Корни, которых не видно

Бельчонок проснулся раньше обычного.
Он ещё даже не успел как следует открыть глазки-смородинки, когда вспомнил:
Зайка!
Вчера Зайка сказал, что от страха у него душа ушла в пятки.
Мама, конечно, уверяла, что это только так говорится и душа уже давно вернулась на место.
Но Бельчонок решил, что такие серьёзные вещи лучше проверить самому.
И тут ему пришла совершенно логичная мысль.
Если душа действительно осталась в пятках…
Нужно просто встать на передние лапки.
Вниз головой.
Тогда пятки окажутся наверху —
и душа сама вернётся обратно!
Бельчонок представил Зайку, стоящего вверх лапами.
И засмеялся.
План был отличный.
Оставалось найти Зайку.
Мама уже проснулась.
— Доброе утро, — сказала она.
— Доброе!
— Хорошего тебе дня. И Ангела Хранителя на весь грядущий день.
Бельчонок уже собирался выбежать из дупла, но остановился.
— Кого?
— Ангела Хранителя.
Новое слово.
Конечно.
Каждый день обязательно появлялось хотя бы одно.
— А это кто?
— Боженька даёт каждому Ангела Хранителя, чтобы он помогал ему на добром пути, оберегал и направлял к хорошему.
Бельчонок задумался.
— А где он?
Мама улыбнулась.
Она уже знала этот вопрос.
— Рядом.
Бельчонок вздохнул.
Ну конечно.
Где же ещё.
— А я его увижу?
— Не глазами-смородинками.
— Понятно.
Он помолчал.
— То есть опять ничего не понятно.
Мама засмеялась.
— Со временем поймёшь.
— Сейчас некогда, — важно сказал Бельчонок. — У меня Зайка, Камень и Дуб.
И умчался.

Сначала он побежал к Камню-молчальнику.
Друг лежал на своём обычном месте.
Спокойный.
Целый.
Вчерашнее происшествие с Вороном, казалось, осталось позади.
Кусочки мха, которые Бельчонок так старательно укладывал обратно, держались.
Камень выглядел вполне хорошо.
За свою долгую жизнь он пережил многое.
Дожди.
Снег.
Морозы.
Жару.
Ветра.
Наверное, случалось ему и трескаться.
Но Камень никогда не цеплялся за пережитое.
Он просто оставался собой.
Трещинки со временем покрывались мхом.
И становились не уродливее —
а красивее.
Особеннее.
Другого такого Камня на всей Святой Горке не было.
Бельчонок забрался на знакомое место.
Оно уже нагрелось на утреннем солнце.
— Доброе утро.
Камень молчал.
— Как ты?
Тишина.
Бельчонок погладил вчерашнее повреждённое место.
— Вижу. Хорошо.
Они немного посидели вместе.
Молча.
За последние дни Бельчонок обнаружил, что молчать рядом с тем, кто тебя понимает, тоже бывает разговором.
Очень хорошим.
— Вечером приду, — сказал он наконец. — Поговорим.
Камень не возражал.
Теперь нужно было найти Зайку.

Зайки нигде не было.
Бельчонок проверил кусты.
Полянку.
Заглянул туда, где тот прятался вчера от Ворона.
Никого.
Сначала он немного забеспокоился.
Потом подумал:
«Наверное, всё хорошо. Если бы душа так и осталась в пятках, он обязательно пришёл бы за помощью».
Значит, вставать вниз головой сегодня никому не придётся.
Немного жаль.
Бельчонку хотелось проверить свою теорию.
Но тут он вспомнил о главном деле.
Дуб.
Вчера именно его старая ветка упала возле Ворона и прогнала чёрного разбойника.
Бельчонок давно знал Дуб.
Как можно не знать того, кто стоит на Святой Горке сотни лет?
Но одно дело — знать.
И совсем другое —
разговаривать.
Дуб был древним.
Огромным.
Степенным.
Бельчонок посмотрел вверх.
Высоко.
Очень высоко.
