Голубь над вратами

На третий день Бельчонок проснулся с ощущением, что сегодня всё обязательно получится.
Почему именно сегодня — он не знал.
Просто вчера он очень много думал.
А если много думать два дня подряд, то на третий, по мнению Бельчонка, уже непременно должен появиться хоть какой-нибудь результат.
Он быстро умылся.
Проверил хвост.
Хвост был в порядке.
Значит, можно было отправляться.
— Ты куда? — спросила мама.
— Искать.
— Кого?
Бельчонок посмотрел на неё с укоризной.
— Мам!
Можно подумать, за последние два дня он занимался чем-то другим.
Мама улыбнулась.
— Хорошо. Только будь осторожен.
— Буду!
И через мгновение его уже не было.

Сегодня Бельчонок решил действовать иначе.
Вчера он наблюдал за людьми издалека.
Сегодня стал подходить ближе.
Если люди каждый день приезжают в обитель искать Боженьку, рассуждал он, то хотя бы один из них должен знать, где искать.
Вот женщина остановилась перед храмом.
Бельчонок замер неподалёку.
Сейчас.
Сейчас она обязательно куда-нибудь посмотрит.
Женщина перекрестилась.
Бельчонок посмотрел туда же.
Ничего.
Потом пришёл мужчина.
Остановился.
Снял головной убор.
Бельчонок придвинулся ближе.
Мужчина поднял глаза к храму.
Бельчонок тоже поднял.
Голубые купола.
Золотые звёзды.
Кресты.
Красиво.
Но где Боженька?
Потом появилась семья с детьми.
Тут поиски вообще пришлось ненадолго прекратить.
— Белочка!
Ну конечно.
Опять.
Бельчонок терпеливо посидел несколько секунд, позволил собой полюбоваться и убежал.
— Некогда мне сегодня, — пробормотал он. — Я занят.
К полудню стало совершенно ясно:
люди ничего показывать не собираются.
Они приходили.
Останавливались.
Молились.
Входили в храмы.
Выходили.
Но никто не говорил:
«Смотрите! Вот Боженька!»
Бельчонок сел на ветку и задумался.
И вдруг его взгляд остановился на окне храма.
Люди всё время идут туда.
Значит…
Бельчонок медленно поднялся.
Надо посмотреть внутри.
Самому.

Конечно, через дверь он идти не собирался.
Он всё-таки был белкой.
А у белок свои пути.
Ветка.
Ещё ветка.
Прыжок.
Карниз.
Осторожно…
Ещё чуть-чуть…
И вот глазки-смородинки уже заглядывали в окно.
Бельчонок замер.
Внутри всё было совсем не так, как снаружи.
Тихо.
Очень тихо.
Горели огоньки свечей.
На стенах были лики.
Много.
Бельчонок не знал, кто все эти люди, изображённые на иконах, но почему-то ему казалось, что они не просто нарисованы.
Они смотрели.
Не на него.
И всё-таки словно видели.
Бельчонок даже немного пригладил шерсть на голове.
На всякий случай.
Потом он заметил удивительные врата.
Красивые.
Необычные.
Совсем не похожие на монастырские ворота, через которые каждый день входили люди.
Эти врата будто вели куда-то ещё.
Бельчонок смотрел на них долго.
А потом поднял глаза выше.
И увидел…
Голубя.
Он замер.
Голубь словно парил над вратами.
Бельчонок даже перестал дышать.
Вот!
Вот же!
Сердце почему-то забилось быстрее.
Он уже видел голубей.
Много раз.
Разговаривал с ними.
Сидел рядом на старом Камне.
Слушал их странные советы про то, что нужно «смотреть шире».
Но этот Голубь был другим.
Он не двигался.
Не ворковал.
Не хлопал крыльями.
И всё-таки…
Бельчонку вдруг показалось, что именно сейчас он увидел что-то очень важное.
Не глазками-смородинками.
Или не только ими.
Чем-то ещё.
Тем самым?
Глазами души?
— Вот где… — прошептал Бельчонок.
Он даже сам не знал, что хотел сказать дальше.
Вот где Боженька?
Вот где Его искать?
Вот где Он живёт?
Но в этот момент лапка соскользнула.
— Ой!
Бельчонок едва успел ухватиться за ветку.
Хвост взметнулся вверх.
Несколько листьев полетели вниз.
Какие уж тут глаза души!
Обычные бы сохранить.
Он кое-как выбрался на крепкую ветку и прижался к ней животом.
— Всё, — тяжело дыша, сказал Бельчонок. — На сегодня достаточно открытий.

