Отвергнутый дар
Есть, к примеру, приличная секция файлов про миры, где властвуют… драконы. И туда постоянно попадают из других миров человечки, в том числе и с Земли. Магия, мистика, войны, несправедливость. И любовь, конечно же! И с хэппи эндом обязательно! Сейчас как раз про очередную попаданку российскую
аудиокниги прикупила. Слушала, слушала, и вдруг подумала: а чем я сама-то не иномирянка на планете Земля? А?!
Есть кое-что во мне, что сама понять не могу и осилить мозгов не хватает. Но оно есть. И с этим надо что-то делать. Хотя бы описать суть, попробовать разложить это на буквы, слова, абзацы. Вдруг, какая-то ясность проявится… А вообще-то, если признать, что каждый человек индивидуален, то мне просто достался какой-то непонятный и потому не развитый по итогу дар. Я могу договариваться с высшим эгрегором о погоде. И предсказывать иногда по картам. Но давайте с фактов. Кусочками, обрывками моей жизни. Что помнится…
Обрывки отроческие
Сначала про сны. Мало того, что я в детстве разговаривала во сне, я ещё видела вещие сны. Но забывала сразу. А когда случалось то, что мне снилось, в голове звучало – я предупреждал. И было внутри очень неприятно и страшновато.
Один раз я поняла, что начал сбываться очередной сон и начала говорить младшей сестре, что будет в следующую секунду: сейчас постучат в дверь, два раза, потом сразу ещё два, вместе побежим в коридор, я включу свет, ты откроешь, а там… Она, как зачарованная слушала, делала, отвечала гостю. Ей это тоже показалось ненормальным – колдовством всё это назвала. Больше я никому про это не рассказывала.
Чуть позже с разницей в месяц мне приснились ад и рай. Не картинками – образами. Главные ощущения были на эмоциональном уровне. Серо-чёрная пучина и невероятная тяжесть внутри меня, словно под землёй задыхаюсь. Это, конечно, преисподняя. А рай – это яркие цветные мыльные пузыри, смех, лёгкость, полёт, душа, наполненная счастьем. Зачем это десятилетней мне? Не поняла тогда. Просто пережила боль и радость и забыла. Но позже часто возникали эти образы и ощущения в определённых обстоятельствах.
Начинается какая-то история в моей жизни и внутри, в районе солнечного сплетения, возникает тревога. Всё, ничего из этого не получится хорошего. Надо сразу заканчивать. Все попытки противиться и упираться только усугубляли последствия. Но я периодически отодвигала интуицию, не знаю почему: из вредности, наверное. Мы же учили, что «человек – венец природы». И Бога нет. Зря не верила.
Ещё была странная история с бабушкиной сестрой. Её звали, как и нашу маму, Надеждой. Жила она во Владивостоке. Перенесла инсульт. А мама наша похоронила нашего отчима, папу Лёшу… Наверное, поэтому бабушка поехала к старшей сестре, чтобы попытать за Нонку (так в семье мою маму почему-то звали), никак личная жизнь не ладилась у неё. А нас зачем туда взяли, вообще непонятно было.
Баба Надя плохо разговаривала, губы не слушались. Очень нам обрадовалась. Бабушка просила её погадать на картах. Сказала, что сестра всё про всех может сказать. Ворожея сильная. Баба Надя взяла в руки колоду карт и сказала, глядя мне в глаза:
- Иди сюда, девочка. Встань рядом, вот тут, и смотри.
Я встала у неё справа. В картах я немножечко разбиралась, потому что, когда мы ездили в отпуск на Чёрное море, на пляже всегда играли в карты с мамой и папой. Какие-то детские игры на внимание и примитивную логику. Иногда в дурака, там тоже думать надо. Но тут вдруг оказалось, что карты по мастям и значению, имеют совсем другой смысл.
Бабушка раскладывала карты стопочками, рядочками, веером. Показывала мне пальцем и говорила:
- Вот эта карта хорошая, особенно если с этим тузом. Если эта десятка с бубями ляжет, то неожиданная приятность будет, а если с пикями, то наоборот – неприятность на пустом месте.
