Потерянный наследник солнца. Глава 6

Глава 6. Шёпот тумана.



Усталость чудесным образом никуда не делать. Измученный, Диэлль уснул снова. Почти незаметно. Но тмерр уловил момент сразу – когда дыхание друга стало ровнее, спокойнее. Тело под ним чуть ослабло, плечи опустились, а пальцы, всё ещё лежащие на его волосах, скользнули вниз и безвольно застыли. Эру же остался лежать на его коленях, размышляя над тем, что делать дальше. Конечно, у него был план – нужно добраться до долины Фракши, где их должен ждать корабль. Но успеют ли они? Нужно как-то добраться до гор, пересечь их через перевалы, потому что в обход слишком долго. Эру не знал, как насколько хватит проклятия Аманиса. Либо оно спадёт через несколько дней, и Лунар и её люди сразу бросятся по следу, либо уже никогда не смогут покинуть город, хотя на это надеяться не стоило.



Было бы хорошо, просто по щелчку пальцев перенестись на нужную точку на карте, но такое провернуть мог только бог. А тревожить Аманиса Эру больше не хотел, и так слишком много попросил. У его бога наверняка миллионы таких же страждущих – и другие тмерры, и, может, существа из иных миров...



Какое-то время он лежал, пытаясь в принципе свыкнуться с мыслью, что Диэлль рядом. Было похоже на сон. Шум с улицы стих, и теперь дом казался чересчур пустым. Воздух пах сыростью и гнилой древесиной. Огонь трещал в очаге. Последние языки пламени, упрямо цепляясь за поленья. Надо было вставать. Надо было проверить амистра, ещё раз проговорить пути отхода. Но тело отказывалось слушаться. Мысли текли, как вязкая смола.



Главное успеть. Ещё одной проблемой мог стать Шаа-Ну. Узнав об измене, он наверняка взбесится и попытается вернуть предателя обратно. Эру прикрыл глаза, чувствуя, как ноет плечо. Недавнее присутствие бога всё ещё тлело внутри лёгкой, едва ощутимой дрожью под кожей. Плата не взыскана до конца, но тмерр знал: рано или поздно она его настигнет. Аманис не забывает своих обещаний, так же как не забывает и долгов.



«Ты просишь невозможного, Эру. Но ты это получишь».



Эти слова звучали в памяти, как шипение змеи. Он усмехнулся про себя, почти беззлобно. Просил – да. И теперь, глядя на спящего Диэлля, не мог пожалеть. Хоть бы этот миг продлился. Хоть бы ещё немного.



Это казалось нереальным. Как будто всё, что было до растворилось, не имело никакого значения. Пока он рядом. Живой. Тот же мальчишка, с которым они когда-то крались в саду императорского дворца, таскали виноград из корзин и прятались от стражи. Только тогда…



Эру перевёл взгляд на пламя в очаге. Оно догорало, оставляя в воздухе сладковатый запах мокрого дерева.



— Сколько не моли, – тихо сказал он, обращаясь к самому себе. — Утро всё равно нас настигнет.



Он вытянул руку, зацепил золотистую прядь, спадающую с плеча эльфа. Вертел её между когтистых пальцев. Настоящая. Не сон. Он уже и сам утомился ловить себя на этой мысли. Каждый раз убеждать себя в реальности происходящего, каждый раз сомневаться не очередные и безнадёжные ли грёзы. Поверить было и впрямь сложно, когда несколько лет только во снах своего друга и встречал. Почему сейчас должно быть иначе?



Наёмник закрыл глаза, тихо выдохнул, погружаясь в тягучее молчание ночи. Снаружи ветер шевельнул двери, и где-то вдалеке, за границей видимого, едва слышно проскользнул шелест – будто кто-то прошёл по дороге. Эру насторожился, но не поднялся. Прислушался. Тишина. Только гул ветра. Он снова позволил себе расслабиться. Пока что.