Крона тихо шелестела.
Будто Дуб с кем-то разговаривал.
Бельчонок замер.
«Наверное, с Боженькой».
Мысль пришла сама собой.
Он осторожно прыгнул на нижнюю ветку.
Потом выше.
Ещё выше.
Ветка.
Прыжок.
Снова ветка.
И вскоре оказался почти в самой середине огромной кроны.
Отсюда открывался удивительный вид.
Внизу лежала обитель.
Среди зелени поднимались храмы.
Голубые купола сияли золотыми звёздами.
Над ними возвышались кресты.
А вокруг раскинулась Святая Горка.
Бельчонок посмотрел вниз.
Потом вверх.
— Ого…
Дуб действительно был очень высоким.
«Он точно должен знать, где Боженька», — решил Бельчонок.
Но заговорить не решался.
Сначала он просто рассматривал старое дерево.
На коре виднелись глубокие трещинки.
Изгибы.
Следы прожитых лет.
Кое-где рос мягкий мох.
А некоторые старые повреждения были аккуратно обработаны.
Бельчонок видел, как монахи заботились о Дубе.
После бурь убирали повреждённые ветви.
Лечили раны.
Берегли его.
А Дуб продолжал стоять.
Спокойно.
Достойно.
И шелестеть листвой.
Наконец Бельчонок набрался смелости.
— Уважаемый Дуб…
Листья тихонько зашелестели.
Бельчонок сглотнул.
— А вы знаете Боженьку?
Дуб словно притих.
Бельчонку показалось, что его слушают.
Это придало храбрости.
— Понимаете… вчера один Ворон обижал моего друга.
Он показал лапкой вниз.
— Камень.
Дуб молчал.
— Я очень испугался. И попросил Боженьку помочь.
Бельчонок немного смутился.
— Мы, правда, лично ещё не знакомы.
Листья едва слышно шевельнулись.
— Но мама сказала, что Он везде. Ну вот я и подумал: значит, здесь тоже сможет помочь.
Бельчонок придвинулся ближе к стволу.
— И только я попросил…
Он посмотрел на место, откуда вчера упала старая ветка.
— Вы своей веткой Ворона прогнали.
Пауза.
Бельчонок понизил голос:
— Вы с Боженькой это… подружески решили?
Дуб молчал.
Только листва тихо шумела над головой.
И вдруг несколько листочков коснулись спинки Бельчонка.
Потом головы.
Мягко.
Словно кто-то его погладил.
Бельчонок поднял глазки-смородинки.
Никого.
Только ветви.
Листья.
Небо.
Он уже собирался спросить ещё раз, когда рядом раздалось:
— Скок!
На соседнюю ветку прыгнула белка.
Сосед.
Он жил неподалёку и был старше Бельчонка.
Его уважали белки Святой Горки.
Не потому, что он говорил громче всех.
Как раз наоборот.
Он редко говорил лишнее.
— Ты чего тут? — спросил Сосед.
— Я с Дубом разговариваю.
— Вижу.
— Только он пока не отвечает.
Сосед посмотрел на Дуб.
— А ты уверен?
Бельчонок насторожился.
Опять начиналось.
— Я спросил, знаком ли он с Боженькой.
И коротко рассказал всё, что произошло вчера.
Про Ворона.
Про Камень.
Про просьбу о помощи.
Про ветку.
И про своё подозрение, что Дуб с Боженькой как-то очень быстро обо всём договорился.
Сосед выслушал.
Потом сказал:
— Этот Дуб стоит здесь очень давно.
— Я знаю.
— Но ты видишь только половину.
Бельчонок посмотрел на дерево.
Слева.
Справа.
— Какую половину?
— Ту, что над землёй.
Бельчонок замер.
Сосед показал вниз.
— А корни?
Бельчонок посмотрел на землю.
— Какие корни?
Сосед улыбнулся.
— Вот именно.
Бельчонок нахмурился.
Он знал, конечно, что у деревьев есть корни.
Все это знают.
