Марсианский экспресс

ПОСАДКА НА МАРСИАНСКИЙ ЭКСПРЕСС
     Фраза про яблоки, которые будут расти в будущем на Марсе, часто ассоциируется с мифом о том, что её когда-то впервые сказал сам Карл Саган — знаменитый астроном, научный популяризатор и писатель-фантаст. Уже потом её подхватили и растиражировали в разных рассказах, статьях, выступлениях и даже песнях.
     Кстати, причастность Сагана к этой фразе была проверена даже искусственным интеллектом, который, перешерстив все известные и доступные источники информации, оставил за Карлом Саганом первенство в этом высказывании. Однако точного источника или даты появления этой фразы в его произведениях или речах найдено не было — лишь косвенные упоминания о том, что где-то при свидетелях она была сказана.
     В любом случае в обществе, на фоне успехов космической программы землян, уже тогда витала популярная тема освоения ближайших к Земле планет. Понятное дело — взор был направлен именно на Марс.
     При этом Саган был одним из самых ярких исследователей космического пространства и активно обсуждал перспективы заселения Марса, а также возможность и необходимость трансформации планеты для обитания человека. Его работы, включая телепрограммы и книги, вдохновляли многих писателей и энтузиастов науки думать о будущем человечества в космосе, в том числе о возможности выращивания растений на Марсе, включая яблоки.
     Конечно, сейчас на Марсе яблоки не растут, но процесс приближения к этому уже начался. И я очень рада, что живу в такое время, а главное — могу лично наблюдать, как расцветает планета Марс.
БИЛЕТ НА ЭКСПРЕСС
Перелёты между планетами Солнечной системы для меня уже стали обыденным делом. Я человек сентиментальный. Несмотря на то что необходимость в физическом билете для посадки на какой-либо рейс давно отпала — благодаря множеству способов дистанционной регистрации и личным электронным системам связи, — я всё равно обязательно покупаю его материальную копию с обязательным указанием моего имени как пассажира: «Алиса Семёнова. VIP-пассажир».
     Конечно, это уже не тот знаменитый клочок бумаги, который впервые продали в Англии в 1830 году на первый железнодорожный поезд линии Ливерпуль — Манчестер. Теперь это полупрозрачная карточка, изготовленная на основе редкого минерала с Марса. Она светится в гравитационных полях планет: на Земле — традиционно ярко-синим цветом, на Марсе — ярко-красным. Чем дальше от Земли, тем сильнее меняется цвет билета. Представьте себе: ваш билет на рейс постепенно превращается из бледно-голубого сначала в жёлтый, потом в оранжевый, а на подлёте к Марсу становится красным.
     Обязательно купить такой билет — моя дань детству и воспоминаниям о моём первом полёте на Марс.
     Кстати, вы в курсе, когда был продан первый билет на космический корабль? В 2001 году его приобрёл Деннис Тито — первый космический турист. Билет на корабль «Союз» стоил тогда целых 20 миллионов старых долларов. Серьёзная сумма по тем временам.
     С тех пор коммерческие билеты на космические корабли стали своеобразным символом мечты человека слетать в космос. Для меня же это скорее ритуал, чем необходимость. Я их коллекционирую. Каждый маршрут имеет свою эмблему и отражает культуру планеты, куда я летала, традиции рейсов и компаний, услугами которых пользовалась.
     Каждый билет в моей коллекции — произведение искусства.
     Особое место в этой коллекции занимают билеты «Марсианского экспресса». Каждый раз они разные, и чем чаще ты пользуешься этим рейсом, тем больше возможностей он открывает в будущем.
     Моя цель — «Билет Марка Твена». Именно так он и называется. Компания — оператор экспресса выдаёт его выдающимся пассажирам или тем, кто воспользовался её услугами более тысячи раз.
     Это «вечный билет» — такой же, какой в XIX веке американская железнодорожная компания вручила писателю Марку Твену в знак признательности за серию статей о своей деятельности.

ДОГНАТЬ МАРСИАНСКИЙ ЭКСПРЕСС
     Ближе к Земле, за орбитой Марса, в сторону Солнца, существовали свои ограничения скорости. Эта область Солнечной системы между Марсом и Землёй превратилась в своеобразное космическое шоссе, наполненное множеством кораблей, торговых флотов, исследовательских экспедиций и транспортных перевозок.
