Синопсис исторической пьесы. 1801. Воцарение Ангел

СИНОПСИС ИСТОРИЧЕСКОЙ ПЬЕСЫ «1801. Воцарение Ангела»

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ.

(Действие происходит в домах и квартирах заговорщиков и на плацу перед Михайловским замком).

Экспозиция и завязка конфликта:

Осень 1800 года. Тайно, переодевшись мужиком и подвязав фальшивую бороду, светская красавица Ольга Жеребцова (урожденная Зубова) встречается с генералом Петром Паленом. Генерал готов покинуть Петербург ради командования армией в надвигающейся войне.

Пален мысленно вспоминает историю восхождения семьи Зубовых. Выясняется, что сама Жеребцова короткое время была любовницей Павла Петровича, но тот быстро с ней расстался, пораженный её неуёмной алчностью и амбициозностью. Но и для Ольги не укрылись психические отклонения Павла, которые со временем только усиливаются. Вслед за этим взошла звезда её брата Платона, ставшего последним фаворитом одряхлевшей Екатерины II. Со смертью Екатерины всемогущество Платона Зубова, его отца и братьев развеялось.

  Сейчас, когда Павел отодвинул от власти их семью, секвестировал имения и сослал братьев, амбициозная Ольга Жеребцова жаждет реванша.

Пока Платон Зубов и его братья прозябают в деревне, сестра становится главным мотором заговора. Она убеждает сомневающегося Палена отказаться от отъезда в армию, вернуться на ключевую должность генерал-губернатора столицы и возглавить переворот, чтобы стать будущим «диктатором порядка» при молодом и неопытном Александре Павловиче.

Важной драматургической особенностью пьесы является присутствие знаковых исторических фигур (М. Кутузова, П. Чичагова, А. Коцебу, И. Кутайсова) в качестве внесценических персонажей. Их образы, как и абсурдность павловского режима, раскрываются через циничные и точные рассказы Петра Палена.

В беседах с Жеребцовой граф Пален живописует изнанку павловского правления, вспоминая, как на грандиозных маневрах осенью 1800 года под Петербургом он прошёл по лезвию бритвы. Тогда войска Палена выступали против корпуса Кутузова, который ловким маневром неожиданно взял в плен самого императора со всем его штабом. Пален уже мысленно прощался с генеральским чином и готовился к ссылке в Сибирь, однако положение спас придворный льстец генерал Дибич, пруссак на русской службе: он громко сравнил Павла с Фридрихом Великим, причем в пользу российского императора. В результате непредсказуемый монарх вместо опалы осыпал обоих главнокомандующих милостями и высшими орденами империи.

Другим примером выживания в абсурдной атмосфере двора становится военный совет, на котором Палену благодаря мгновенной находчивости удалось спасти от гнева Павла строптивого адмирала Чичагова. Когда император расписывал план обороны Кронштадта, адмирал-«якобинец» едва не выдал правду о ветхих, рассыпающихся бастионах. Воспользовавшись тем, что государь ненадолго вышел, Пален жестко внушил Чичагову, что при Павле можно говорить только «Да» и «Так точно», заставив того вовремя образумиться.

Особое место в диалогах занимает высмеивание одной из самых эксцентричных затей Павла I — вызова на дуэль всех европейских монархов, не согласных с российской политикой. Пален с иронией описывает, как запуганный до полусмерти драматург Август Коцебу трижды переписывал эту статью для европейских газет, а Кутузов, назначенный секундантом и оруженосцем императора, застыл в искреннем ужасе от высочайшего приказа. Все эти истории создают плотный трагикомический фон пьесы, на котором заговор гвардии раскрывается как единственный способ остановить непредсказуемый хаос на вершине власти.

Пален подсказывает Жеребцовой циничный план возвращения её братьев в столицу: холостой Платон Зубов должен изъявить желание жениться на дочери графа Ивана Кутайсова. Этот выскочка, бывший лакей и брадобрей Павла Петровича, единственный обладает доступом к уху императора и страстно мечтает во что бы то ни стало породниться с высшей аристократией, которая в большинстве его презирает.  Идея сделать дочь светлейшей княгиней затмевает разум Кутайсову, и с его помощью Палену удаётся добиться высочайшего помилования для Зубовых.