Но почему-то никогда о них не думал.
Ствол видно.
Ветви видно.
Листья видно.
Жёлуди видно.
А корни…
Их словно нет.
Потому что они спрятаны.
— Они большие? — спросил Бельчонок.
— Очень.
— Насколько?
— Достаточно, чтобы огромное дерево сотни лет стояло на одном месте и не падало.
Бельчонок посмотрел вниз с уважением.
Сосед продолжил:
— Корни держат Дуб.
Потом подумал.
— И землю вокруг него тоже.
Они уходят в разные стороны, впитывают влагу после дождей и талого снега, укрепляют почву Святой Горки.
— А их никто не видит…
— Не видит.
— Но они работают?
— Каждый день.
Бельчонок замолчал.
Вот это было интересно.
Очень.
Невидимое опять что-то делало.
— Значит, Дуб стоит здесь…
— А служит гораздо дальше того места, где стоит.
Бельчонок посмотрел на могучий ствол.
Потом вниз, туда, где под землёй скрывались огромные корни.
Над землёй — крона.
На земле — ствол.
Под землёй — корни.
И всё это один Дуб.
— Вот это да…
— У него своё послушание, — сказал Сосед.
— Что такое послушание?
— Дело, которое тебе доверено и которое ты стараешься делать с любовью и ответственностью.
Бельчонок подумал о своих вчерашних орешках.
— Как помогать маме?
— Именно.
Это слово ему понравилось.
— Значит, у Дуба тоже есть дело?
— Конечно.
— А он знает Боженьку?
Сосед посмотрел вверх.
Листья шелестели.
— Слышишь?
— Угу.
— Он молится.
Бельчонок округлил глаза.
— Вот это?
— А почему молитва обязательно должна звучать словами?
Бельчонок замер.
Где-то он уже это слышал.
— Я вчера Боженьку тоже не вслух просил…
— Вот именно.
Сосед улыбнулся.
— Душа умеет говорить без слов.
Бельчонок посмотрел вниз.
На Камень.
— А Камень?
— Что Камень?
— Он тоже молитвенник?
Сосед задумался.
— Думаю, да. Только Дуб — молитвенник-столпник.
— А Камень?
— Молчальник.
Бельчонок просиял.
Вот!
Наконец-то взрослый объяснил всё понятно.
— Я так и знал!
— Что?
— Что Камень очень душевный.
Сосед засмеялся.
— Тёплый. Понимающий. Всё выслушает.
Он немного помолчал.
— Я с ним тоже дружу.
Бельчонок повернулся.
— Ты?!
— С самых малых лет. Сколько себя помню.
Вот это требовало отдельного осмысления.
Получалось, Камень был его другом ещё до того, как Бельчонок родился.
И другом Соседа.
И, возможно…
Кого ещё?
Сколько же всего знает этот молчун?
Бельчонок посмотрел вниз.
Надо было срочно поговорить с Камнем.

К вечеру солнце стало золотым.
Бельчонок спрыгнул с ветки.
Потом ниже.
Ещё ниже.
И наконец — прямо на знакомый тёплый бок.
— Добрый вечер.
Камень встретил его накопленным за день теплом.
Бельчонок устроился.
Помолчал.
— Ну, ты всё слышал.
Камень молчал.
— Наш разговор с Соседом.
Тишина.
— Ты же рядом был.
Камень не отрицал.
— Я сегодня узнал про корни.
Бельчонок задумчиво погладил мох.
— Представляешь, их не видно вообще.
Пауза.
— А они есть.
Он посмотрел на Дуб.
— И всё время что-то делают.
Тишина.
— Держат.
— Пьют воду.
— Берегут землю.
— А никто даже не видит.
Бельчонок немного подумал.
— Наверное, самое важное вообще любит прятаться.
Камень молчал.
— Душа — внутри.
— Корни — под землёй.
— Боженька — везде.
— Ангел Хранитель — рядом.
Он вздохнул.
— И никого нормально не видно.
Камень продолжал слушать.
