Я бежал сломя голову из этой проклятой турбазы, а мне в след выли тени. Но они не преследовали меня. Они жаждали того, кто их убил. Остановившись возле наших рюкзаков, я посветил в сторону дома культуры и прислушался. Порой оттуда слышался напуганный крик Гробовщика. Он кричал, чтобы они ушли. Но вскоре крик затихал. Но буквально на минут двадцать. Потом крики повторялись вновь. Как я понял, когда Гробовщик кричал охваченный ужасом, в тот самый момент у него барахлил фонарик. И эти промежутки становились короче и короче. И спустя пару часов вопли Гробовщика принеслись этом по окрестностям. Он молил его не убивать. Значит фонарь всё-таки погас окончательно.
Но я не мог его просто так оставить. Сочтите меня крайне странным авантюристом, но я ушёл за границу турбазы и разбил там палатку. Чтобы дождаться рассвета.
Утром я вернулся в дом культуры. Гробовщик сидел посреди зрительного зала и рыдал. Он просил прощение. Его лицо было измазано копотью и сажей. Тени оставили отпечатки своих ладоней на нём. А на чёрных стенах было выведено белым – «убийца». Будто тени стирали копать ни то руками, ни то тканью, чтобы это написать. Бывший сторож попросту сошёл с ума. Я взял его тетрадь и стал писать дальше. Чтобы рассказать, чем всё закончилось. Вскоре я вызвал спасателей и рассказал правду. Спустя три часа приехали сотрудники МЧС и его забрали. А меня довезли до города. На сколько знаю, Гробовщика поместили в психиатрическую лечебницу и вряд ли он оттуда выйдет. Он всё так же целыми днями просит прощение у тех, кого погубил.  Но если придёт в себя и его выпустят, я не удивлюсь, что Гробовщик постарается поквитаться со мной. Поэтому и думаю, что возможно не до конца избежал нависшей надо мной угрозы. Куда девались трупы предыдущих жертв, я не знаю. Да и следствие мне этого не расскажет. Дело закрыли ещё во времена СССР.
Успокоились ли духи турбазы - так же не ведаю. И если честно не горю желанием узнавать. По факту всё закончилось хорошо. По крайней мере для меня. Ведь не зря же я Кот. А как известно коты вывернуться почти из любой ситуации.

1- Густой хвойный лес.