Я смотрела, слушала, кивала, ничего не понимала, ничего не запомнила. Просто вежливо стояла рядом. А через год уже сама раскладывала карты и гадала! И откуда-то знала, что и как надо класть, читать и рассказывать по ним. О том, как сбылось моё первое гадание, до сих пор помню.
В пионерском лагере на Чукотке мы однажды пошли в поход с ночёвкой в палатках. К Берингову морю пошли. А вожатыми у нас были студенты пединститута из Владивостока. И был там вожатый один – все девчонки в него влюблённые ходили. Такой он был креативный, харизматичный, красивый. С нами пошёл. Но одной девочке, моей однокласснице Лене, вдруг стало плохо с животом. И командир отряда, просигналив с берега катеру в бухте Угольной, проводил нашу подружку с любимым вожатым в райцентр.
Ночью у большого костра мы прогнозировали – вернётся ли Вадим, как обещал, или останется в лагере? Про Лену почему-то не волновались. Спорили, руки разбивали спорщикам, аргументировали и опровергали – вернётся или нет. Шансов ноль, потому что ночь уже наступила. Пусть северная белая, но ночь. А я вдруг сказала:
- Если есть у кого карты новые, чтобы в дурака не играли, я могу погадать…
Причём, до этого ни разу не гадала. Но словно кто-то вселился в меня и заставил. И я сделала расклад, посидев на играной колоде попой (кто-то сказал, что так можно карты очистить). Карты мне рассказали вот что:
- Вернётся, очень скоро, может через час-два. Не один. С кем-то придёт. Но точно не Лена, не девочка…
Сама сказала и не поверила. Никто не поверил. Но через час Вадим вышел на свет костра. С ним был парень из первого отряда и ещё один вожатый. Все обрадовались, загомонили, закидали вопросами. А в какой-то миг вдруг кто-то вспомнил:
- А ведь Ирка правильно всё нагадала!
Немая сцена. Я в шоке…
Студенческие годы
Зимой 1978 года, обучаясь на первом курсе института на режиссёра массовых праздников, я периодически ездила из Хабаровска в пригород, к бабушке Нюре, маминой маме. Там хранила и периодически меняла вещи – летние на осенние и так далее. Бабуля нагружала меня банками с соленьями и вареньями, картошкой. И мы неделю потом всё это ели на квартире, где жили с девочкой с бибфака.
Везла бабушке пустые банки. Это был дефицит в деревне, потому нужно было возвращать, если хотела получить ещё её продукции садово-огородной. В доме было тихо и холодно. Бабушка моя лежала в дальней комнатке. Она умирала. Что-то с почками.
- Из больницы выписали умирать. Сказали, что ничего не могут сделать уже. Петро приходит, печку топит, еду приносит…
Она была бледной, какой-то морщинистой, говорила с трудом. Очень непохожей на себя – всегда шустрая, всё время что-то робила, шукала, мацала, спивала… На суржике разговаривала. Заставила сесть на кровать и продиктовала свою волю по разделу наследства. Я в шоке всё это выслушала. Потом неумело затопила печь, сварила яйца, сделала капустный салат. Бабуля улыбнулась – она такое съесть не сможет…
Спать я легла в зале. Там с дивана была видна высокая бабушкина кровать с железными спинками. Всю ночь я насмерть билась с чудищем, которое пыталось заживо спалить мою бабушку. Наверное, я победила. Проснулась от собственного крика на полу с подушкой в руках. Табурет, что стоял у дивана прикроватной тумбочкой, тоже валялся вверх ножками. А из бабушкиной комнаты – ни звука…
Я вскочила и рванула к кровати. Если от такого грохота бабуля не проснулась, то… всё что ли??? В зале зажгла свет, на лицо бабушки упал кусочек света от лампы. Она дышала! Она спала. И дышала ровно, не трудно. И лицо стало розовее. Или это свет так лёг?.. Но утром, когда приехал её сын, мой дядя Петя, наша Анна Григорьевна выглядела действительно симпатичней, чем вчера. Она даже немножко улыбнулась. И намекнула, что ждала меня, знала, что я обязательно приеду и… помогу. Помогу???