Проходит полгода. В конце февраля 1801 года братья Зубовы и их сестра тайно собираются в доме Жеребцовой. В разговоре не участвует лишь брат Николай: в этот самый момент он обедает за императорским столом, усыпляя подозрительность Павла. В ожидании Палена среди собравшихся обнажаются внутренний цинизм и амбиции: пока Платон Зубов мечтает о несменяемой власти и праве вето в будущей «Палате пэров» на английский манер, Валериан и Ольга остро подтрунивают над ним, припоминая его прошлые постельные заслуги перед Екатериной II и иронизируя над его паркетным «генеральством».


Главным препятствием для заговора остается колеблющаяся позиция наследника, великого князя Александра, который тянет с решением из-за долга сына и верноподданного. Чтобы вырвать у него согласие, Жеребцова и Платон придумывают распустить по Петербургу лживые слухи. Они решают внушить свету и кабакам, что Павел вот-вот расторгнет брак с императрицей, сошлет её в монастырь, самого Александра заточит в Шлиссельбург, а новым наследником объявит тринадцатилетнего принца Вюртембергского, женив его на великой княжне Екатерине Павловне.

Поворотной точкой, превращающей вялотекущий заговор в стремительную лавину, становится ничтожное по государственным меркам происшествие. На светском вечере из-за фаворитки Павла I, княгини Анны Гагариной, вспыхивает глупая ссора, приведшая к тайной дуэли на шпагах между юным гвардейцем князем Четвертинским и камергером Рибопьером — изящным молодым человеком, только вернувшимся из Вены после прошлогодней отсылки по воле Павла, недовольного его слишком тесным общением с фавориткой. Будучи военным губернатором, Пален по просьбе Александра пытается замять инцидент и скрыть дуэль и ранение Рибопьера от государя. Однако через донос информация доходит до Павла.

Гнев императора, разъярённого, что от него скрыли серьёзный инцидент, затрагивающий фаворитку, неудержим: раненого тащат в крепость, его мать высылают, а самого Палена и его супругу с позором отдаляют от двора. Чтобы вернуть милость Павла, Палену приходится буквально ползать в ногах у цирюльника Кутайсова. Осознав, что из-за пустякового дела весь тщательно подготовленный замысел едва не рухнул, а сам он оказался на волосок от опалы, граф решает резко форсировать события.

 9 марта 1801 года Пален является в покои наследника в Михайловском замке и предъявляет напуганному Александру якобы врученный ему императором письменный приказ об аресте Марии Фёдоровны, Александра и Константина с открытой датой. Умело манипулируя страхом великого князя перед судьбой Иоанна Антоновича и слухами о принце Вюртембергском, Пален заставляет Александра дать согласие на переворот. При этом наследник увлеченно строит планы мирной изоляции отца в замке с театром и любовницами, требуя клятвенного обещания не ронять ни единого волоса с его головы. Пален цинично клянется спасением души, зная, что обещает заведомо невозможное.

Напряжение достигает предела.  Утром 11 марта на плацу перед Михайловским замком полусумасшедший император устраивает разнос гвардейским полкам. Этот развод и плац-парад решен на сцене с элементами хореографии («военный балет»). Павел прилюдно унижает Александра, утверждая, что ему надобно командовать свиньями, а не людьми, угрожает Сибирью полковнику Мазовскому и капитану князю Козловскому. Потрясенный Александр после развода тайно берёт Козловского за локоть и советует ему нынешним же вечером явиться к Палену, фактически втягивая его в заговор.

