К папе

Вторая история, связанная с моей старшей дочерью, которая до сих пор кусает мое сердце, уносит меня в далекий 2017 год. Тогда я почти весь ноябрь торчал в командировке в Перми, а она уже училась в Уральском государственном университете. Воплощала в реальность желание своего отца - стать выдающимся математиком. До сих пор я смеюсь над ней - блондинка с высшим физико-математическим образованием. Но тогда было самое-самое начало.

Договорились, что на выходные она приедет ко мне, а я свожу ее за город, покажу суровую Пермскую природу. Рано утром мы встречаемся на вокзале, садимся в машину и по первому снежку едем за город смотреть музей зодчества под открытым небом.

Ко времени нашего приезда музей еще не открылся, и мы поднимаемся на машине выше по дороге, чтобы видеть и леса, и Камское море, и все, что можно увидеть с высокого заснеженного холма. Забрались, сидим, созерцаем окрестности.

- Маша, а может пока позавтракаем?
- Давай.

Весь этот месяц я жил в военном госпитале, питался тем, что сам себе мог приготовить в условиях, где готовить не положено. Была у меня походная газовая плитка, на которой в санитарном блоке я варил себе кашу и яйца.

Но сейчас каши с собой нет, зато есть 4 сырых яйца. Бросаю их в кружку, ставлю на огонь. Вокруг холодно, и вода никак не хочет закипать. Я беру второй газовый баллон, цепляю к нему ручную газовую горелку и начинаю греть кружку с другой стороны. Но теплоотдача в окружающую среду так велика, что вода совершенно не хочет кипеть. Короче, сварить несчастных 4 яйца стоило мне неимоверных усилий.

Далее накрываем импровизированный стол: хлеб, майонез, огурец. Я смотрю как моя дочь съедает одно яйцо за другим, и сердце мое наполняется болью. Блин, дочь моя приехала к папе, чтобы проникнуться домашним теплом, чтобы ее прижали, согрели, накормили, а я ее сразу в горы, в леса, в холод. Годы проходят, время стирает многие события, но не это. Каждый раз, вспоминая эту встречу, сердце мое наполняется болью и… любовью.