Финал истории: бабушка моя поправилась, чем удивила не только родню, но и врачей. А потом, я так думаю до сих пор, отдала свою жизнь, чтобы не умерла я. А я ведь почти умерла в 19 лет.
Заканчивался второй курс института культуры. Последний экзамен учили на пляже реки Уссури, недалеко от общежития. Май был не жарким, видимо, застудилась. Потому что, когда мы с мамой после моих экзаменов улетели на Чёрное море, в любимый Туапсе, у меня началось маточное кровотечение, закончившееся большой потерей крови и остановкой сердца на полторы минуты. Хорошо, что успели до больницы добраться. Там на подступах к клинике я и вырубилась в обморок на втором пролёте каменных ступеней. Мужчина какой-то на руках донёс и врачам передал.
Нашатырь, прозрение, какие-то лица, забытьё… наплывающий свет, темнота, лица, забытьё. Яркий свет – привезли в операционную. И вот тут я решила покинуть этот нехороший мир, где мне было очень плохо. Не знаю, каким образом я выпала из тела и поднялась к потолку. И там мне стало светло, тепло и невероятно блаженно. Тогда я почему-то сравнила субстанцию, в которой плавала, с соком манго. Нам на Чукотку его как-то привозили в больших железных банках. И был он ярко жёлтым, невозможно сладким и вкусным. Счастливое воспоминание детства…
Я видела, как внизу три женщины в белых халатах склонились над носилками на колёсиках, где лежало моё тело и что-то там делали. А мне было так хорошо наверху! И никакой паники или страха – только счастье в каждой частичке моей души. Не знаю, тогда или позже, когда меня оживили, но видела папу Лёшу, тётю Раю и бабушку. Причём, бабушка на тот момент была жива.
Моё блаженство закончилось резкой болью, темнотой и ощущением, что меня запихали в тесную железную клетку. Меня спасли. Последствия были весьма страшноватые, но спасли. А бабушка через месяц погибла, попав в коляске мотоцикла под поезд… Бабушка Надя из Владивостока накануне нагадала трагедию, но сделать ничего не могла. Не было тогда сотовых телефонов. Она села в поезд и поехала в Дальнереченск, надеясь успеть. Нет, не успела. Приехала на похороны. Ибо судьба каждому написана заранее.
А я накануне этого страшного дня, проводив маму на самолёт «Хабаровск-Анадырь», почему-то захотела съездить к бабушке. Непонятно почему, но напялила чёрную водолазку, купила бутылку водки парням с бабушкиной улицы (проспорила). И на ЖД вокзале встретила… маму. Думала, глюки начались, я ещё еле ходила после клинической смерти. А её в Анадыре настигла телеграмма про трагедию, и она вернулась. А я от неё узнала.
Что ни делается – всё к лучшему
Небо за меня всегда заступается. Да, мою жизнь благостной не назовёшь. Ям и ухабов на пути было немало. Но в самые трудные минуты, когда просто жить не хотелось, появлялось чувство рая, я успокаивалась, смирялась, верила, что и это пройдёт. И проходило. Оптимисткой всегда была. Это спасало. Помнила хорошее, забывала плохое. Или находила в нём урок, который в итоге оказывался во благо.
Вот, например, изменой закончился мой третий брак. Муж в 47 лет вдруг решил, что пришла к нему настоящая любовь. А мы прожили вместе 17 лет. Считались идеальной парой. Инфаркт успели предупредить, скорая приехала быстро, откачали. Полтора года страшной депрессии было.
А потом… В какой-то момент я отпустила обиду на жизнь, поехала и прыгнула с парашютом в тандеме. И закрутилась новая жизнь! Лучше, чем была! До сих пор благодарю бывшего, что ушёл. А то бы так и сидела в розовых очках, молилась на него, забыв о себе и своих желаниях.