Заговорщики выходят на финишную прямую. Буквально за полтора часа до полуночи Платон Зубов в своей служебной квартире на Васильевском острове раскрывает карты и привлекает к заговору опального генерала барона Леонтия Беннигсена — иностранца на русской службе, по прихоти Павла прозябающего в своём поместье не у дел, и приехавшего в Петербург по вызову своего старого товарища Палена. Беннигсен с неохотой помышляет об участии в заговоре, однако Зубов пугает его ультиматумом Павла прусскому королю, который сотрет с карты родину Беннигсена — Ганновер и незаполненным бланком приказа на арест, в который он может вписать любое имя.  Наконец, Беннигсен соглашается.  Платон Зубов выводит его к обществу, провозглашая: «Наш еси Исаакий, да возрадуемся». Сенатор Трощинский иронизирует над недоумением Беннигсена – лютеранин не может знать житие православного святого Исаакия Печерского, которого с этим возгласом соблазнили бесы.
 
Однако точный расчет Палена полностью оправдывается: рядом с высокомерным, но колеблющимся Платоном Зубовым появляется старый товарищ Палена — закалённый боевой генерал, человек, в решительную минуту не знающий жалости и сомнений.

Завершает первое действие сцена сбора ударного отряда гвардейских офицеров. Обращаясь к заговорщикам, Платон Зубов жестко подытоживает правление Павла: дворянство унижено, никто в стране не чувствует личной безопасности, а сама империя вот-вот будет втянута в разорительную войну с Англией, для которой нет никаких разумных причин.

Пален лично формирует ударную группу, формально — для ареста Павла, а на деле — для неминуемой расправы, цинично произнося двусмысленную фразу про омлет, который невозможно приготовить, не разбив яиц. В первых рядах заговорщиков рвется в бой страхолюдный гигант Николай Зубов, зять Суворова и старший брат Платона Зубова: накачанный вином до бесчувствия, он жаждет  «потолковать с батькой по-свойски», напрочь позабыв о недавних дружеских обеденных застольях, во время которых Павел его ласкал и привечал.


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ: Михайловский замок и Зимний дворец

В роковую ночь с 11 на 12 марта заговорщики проникают в Михайловский замок, превратившийся для Павла в мышеловку. В решающий момент, когда в замке поднимается тревога, лидер заговора Платон Зубов трусливо поддается панике и командует отступление. Положение спасает барон фон Беннигсен: проявив ледяное хладнокровие, он жестко пресекает бегство, берет командование на себя и решительно ведет заговорщиков в спальню императора. Павла I зверски убивают офицеры гвардии во главе с Николаем Зубовым.

Действие переносится в кабинет Александра Павловича, где разворачивается тяжелейшая психологическая и политическая драма. Новый император раздавлен известием о смерти отца. Идя на поводу у коварного Палена, он искренне верил, что отцу сохранят жизнь, оставив замок, покой под врачебным присмотром, любовниц и все жизненные блага. Осознав, что его жестоко обманули, Александр впадает в  истерику: отныне он обречен всю жизнь нести на себе каиново клеймо отцеубийцы. Пален пытается грубо пресечь рыдания суровым окриком: Довольно ребячиться, ступайте царствовать!

В этот момент слабости главари заговора готовы навязать новому царю свою конституцию, чтобы ограничить самодержавие. Однако в ход событий вмешивается генерал Пётр Талызин, командир Преображенского полка — первого полка гвардии. Обладая реальной силой, Талызин убеждает рыдающего Александра не идти на уступки Палену и Зубовым. Сам он убеждён, что всевластие законного монарха для России намного лучше, чем всевластие алчных заговорщиков.   Попытка Зубовых ограничить самовластие конституцией проваливается в зародыше:  новый император отделывается лишь туманным публичным обещанием, что при нём «всё будет, как при бабушке», то есть Екатерине II.