Лапки устали.
Голова была переполнена.
А внутри происходило что-то совсем непонятное.
Нужно было подумать.
Бельчонок сразу вспомнил о Камне.
Вчера Камень ничего ему не объяснил.
Ни одного слова.
Зато рядом с ним было тепло.
И спокойно.
И главное — Камень не умничал.
Это было очень ценное качество.
— Пойду к нему, — решил Бельчонок. — Он точно всё понимает.
Огромный старый Камень лежал на своём месте.
Как всегда.
Бельчонок забрался на него.
Солнце уже успело нагреть его поверхность.
Тепло сразу проникло в уставшие лапки.
— Я сегодня кое-что видел, — сообщил Бельчонок.
Камень молчал.
— В храме.
Молчание.
— Через окно.
Камень никак не отреагировал.
Это было удобно.
Не спрашивает, зачем полез.
Не говорит: «Я же предупреждал».
Бельчонок устроился поудобнее.
— Там врата.
Камень слушал.
По крайней мере, Бельчонок был уверен, что слушал.
— Очень красивые.
Тишина.
— А над ними Голубь.
Бельчонок помолчал.
— Не настоящий.
Потом подумал и добавил:
— Настоящего туда, наверное, никто бы не пустил.
Камень по-прежнему молчал.
— Но я когда на него посмотрел…
Бельчонок задумался.
Как это объяснить?
— Я его глазами видел.
Помолчал.
— И как будто не глазами.
Камень был тёплым.
Бельчонок прижался к нему боком.
— Мама говорила про глаза души.
Тишина.
— Может, это они?
Камень ничего не ответил.
И почему-то именно сейчас Бельчонка это совсем не раздражало.
— Хорошо с тобой разговаривать, — признался он. — Ты всё понимаешь и не умничаешь.
Старый Камень хранил тепло.
И этого оказалось достаточно.

Вечером Бельчонок вернулся домой.
Мама сразу поняла:
что-то произошло.
— Ну?
Бельчонок устроился рядом.
— Я сегодня был в храме.
Мама резко повернулась.
— Где?!
— Не совсем был.
— А как можно «не совсем» быть в храме?
— Я в окно посмотрел.
Мама закрыла глаза.
На несколько секунд.
Видимо, тоже училась смотреть душой.
— Осторожно?
— Очень.
Про то, как он чуть не свалился, Бельчонок решил пока не рассказывать.
Не всё взрослым нужно знать сразу.
— И что ты увидел?
Вот теперь он оживился.
— Там много картинок.
— Икон.
— Икон, — послушно повторил Бельчонок. — И ещё красивые врата.
— Царские врата.
Бельчонок замер.
— Царские?
— Да. Они ведут в алтарь.
Новое слово.
Конечно.
— А что такое алтарь?
Мама немного подумала.
— Самое священное место в храме.
Бельчонок придвинулся ближе.
— Там Боженька?
Мама улыбнулась.
— Там особенно чувствуется Его присутствие.
Бельчонок вздохнул.
Опять.
Присутствие.
Новое непонятное слово к уже имеющимся непонятным словам.
Но сейчас его интересовало другое.
— Мам, а над этими вратами был Голубь.
Мама посмотрела на сына.
— Голубь?
— Да. Только не настоящий. Он там… как будто летит.
— Изображение голубя?
— Да!
— Это символ Святого Духа.
Бельчонок замер.
— Кого?
— Святого Духа.
Тишина.
Бельчонок моргнул.
— А кто это?
Мама прижала его к себе.
— Бог.
Бельчонок выпрямился.
— Я НАШЁЛ?!
Мама засмеялась.
— Ты увидел знак.
Хвост медленно опустился.
— Какой ещё знак?
— Знак присутствия Святого Духа.
Бельчонок задумался.
— Значит, Голубь — это не Боженька?
— Нет. Это образ, который помогает нам понять невидимое.
Бельчонок нахмурился.
— А Сам Святой Дух где?
— С нами.
— Сейчас?
— Сейчас.
— А потом?
— И потом.
— Всегда?
— Всегда.
Бельчонок помолчал.
Потом очень осторожно спросил:
— А Он рядом с Боженькой?
Мама посмотрела на сына.
Теперь объяснение должно было быть особенно простым.
— Святой Дух — не кто-то отдельный от Бога. Бог един. Но мы знаем Его как Отца, Сына и Святого Духа.
Бельчонок уставился на маму.
Один.
И трое.
Это уже была задача посерьёзнее орешков.
— То есть…
— Не торопись, — улыбнулась мама. — Ты ещё узнаешь.
Ну конечно.
Ещё узнаешь.
Любимая фраза взрослых, когда они знают ответ, но почему-то не хотят сказать его сразу.
Бельчонок свернулся рядом с мамой.
Сегодня вопросов стало ещё больше.
Но почему-то он был доволен.
Потому что впервые за три дня поисков ему показалось:
он действительно что-то увидел.
Не просто глазами-смородинками.
Чем-то ещё.
Может быть, мама была права.
Может быть, у души действительно есть глаза.
Бельчонок уже почти засыпал.
Но вдруг вспомнил.
Голуби!
Те самые, которые вчера сидели на Камне.
— Не зря я всё-таки с ними разговаривал… — пробормотал он.
— Что? — спросила мама.
— Ничего…
Глаза закрывались.
За ветвями старого дерева сияло ночное небо.
Звёзд было так много, что они складывались в светлую дорогу.
Бельчонок приоткрыл один глаз.
Дорогу?
Куда она ведёт?
Может быть…
Нет.
Всё.
Надо спать.
С этим он разберётся завтра.
Бельчонок уютнее устроился возле мамы и уснул.
А над Святой Горкой звёзды продолжали рисовать на небе Млечный Путь.
Словно кто-то заранее оставил маленькому путешественнику дорогу.
Только он пока ещё не знал —
куда она ведёт.