Было темно. Не ночь, не тьма – пустота. Та, что не имеет под собой ни опоры, ни границ. Диэлль долго шёл в этом мраке, не понимая куда и зачем. В голове изредка мелькали образы, знакомые и угасающие. Слышались обрывки разговоров, происходивших когда-то. Недавно или очень давно. Что-то он помнил, что-то – уже нет. Впереди мелькнул слабый всполох света, и эльф устремился к нему. Выход оказался ближе, чем виделось поначалу. И он шагнул в просвет, словно пройдя через приоткрытый занавес. И под ногами тихо хрустнула мраморная крошка. В моменте почему-то этот звук почудился спасением, но Диэлль быстро понял, что всё далеко не так.



Он очутился в зале. В знакомом и в то же время едва узнаваемом. Всё вокруг было перекошено, как отражение в кривом зеркале. Золотые колонны, когда-то сиявшие на свету, теперь покрылись трещинами. Из-под них проступала чернота, будто сама тьма сочилась изнутри прогнившего камня. Воздух пах гарью и протухшей кровью.



— Это мой дом... – шепнул он сам себе, не узнавая собственного голоса. — Я… вернулся домой?



Ответа не последовало. Только эхо повторило за ним – искажённо, хрипло: ...домой... мой... мой...



Он сделал шаг, другой. Под сапогами шуршали осколки витражей – когда-то на них были вырезаны образы солнца, теперь же остались только блеклые очертания, словно стекло выцвело под тяжестью долгих лет. Дворцовые коридоры тянулись, петляли, как змеи. Диэлль знал их, он здесь вырос – и всё равно терялся. За каждым поворотом – иная стена, иной зал, и всё мертвее, холоднее.



— Матушка? – позвал он, и голос сорвался, став чужим. — Отец?



— Дитя света...



Он вздрогнул. Голос пришёл откуда-то сверху, но отозвался сразу со всех сторон. Глубокий, будто кто-то говорил прямо в его голове.



— Кто здесь?



— Сколько лет ты спал... и никак не проснёшься...



Он шагнул назад, вглядываясь в полумрак руин. Из теней выступили очертания – фигура, высокая, полупрозрачная, сотканная из дыма. Ни лица, ни обособленной формы. Только переплетённые сгустки серого тумана.



— Ты взял не своё.



— Я… ничего не брал!



— Не лги, дитя. Кровь знает. Кровь помнит.



С каждым словом вокруг становилось темнее. Потолок исчез. Вытянулся, поднимаясь ввысь, к небу. Вместо него остался мрак, дрожащий, живой, точно испускавший глубокие вдохи. Колонны захрустели, сверху посыпались камни. Диэлль побежал, не зная куда и был ли смысл. Коридоры ломались, сдвигались стены. На полу стелилась кровавая дорожка. Борозды, цепочкой уходящие вперёд, указывающие путь. Эльф невольно последовал за ними.



— Они ждали тебя... все ждали... почему ты бежишь?



Диэлль не отвечал. Он не понимал, о чём говорит этот голос, чего хочет. Впереди возникли очертания двери. Парень бросился туда, словно за ней ждало спасение. Покои матери. Серебряная ручка, стёртая от прикосновений. Та самая, за которую он когда-то держался, когда боялся грозы.



— Там ты никому не нужен... оставь...



Рука дрожала, когда он вцепился в металл.



— Это... неправда, – прошептал эльф, пытаясь убедить себя самого.



— Так, проверь.



Он толкнул дверь. В нос ударил запах железа. Под ногами рассекалось тёмное зеркало, в котором Диэлль увидел отражение напуганных глаз. Кровь. Много. Слишком много. Грудь сдавило настолько, что каждый вдох резал лёгкие. Парень поднял взгляд…



В глубине комнаты кто-то стоял. Сгорбившись, словно вот-вот упадёт на окровавленный пол. Фигура. Женская, напоминающая очертаниями матерь. Местами проглядывающая из-под мокрой грязной одежды кожа, обугленная, вспученная, готовая в любую секунду сползти с мышц.



— Вспомни меня, Диэлль. – произнесло оно искажённым материнским голосом.



Силуэт дрожал. Казалось, нечто лишь притворялось, нацепив на себя чужую кожу и одежды. И эта маскировка грозилась вот-вот расползтись, обнажая истину. Когда она заговорила снова, выпустив тяжёлый выдох, выдохнули и стены.



