Улькен хроника одной жизни 12. СБАД, инженеры на о

   Когда я начал работать на высоте, меня сразу озадачил вопрос о том, как обеспечивается безопасность электромонтажника во время подъёма. Я внимательно изучил книгу по технике безопасности от корки до корки, но конкретного ответа там не нашёл. Все инструкции были написаны крайне расплывчато и обтекаемо. Авторы уделяли много внимания медкомиссиям и правилам открытия наряда-допуска. Эти вещи важны и правильны, однако сама суть процесса ускользала за формальными фразами. И в качестве примера я приведу одну характерную выдержку из этих правил:
Верхолазные работы - работы, выполняемые на высоте более 5 м от поверхности земли, перекрытия или рабочего настила, над которыми производится работы непосредственно с конструкций или оборудования при монтаже или ремонте, с применением в качестве единственного средства защиты от падения с высоты - предохранительного пояса.
    Монтажник, поднявшись на рабочее место, должен пристегнуть предохранительный пояс к конструкции. Меня мучил вопрос о том, что произойдёт при срыве в самый ответственный момент непосредственно во время подъёма. В правилах об этом не было сказано ни слова. Я решил спросить об этом Равиля. Он немного помедлил и ответил, что люди просто должны быть хорошо подготовлены.
   В тот момент меня буквально понесло. Я начал увлечённо рассказывать ему про методы альпинистов и даже нарисовал схемы. Я доказывал, что у скалолазов надёжно застрахован каждый участок пути. Если у них случается срыв, то человек пролетает лишь до последней точки страховки, а не падает на землю. Я не понимал, почему нам нельзя использовать их проверенный метод. Ведь под опорой у нас лежит сплошной острый скальник, и при падении на такие камни инвалидность уже не получишь. Равиль все это понимал и душой был с нами. Но сам он работал строго по инструкции и никогда бы её не нарушил. Вскоре мне передали из дома сумки с вещами. Там было и альпинистское снаряжение с верёвками, которые я специально попросил родителей прислать для работы.
    Я решил показать Равилю всё в деле. Вечером мы позвали его на ужин с друзьями, а после еды перешли в зал. Там мы разложили на полу снаряжение и вместе с Булатом начали объяснять, как оно работает. Для наглядности Булат надел обвязку на Мишу и вышел с ним на балкон. Я привязал верёвку к батарее, а Гоша побежал вниз предупредить жену, ведь они жили прямо под нами, этажом ниже.
  Когда Равиль увидел, что Булат спокойно пристегнул карабин и велел Мише перелезть через парапет, у него буквально отвалилась челюсть. Сам Миша не знал, как правильно спускаться, поэтому Булат быстро объяснил ему, как нужно действовать, и мы начали спускать его вниз парашютиком. Потихоньку стравливая верёвку, я страховал бесстрашного Михаила, пока он не исчез в темноте. Равиль рванул к перилам и, перегнувшись через край, увидел, что наш товарищ спокойно висел между четвертым и третьим этажами. На нижнем балконе Гоша с женой восторженно встретили незваного гостя и завели в комнату. Равиль остался глубоко потрясён увиденным, однако признался, что применить такую технику на работе будет проблематично.

   Вскоре подвернулся реальный повод для дела, а именно замена изолятора на подвесной гирлянде. Это была повышенная опора и подъезда для автовышки не было. Инструкция предписывала использовать монтажный трап, представляющий собой тяжёлую трёхметровую конструкцию, которая подвешивается к проводу. Но переглянувшись с Равилем, мы решили, что пора опробовать на практике наше альпинистское снаряжение.
   Асылбека мы решили в курс дела не ставить, поэтому стали быстро разматывать мои верёвки. Пока ребята раскладывали инструменты внизу, мы с Гошей полезли на опору. Игорь закрепил на верхней траверсе монтажный блок с откидной щекой, а я поднялся выше и организовал самостраховку. Затем мы пропустили основную верёвку через этот блок и сбросили её вниз. Я спустился до разбитого изолятора, внизу меня страховали Малдован с Аскаром. Игорь сначала спустил мне вайму, а когда я её установил, подал сам изолятор. И тут к опоре на мотоцикле подъезжает Асылбек. Увидев меня висящим на верёвке, он застыл в изумлении. Потом резко повернулся к Равилю и, показывая на меня рукой, закричал:
- Это что такое? Вы что это делаете?
А Равиль ему спокойно так отвечает:
- Да у нас всё под контролем, Лёх. Я в курсе.
   Бригада сразу же оживилась и отпустила несколько шуток. Асылбек сразу осознал решение Равиля взять ответственность на себя. Не желая быть к этому причастным, он молча махнул на нас рукой, резко развернул мотоцикл и уехал.
   Работу мы выполнили быстро и чётко. После замены изолятора ребята подтянули меня к траверсе, и я перешёл на металлоконструкцию. Гоша снял блок и спустил вайму. Когда мы аккуратно спустились вниз, Равиль поддержал меня одобрительным взглядом, а Юра только головой покачал со словами:
- Ты меня в который раз не перестаёшь удивлять…