Бельчонок улыбнулся.
— Но теперь меня это уже не так беспокоит.
Он прижался к тёплому боку друга.
Они посидели молча.
И Бельчонок был очень доволен их полным единодушием по всем сегодняшним вопросам.

Закат разгорался над обителью.
Золотой свет ложился на голубые купола.
Звёзды на них вспыхивали одна за другой.
Бельчонку показалось, будто вечернее солнце специально зажигает их —
чтобы потом от них зажглись настоящие звёзды на ночном небе.
Красиво.
Но пора было домой.
— До завтра, — сказал он Камню.
И побежал к маме.

Вечером они, как обычно, устроились рядом.
Теперь у них появилась новая привычка.
Бельчонок спрашивал:
— Как прошёл твой день?
Мама рассказывала.
Потом спрашивала его.
И он рассказывал тоже.
Сегодня рассказ получился длинным.
Про Зайку, которого он не нашёл.
Про Камень.
Про Дуб.
Про невидимые корни.
Про Соседа.
Про молитву без слов.
И, конечно, про Ангела Хранителя.
— Мам, а ты его видела?
— Кого?
— Моего Ангела.
— Нет.
Бельчонок кивнул.
Несколько дней назад такой ответ его бы расстроил.
Сегодня — нет.
— Ну и ладно.
Мама удивилась.
— Почему?
— Корней Дуба я тоже не вижу.
Он устроился поудобнее.
— Но они же есть.
Мама улыбнулась.
— Есть.
— И душу не вижу.
— Не видишь.
— А она сегодня весь день со мной была.
— Конечно.
— Значит, не всё обязательно видеть.
Мама ласково погладила сына по голове.
— Ты многому научился.
Бельчонок распушил хвост.
Это было приятно слышать.
— Когда я была маленькой, — сказала мама, — моя мама научила меня одной коротенькой молитве.
— Про Ангела?
— Про него.
Бельчонок сразу приготовился слушать.
Мама тихо произнесла:
Ангел-хранитель, пойдём со мной.;Ты впереди, а я за тобой.;Сохрани меня от всякого зла.
Бельчонок повторил про себя.
Ему понравилось.
Особенно:
«Ты впереди, а я за тобой».
Это было понятно.
Если кто-то знает дорогу лучше — разумно идти следом.
— Мам…
— Да?
— А если я его не вижу, как пойму, куда идти?
— Душой.
Бельчонок улыбнулся.
Раньше этот ответ обязательно вызвал бы ещё пять вопросов.
Теперь он уже кое-что понимал.
Душа умеет.
Она улыбается.
Боится.
Сочувствует.
Любит.
Молится.
И, наверное, умеет чувствовать правильную дорогу.
— Хорошо, — решил Бельчонок. — Пусть идёт впереди.
Он немного подумал.
— Главное, чтобы не слишком быстро. Я маленький.
Мама засмеялась и укрыла его хвостом.
Бельчонок закрыл глазки-смородинки.
Сегодня он узнал удивительную вещь.
У самого важного часто есть невидимые корни.
У Дуба они уходили глубоко в землю.
У любви — в сердце.
У молитвы — в душу.
А где корни у Боженьки?..
Бельчонок приоткрыл один глаз.
Нет.
Не сегодня.
Слишком большой вопрос.
На ночном небе уже зажигались звёзды.
Бельчонку казалось, что сначала свет вспыхивает на золотых звёздах голубых куполов, а потом поднимается всё выше и выше —
туда, в темноту,
где одна за другой загораются маленькие небесные фонарики.
И где-то среди них серебрилась светлая дорога — Млечный Путь.
— Интересно, куда он ведёт?.. — сонно подумал Бельчонок.
Но ответ искать уже не стал.
Теперь он знал:
необязательно всё понять сразу.
Иногда достаточно довериться.
Закрыть глазки-смородинки.
Услышать тихую колыбельную души.
И знать, что кто-то невидимый идёт впереди.
А ты —
за Ним.
И Бельчонок уснул.