С рыбкой за пивком

     Отливает серебром. Веет свежестью посола, пойманная на вольной природе, подвяленная речная рыбка. Вспоминается живописное место с видами на неповторимые извилистые берега в шелесте тростников и пением птиц в плакучих красавицах ивах. Промеж кудрявых зеленых провалов простиралось раздолье лугов в цветущих ароматных травах. Красное солнышко выглядывало из плывущих облаков, подсвеченных малиновой лазурью. А по зеркальной воде с озорством нарезал круги и смело нырял в тёмную глубину расписной поплавок.
               
    Заранее припасено в холодильнике в пузатых стекольных бутылках пиво под заманчивым названием «Охота». И вот на столе. Потеет от уютного комнатного тепла, словно в светящихся бусинках утренней росы. Но, чур! В начале надо протереть на кухне газовую плитку со ржаво подгоревшим  молоком. Вымыть в раковине накопившуюся грудой посуду. Ввернуть перегоревшую лампочку в прихожей комнате с разбросанной обувью. Все же хочется испробовать напиток. Не с горчинкой ли?    
               
   Тыр-р! Открыл звездочную крышечку. Плеснул в прозрачный долгий бокал янтарного пенистого. Влил вроде чуток, а пена шипит, через край лезет. «Стой, не уйдешь! - Подсел к столу, затянулся. - Красота! Свежесть - высшей марки. Руки сами собой тянутся и рыбку надломить? Не пересолена ли? У-ум-с!.. И рыбка изумительна. Во рту нашептывает будто что? В голове простор. Охотливо на встречный дружеский разговор тянет. Хочется дознаться, что лещишка-пластун  поведать хочет?»
               
    Присматриваюсь: однако в глазах его подсушено-скривленных, явственный выговор: «Если бы не ваша хитростная на улов личность: гулял бы себе в чистой водице в родной привольной стихии?»
               
   - Извини, дружок! – держу ответ, сдирая чешуйчатое одеяние. - Не хитрый я. А достаточно рассудительный. Не знал, не ведал я ничего о твоей кипучей жизнедеятельности. Забросил на удачу удочку, а ты попался. Я, к примеру, не спешу напролом через улицы, где автомобили летят с бешенной скоростью. Спокойненько перехожу в обозначенных для этого местах. Те же, кто с округленными беззаботными взорами нарушают общественные правила, рискуют от колес тяжелых по крупному. У вас, ведь тоже,  в лианах с дивной раскидистой растительностью имеются свои нахоженные рыбные тропы, с который сходить рискованно. Не все же на крючок попадаются. Выходит, дурашка, нарушил правила осторожности.
               
   - Ах, пивко, просто прелесть! - расшалившаяся душенька просит подлива. Мясцо мягкое, золотистое, во рту тает. Однако жирку в лещишке с избытком. Оставлю на потом, еж-ли выбор с рыбками видов разных отменно присутствует. Уф! Глаза разбегаются. - Ну, кто там следующей будет?.. Красноперая плотвица. То же, ведь попалась, - блудница. Насадка пикантная ей приглянулась. А не кидалась бы оторопь. Будь бдительна. Старайся подвох разглядеть.
               
    Пуф-пуф! С очередными подливами под шипучую «Охоту»  в парам хмельных  беседы продолжаются:
               
   - О-о! А этот матрос, как в подсушенной компании на столе оказался?.. Ага, вспоминается, сам же, полосатик, в начале ловлей промышлял. Окунь со всплесками, нагоняя волны, будто пират, по воде верховодил, за мелюзгой гонялся. Угомона не было. Да в азарте погони ко дну нырнул – и на вертлявого червяка с крючком купился. Вольный хищник-ловец, стало быть, на ловца-удильщика нарвался. Ах, разбойник, колешься? Мстить, значит, вздумал. С тобой-то без всяческого сожаления под пивко стоит разделаться. Понимаешь ли: нельзя рыбок махоньких обижать. Тебе-то, значит,  льзя... По мне: пусть изящная молодь без страхов погуливает, телесности нагуливает. А слыхивал ли нашу известную пословицу? Умный в гору не пойдет - умный гору обойдет. Хотя, некоторые сорви-головы лезут среди камнепадов к небесным заоблачным кручам. От опасностей над  гибельно-ледяной пропастью горячность в крови получают. А по мне, лучше в домашней уютной обстановке, по полной, пивком оттянуться. Я вот, положим, окажись на охоте в жаркой Африке без всякой надобности и ружейной подготовки. Лёвка, то есть лев, не очищая, вместе с рубашкой скушал. Или слонопотам, хотя травоядный, напугал бы до смерти.
               
  «Эх, голова садовая, - это я теперь сам к себе обращаюсь, - оказывается, уже не одну посудинку опорожнил, под разговор с рыбками. Успел-то когда? Стол уставил. Хвосты с чешуёй блестят всюду ворохом. Забывчивая сладостная набегает дремо-ота. О-хо-хонюшки! К мягкому диванчику на бочок привалиться тянет. После законченной забористой пивной «Охоты»,  делать ничегошеньки не охота.


                Конец.