   Через некоторое время мы узнали, что в Алматы состоится большое совещание с участием всех главных инженеров предприятия. "Представители со всех филиалов должны были выступить с докладами и обсудить ключевые рабочие вопросы. А вот финал этого съезда обернулся для участников настоящим сюрпризом. Руководство решило отправить всю делегацию к нам на Балхаш, чтобы люди отдохнули после тяжёлой работы и своими глазами увидели красоту здешней дикой природы.   
   За три дня до мероприятия нас отправили на остров подготовиться к встрече. Первыми ушли мы с Асылбеком на николаевской плоскодонке. Чтобы мы не несли ответственность за чужую лодку, рулевым назначили Димона, потому что она принадлежала его отцу.
   А капитан вместе с Васей и Кенесом должны были выйти в море на корабле и поставить сети. Это судно было около двадцати метров в длину и четырёх в ширину. Капитан был наполовину кореец, наполовину русский. Невысокого роста крепыш с кудрявой головой, он был напыщенно строг и смешно шепелявил. Он постоянно хотел командовать, но его, кажется, никто не слушал. Кенес, тоже крепкого телосложения, был наоборот молчалив и сдержан. Он был потомственный рыбак с Байтала, и эта работа была ему с детства знакома. Мы хотели поймать рыбу и угостить делегацию инженеров кокталом. Поэтому и собрали команду из лучших специалистов своего дела.
   Погода на море была спокойная, и мы, загрузив лодку провизией, отчалили от берега. Мерно покачиваясь на волнах, баркас не спеша рассекал водную гладь озера. Но через некоторое время Лёху насторожил натужный рёв мотора:
- Что-то тяжело идёт, не сломается? Может, форсунки забились?
- Да нет, нормально вроде, - отвечает Димон. - Столько нагрузили всего, поэтому и не тянет.
- Обычно я быстрее добираюсь, уже лишний час плывём, - недоумевал Асылбек.
   Причину мы узнали, когда причалили к песчаному берегу. Оказывается, Димка в спешке забыл поднять якорь, и мы всю дорогу тянули его за собой.
- Ну ты даёшь, неужели не чувствовал? - рассмеялся Лёха. - Хороший мотор, однако, даже с якорем прёт!
- Блин, только отцу ничего не говорите. Узнает - убьёт! - попросил Димка. - Хорошо ещё, что сети за собой не потащили.
   Разгрузив лодку, мы сложили все вещи на песчаной косе и начали обустраивать лагерь. На следующий день капитан с Васей привезли рыбу. За ночь они поймали целый мешок крупного сазана и одного огромного сома. Улов взяли на аханы. Это такие сети с огромной ячеей размером с ладонь, которые внешне напоминают волейбольную сетку. Они предназначались для вылова только крупной рыбы, так как мелкая свободно проходила сквозь дель и не путалась. В настоящее время такие сети уже не используют. Крупной рыбы на Балхаше осталось очень мало, и от аханов рыбаки постепенно отказались. 
   Мы начали чистить рыбу и устанавливать коктальницы. Трофейного сома весом под сто килограммов капитан насадил на капроновый шнур и привязал прямо к судну. Когда делегаты конференции прибыли на остров, у нас уже всё было готово к их приёму. Заложив несколько коктальниц сухим камышом, Асылбек поднёс к ним горящую спичку. Огромный костёр мгновенно вспыхнул, и пламя, подхваченное ветром, заставило всех отойти подальше. Даже когда огонь погас, жар от металла стоял такой нестерпимый, что нам пришлось вылить несколько вёдер воды на землю, просто чтобы подойти к запечённой рыбе. После вкусной и сытной трапезы мы устроили большую фотосессию с сомом. Каждый гость счёл за честь сделать снимок с гигантским исполином озера. Рыбу приподняли из воды и привязали к поручню баркаса. Наши высокопоставленные гости, совершенно не обращая внимания на слизь, охотно обнимали сома и прижимались к нему, имитируя рыбаков с многолетним стажем.
   Встретив на острове алматинских инженеров, я снова завёл разговор про альпинистское снаряжение. Объяснил, какое преимущество, оперативность и универсальность можно получить, если соблюдать все правила безопасности. Начальство внимательно меня выслушало и согласилось со всеми доводами. Но потом один из главных инженеров вздохнул и сказал:
- Всё это разумно… Но наша бюрократия не позволит. Забудь.
   А так в общем день прошёл хорошо, весело. К вечеру уставших и изрядно обгоревших на солнце инженеров погрузили на корабль и отправили в Улькен. Надеюсь, что у них остались хорошие воспоминания о своём непродолжительном отдыхе на Балхаше.
   А потом, через некоторое время, пришёл приказ: при высотных работах во всех регионах необходимо использовать СБАТ — систему безопасности альпинистского типа. Филиалы закупили верёвки, современные обвязки и карабины. А инициативу за это внедрение проявила Акмолинская область. Им за это ещё и премию выдали. Когда об этом услышал Равиль, он только посмотрел на меня и тихо сказал:
- Вот так всегда... Но мы-то с вами всё знаем...