Полоцкая Атлантида. Гл. 7

Глава 7. Брячислав Полочанин


Представь себе двадцатилетнего князя, который решается на дерзость, равной которой Полоцк ещё не знал: не обороняться от Киева, а ударить первым — да не куда-нибудь, а на Новгород, второй по значению город всей Руси. Брячислав, сын Изяслава и внук Рогнеды, вырос в земле, которая привыкла держаться сама по себе, не спрашивая киевского благословения. Отец оставил ему в наследство не только княжеский стол, но и характер: тихая твёрдость Изяслава в сыне обернулась дерзкой самостоятельностью.

Наследник, которого не тронула усобица

Изяслав умер в 1001 году, и Полоцкая земля вновь перешла к малолетнему князю — Полоцк уже проходил через это при Рогнеде и знал, как удержать власть, пока наследник растёт. Когда в 1015 году умер Владимир и его сыновья сцепились друг с другом в кровавой борьбе за киевский стол, Брячислав в неё не встрял. Усобица бушевала в стороне от его владений — и это молчаливое неучастие само по себе было позицией: Полоцк наблюдал, набирался сил и ждал своего часа.

Поход на Новгород

Час настал в 1021 году. Пока Ярослав, уже утвердившийся в Киеве, был занят другими заботами, Брячислав внезапно ударил на Новгород. Город был взят, разграблен, а на обратном пути в Полоцк князь вёл за собой богатый полон и обоз с добычей. Это был не набег ради добычи — это был вызов, брошенный самому Ярославу, которого летописи назовут Мудрым.

Битва на Судоме

Ярослав отреагировал стремительно. На седьмой день похода, у реки Судомы — притока Шелони, впадающей в озеро Ильмень, — он настиг племянника и разбил его войско. Брячислав бежал, оставив победителю и пленных, и обоз. По всем законам эпохи на этом история должна была закончиться: разбитый князь, отнятая добыча, покорность или новая расправа.

Мир, который стоил дороже победы

Но случилось нечто, что переворачивает всё привычное представление об итогах этой войны. В том же 1021 году Ярослав не стал добивать племянника — он сел с ним за стол переговоров и отдал ему два города, Усвяты и Витебск, ключевые точки на пути «из варяг в греки». Взамен Брячислав обязался быть с Ярославом заодно «вся дни живота своего» — прежде всего против брата Ярослава, Мстислава, с которым тому ещё предстояло бороться за киевский стол. Разбитый в бою полоцкий князь вышел из войны с приросшими, а не урезанными владениями — редчайший случай для той эпохи, и лучшее доказательство того, насколько дорого Киев ценил союз с Полоцком.

Мир на бумаге не остановил Брячислава на деле: летопись прямо говорит, что войну с дядей он продолжал «вся дни живота своего». Тихим союзником он не стал.

Земли на закат

Получив Витебск и Усвяты, Брячислав не остановился — он двинул границы своего княжества дальше на запад, к землям между Западной Двиной и Дисной, и основал там город, названный в его честь — Брячиславль. Сегодня это Браслав, и имя полоцкого князя, которому не хватило смелости признать Киев старшим, живёт в этом названии уже тысячу лет.

Брячислав умер в Полоцке в 1044 году. Но самым важным его наследием стал не Браслав и не витебская земля, а сын — мальчик, о рождении которого народная память сложит легенду совсем не такую, как о рождении обычных детей. Именно этому сыну суждено будет стать самым громким, самым пугающим и самым загадочным из всех полоцких князей — Всеславом Чародеем.

Продолжение следует...