— Не отвергай меня. Я есть цена твоего солнца. И когда время придёт... ты отдашь…



Мир вокруг дрогнул. Реки крови полились с потолка, окрашивая стены. И когда Диэлль сорвался на крик, тьма сомкнулась, поглощая и комнату, и пугающее существо. Осталась только боль в груди, будто сердце кто-то сдавил, расплющил между пальцев как гнилой помидор.



Эльф рывком открыл глаза, огляделся. Растерянно, как человек, что очнулся в чужом теле. Кто он? Где он? Как здесь оказался?



Сон будто вытянул из него всё: имена, воспоминания, образы. Осталось только липкое чувство страха, болтающееся на цепях в узилище гулкой пустоты. Воздух казался тяжёлым, колючим. Тусклый свет от очага вычерчивал на стенах тени, что плясали вокруг, точно живые сущности. Но стоило моргнуть – наваждение пропало. Он сел, задыхаясь. Сердце колотилось, как пойманная птица. Сознание постепенно возвращалось.



Эру мирно спал на краю постели. Рядом. Это немного успокоило. Диэлль провёл рукой по лицу, стирая остатки кошмара. Но слова, хриплый шёпот – ты отдашь... – до сих пор звенели в голове, словно кто-то продолжал шептать их прямо у уха.



Парень закрыл глаза. Покой был призрачным, а сон ушёл окончательно. Диэлль долго сидел неподвижно, стараясь поймать дыхание, что упрямо ускользало, не задерживаясь в лёгких. Машинально коснулся груди – под пальцами она ощущалась полой, слишком хрупкой, способной проломиться от любого нажима. И он надавил сильнее. Ничего. Огонь в очаге догорел. Только тлели угли, бросая слабое красноватое мерцание. Тени постепенно стекали к полу, угасали вместе с огнём.



Диэлль с трудом поднялся, перелез через грузное тело наёмника, чувствуя, как дрожат ноги. Мир вокруг казался неустойчивым, косился из стороны в сторону. Парень опёрся об изголовье кровати, оно слабо хрустнуло под давлением. Или же это был звук снаружи?



Эльф поднял голову, прислушался. Треск раздался снова: кто-то шагнул по земле, возможно задев тонкую ветку. Тихо, неуверенно, как ступают по тонкому льду. Сначала подумалось, ошибся. Что это ветер, скребущийся в доски, жаждущий забраться внутрь. Но невнятный шум вскоре сменился вполне чётким скрипом ступени на крыльце. Сердце пропустило удар. Диэлль оглянулся на Эру, что видимо слишком крепко спал. Хотел было позвать, но слова застряли в горле. Тогда покосился на дверь. Больше звуков не было. Может, стоило проверить самому? Наверняка там никого и нет.



— Эру… – выдохнул он едва слышно, но тот, конечно, не ответил.



Парень решил понапрасну не тревожить. Не хотелось выглядеть совсем уже беспомощным. Осторожно, опираясь ладонью о стену, двинулся к двери. Схватившись за ручку, задержал дыхание. На миг этот жест нашёл отклик, проведя параллель с недавним кошмаром. И всё же эльф дёрнул. Дверь послушно отворилась. Холод хлынул внутрь. Воздух был ледяной, пах грозой, а туман клубился от земли и подползал, цепляясь за крыльцо.



Пусто. Ни души. Диэлль сделал шаг вперёд, босиком по влажным доскам. Звук собственного дыхания казался слишком громким. Он огляделся – улочка уходила в серую мглу, дома стояли в безмолвии, зияя чёрными провалами окон. Ни дыма, ни движения. Только ветер едва шевелил солому на крыше избы напротив, скрипя её полу отвалившимися ставнями.



— Здесь кто-нибудь есть? – спросил он тихо, сам не веря, что услышит ответ.



И его не было. Только где-то вдалеке, между домами, будто что-то промелькнуло. Так быстро, что парень не успел заметить. Он обхватил себя за плечи, пытаясь унять дрожь. Холод просачивался под кожу, до самых костей. Понимал, что стоит вернуться, но почему-то не рискнул сдвинуться с места.



Так и стоял, не двигаясь, вглядываясь в пустоту перед собой. В густеющий туман, оставляющий на губах странную горечь. Показалось, будто издалека кто-то прошептал его имя.



— Диэлль...