Резонанс

          Окна квартиры выходили в небольшой тихий второй двор в глубине старого нешумного квартала. Комната была средних размеров, почти квадратная, с довольно высоким потолком, к которому от стен вели роскошные плавные падуги, что придавало помещению некоторую колоколообразность (шесть "о"!). Может быть, поэтому акустические свойства этого пространства были так хороши?
          Другой ее особенностью было то, что в ней было два окна, которые располагались у боковых стен комнаты (возле углов помещения). Окна эти, в очень толстых стенах, были невелики по ширине и довольно высоки. Возможно, что столь странная планировка возникла вследствие перестроек интерьеров. Когда солнце, во второй половине дня, заглядывало в эти окна, то вдоль стен ложились сияющие полосы, что придавало пространству некоторую торжественность, словно центр комнаты был оторочен широким кантом золотого шитья.
          Тайна комнаты раскрылась в очень теплый, но очень хмурый день. Шел дождь. Окна были отворены. Благодаря гулкости двора звук дождя походил на театральный шепот. Окна теперь исполняли роль максимально разнесенных колонок аудиосистемы — знаете, есть такие высокие узкие колонки, где несколько динамиков располагаются один над другим. Шепот дождя делился пополам широким простенком и проникал в комнату двумя потоками, через оба окна одновременно. Он слегка отражался от стен и приходил к очарованному объемностью звуковой картины слушателю (мне), сидящему в центре комнаты за большим круглым столом.
          Почему шепот капель был особенно впечатляющим, даже чуть магическим? Не знаю в чем тут дело: в глубоких ли проемах окон, работавших как акустические трубы, в расстоянии на котором окна отстояли друг от друга, в их пропорциях, в профиле комнаты, в интерференции звуковых волн, вызывающих резонанс в чувствилище восхищенного слушателя? Резонанс столь значительный, что я, когда идет дождь, часто вспоминаю его даже спустя треть века.