В действие вмешивается новое лицо. После убийства императора Павла I в прихожую перед его покоями врывается овдовевшая императрица Мария Фёдоровна. Узнав от генерала Беннигсена, что её муж, с которым они прожили более двадцати лет и разделили рождение десятерых детей, скончался, она мгновенно заявляет о своих правах на престол. Трагический пафос ситуации резко сталкивается с комическими деталями дворцового хаоса и амбициями вдовы: она требует пропустить её на балкон к выстроенным полкам, называет своего сына Александра робким и неопытным дитятей и яростно обличает появившегося Платона Зубова, клеймя его неблагодарным ничтожеством, гнусным цареубийцей и любовником своей престарелой и одряхлевшей свекрови  -  покойной Екатерины II.

Пытаясь оправдываться, Зубов демонстрирует императрице приказ Павла I, согласно которому её ждала келья в Смольном монастыре, Александра — Шлиссельбург, а Константина — ссылка в Иркутск. Бывший фаворит заявляет, что заговорщики спасали Отечество от безумца, занесшего топор над собственной семьей, однако находящаяся в истерике Мария Фёдоровна кричит, что документ сфальсифицирован, и вновь пытается прорваться к войскам. Потеряв терпение, Зубов окончательно отбрасывает придворный этикет и грубо приказывает офицеру Горданову: «Вынести эту скандальную бабу вон!», после чего гвардейцы бесцеремонно и принудительно уводят отчаянно сопротивляющуюся государыню из прихожей.

Новое обстоятельство, которое никто из заговорщиков не предвидел,  грозит осложнениями: солдаты гвардейских полков, опасаясь быть втянутыми в мятеж и междоусобную войну, отказываются присягать новому императору, не убедившись, что старый мёртв. Бунт удаётся предотвратить, допустив к Павлу представителей солдатской массы, несмотря на ещё незамаскированные гримом признаки убийства.

ФИНАЛ ПЬЕСЫ

Действие завершается глубокой ночью в Зимнем дворце, куда спешно переезжает новый император. Александр I, еще не оправившийся от тяжелейшего психологического шока и пролитых слез, вынужден немедленно взвалить на себя непосильный крест правления и заняться неотложными государственными делами. Прямо в эту роковую ночь ему приходится редактировать Манифест о вступлении на престол, вписывая туда строчки об обещании править по законам и сердцу Екатерины II. Тут же он подписывает высочайшие указы, чтобы предотвратить неминуемую катастрофу: разворачивает назад отправленные Павлом казачьи полки, шедшие в безумную экспедицию к берегам Ганга, и пытается экстренно остановить развал государственных финансов.

Ключевым для концепции всей пьесы становится финальный диалог государственного казначея и поэта Гавриила Державина с сенатором Дмитрием Трощинским, который сам принимал активное участие в заговоре.


Будучи государственным казначеем, Державин описывает Трощинскому удручающее положение дел в империи: казна полностью опустошена из-за колоссальных трат Павла I на возведение и украшение Михайловского замка. Ситуацию до полной катастрофы довел внезапный разрыв дипломатических и торговых отношений с Англией, которая являлась главным экономическим партнером России. Амбиции и капризы тирана лишили страну основных доходов от экспорта, поставив империю на грань масштабного финансового и социального банкротства.

Выясняется, что Державин принёс молодому Александру на подпись свой проект конституции — документ, призванный законодательно ограничить самодержавие ради блага Отечества. Державин действует из чистых, просвещенных побуждений, абсолютно не зная, что именно случилось сегодняшней ночью в Михайловском замке.
 
Трощинский развеивает иллюзии поэта. Сенатор раскрывает истинный смысл царской фразы «всё будет как при бабушке».  Екатерина прекрасно управлялась со страной вообще без каких-либо конституций. Трощинский формулирует фундаментальный и горький закон: в России еще со времен татарского ига подлинной властью почитают исключительно самовластие одного лица, а любые законы и бумаги летят в корзину.

Трощинский с ужасом осознает, что нависшая над Россией тьма не рассеялась. На смену одному тирану заступил новый — молодой, более хитрый и лощёный, европейски образованный, но такой же гатчинский капрал в душе. В обобщенной, пророческой форме он предсказывает грядущую аракчеевщину, новое закручивание гаек и появление зловещей казарменной утопии Александра - пресловутых военных поселений.