А ещё я заметила, что те, кто меня незаслуженно сильно обижал, обязательно в скором времени получали наказание. И не просто каблук сломался или мозоль натёрлась. Страшно говорить, но кое-кто просто покинул этот мир. Резко неожиданно появлялось какое-то заболевание и…
А за дело если кто наезжал, то ничего страшного не случалось: когда заработала подзатыльник, будь добра получи и скажи спасибо. Как бы я не отгавкивалась и не пыталась доказать, что они не правы, небу видней. Потому с возрастом вообще перестала спорить и что-то доказывать. Небо само рассудит. А вот гадать после сорока лет перестала. Но всё равно те, кто обращался раньше, за глаза называли меня ведьмой. Потому что правду мои карты говорили всегда и не всегда хорошую…
Враг синоптиков
Фея белого металла, знак Огня, умеет договариваться с небесной водой. По законам физики при слиянии этих стихий итоговой субстанцией будет пар… Короче, я могу разгонять тучи и прекращать дождь. Не в любую минуту, а когда реально нужно. Знакомые парашютисты говорили: Ира приехала, значит, погода будет. А она не всегда бывала с моим приездом: мне иногда не хочется прыгать, хочется на земле потусить или банально выспаться…
Невероятное. Однажды мой театральный класс в Приморье стал свидетелем моего договора с небом. Я вывезла их на природу в ночь на Ивана Купалу. Мы попытались совершить купальские обряды и гадания на женихов. Ночь была волшебной! Всё у нас получилось сказочно! А с утра полезли по небу грозовые тучи. Но! Они крутились вокруг нашего пятачка, громы гремели в разных концах. В сёлах ближних прошли ливни. А у нас на берегу, как в отдельно взятой огороженной трубе, светило солнце. В небе был один единственный разрыв от туч – над нашим палаточным лагерем. Это было чудо…
Загорянка. Влажное пекло – это очень тяжко для моего организма. Мне повышенная влажность воздуха противопоказана. Из-за этого мне пришлось уехать с Чукотки, моей малой родины. Потому же не люблю отпуск на море – не лечит. И вот иду из магазина домой в жаркой плотной влажности. Небо затянуто тучами. Совсем рядом где-то льёт дождь, гремит гром беспрерывно. А я, конечно, без зонта, ибо три часа назад ничего не предвещало…
Дождь, конечно, уже нужен. Хочется свежести. Растительность просто сохнет, цветы вянут. Но я не цветы, я мокнуть не хочу. И не буду! Под сплошные грозовые раскаты дошла до дома. Вспомнила, что в палисаднике бельё сушится. Быстренько сняла, зашла домой и… Только после этого за окном зашуршал дождь. Небольшой, огромными каплями, но только после моего бегства домой.
Через день возвращение домой опять сопровождал гром, частый такой, сердитый. Но первые капли на землю упали только когда я очутилась дома. Просто невероятная везучесть. Хотя зонт я с собой брала, тучи-то видела. Небо слышит меня, чувствует, помогает. Однозначно!
Мдяяя...
Зачем я всё это помню? Появилось время поразмышлять о том, что нам от природы всем даётся шестое чувство, но мы к нему не прислушиваемся, не развиваем, не пользуемся. А те, кому удаётся с ним подружиться, считаются особыми, экстрасенсами, колдунами. На самом деле надо просто чувствовать окружающий мир, не отвергать интуицию, верить в себя и в Вышнего. Надо вернуться к природе, а не жить в материальном мире плотно и безвылазно.
А так-то… Возможно, я случайно попала в земную реальность из другой галактики. И на время забыла про свои не материальные и не земные умения. И не придавала значения, когда они проявлялись. Окружающие быстрее замечали, намекали на какие-то неординарные способности, я смеялась. А сейчас думаю: это ж сколько упущено времени, возможностей, бонусов?!
А, может, и хорошо, что я большей частью жила обычной земной жизнью? Все, кто пользуется в этом мире особым даром, очень несчастные люди на самом деле. Знать всё про всех – это очень страшно… Но эмоции даже пробегающих мимо в метро я порой очень чётко чувствую. И никак не могу отключить это. И в полнолуние порой кудесю неосознанно.
19.07.26
Свидетельство о публикации №226072501912