     Здесь наблюдалось плотное движение кораблей, направляющихся в обе стороны, что создавало впечатляющий пейзаж из мерцающих огней и светящихся точек на тёмном фоне звёзд. Плотность движения была достаточно высокой, и, чтобы избежать столкновений, ускорение выше определённого предела запрещалось. Поэтому с Земли на Марс можно было долететь уже не так медленно, как во времена первых межпланетных экспедиций, но и не так быстро, как представляли себе фантасты прошлого.
     Самый медленный пассажирский транспорт, курсировавший между Землёй и Марсом, назывался «Марсианским экспрессом», потому что никогда нигде не останавливался и использовал эффект так называемой «гравитационной рогатки», чтобы, совершив круг вокруг Земли, снова отправиться к Марсу.
     «Гравитационная рогатка», или манёвр гравитационного захвата, — это метод использования гравитационных полей планет и других небесных тел для изменения курса и скорости космического корабля.
     Путешествия от Земли до Марса с использованием подобного метода начали применять сразу после первой высадки человека на планету. Маршрут занимал несколько месяцев, так как среднее расстояние между Землёй и Марсом составляет около 225 миллионов километров.
     Если пользоваться только гравитацией планет, лететь пришлось бы очень долго. Поэтому за пределами планетарного сектора корабль получал разгонный импульс от основных двигателей ГСД — гравитационно-сжимающего двигателя. Именно он значительно сократил время полёта между Землёй и Марсом.
     В Академии мне приходилось изучать его устройство. Ремонтировать такие двигатели нас не учили, но знать, как они выглядят и по какому принципу работают, было обязательной частью курса. С помощью миниатюрных моделей ГСД мы даже гнули стальные бронеплиты в лаборатории «Космических аномалий».
     ГСД, установленный на «Марсианском экспрессе», был сравнительно маломощным, хотя и использовал тот же принцип воздействия на гравитационные поля и сжатия пространства-времени для создания своеобразного «пузыря» вокруг корабля, что и более мощные межпланетные и межгалактические суда.
     Эта технология уже более ста лет позволяет человечеству путешествовать по космосу со скоростью, близкой к световой. А после открытия подпространственной системы гравитационных тоннелей дальность перелётов стала исчисляться десятками и сотнями световых лет. Смешно сказать, но первые межпланетные корабли были просто «велосипедами» по сравнению с нынешними.
     После открытия гравитационных волн и появления технологии управления временем у человечества появилась возможность создать систему искусственного управления гравитационными волнами, взаимодействующую с потоками пространственно-временного континуума.
     Корабль сжимает пространство впереди по курсу и расширяет его позади себя, что позволяет перемещаться с максимально известной скоростью как в обычном космосе, так и в гравитационно-пространственных тоннелях.
     Самая ценная особенность этого двигателя — стартовый импульс. Благодаря гравитационно-пространственно-временному пузырю сам прыжок внутри корабля практически не ощущается, несмотря на мгновенный разгон почти до световой скорости.
     Правда, совершать такие прыжки в пределах Солнечной системы безопасно только в специально выделенных транспортных коридорах или через подпространственные ворота за её пределами. Все они расположены за орбитой Марса. Там же находится тормозной коридор для всех прибывающих в сектор межпланетных, межзвёздных и межгалактических кораблей.
     По личным ощущениям человека, не раз летавшего на межпланетных и межзвёздных линиях, прыжок внутри пузыря не вызывает запредельных перегрузок. Чего нельзя сказать об ударном воздействии за его пределами.
     Во время срабатывания ГСД лучше никому не находиться в радиусе трёх километров — иначе сплющит, как консервную банку.
     Я видела, как огромные астероиды разлетались в пыль во время экстренного манёвра уклонения с кратковременным включением ГСД.
     У нас на курсе были виртуозы, которые могли одним коротким включением двигателя буквально сдвинуть любой предмет в космосе. Например, отправить космический мусор куда-нибудь за пределы сектора, словно футбольный мяч в кегельбане. Это был высший пилотаж, за который преподаватели иногда даже ругали.
     Энергетическая установка ГСД работает по принципу деления атомов в реакторе, использующем топливо, синтезированное из тёмной материи. Она обеспечивает практически безграничный запас энергии — словно маленькая карманная звезда.
     Единственное ограничение — время работы таких двигателей в обитаемой зоне Солнечной системы. Пространственно-временной пузырь создаёт мощные помехи в континууме в огромном радиусе вокруг корабля, далеко выходящем за пределы трёхкилометровой зоны непосредственного гравитационного воздействия. Поэтому использование ГСД в карантинной зоне Земли разрешено только в пределах строго определённого разгонного коридора.
     Используя гравитационную рогатку, космический корабль выполнял торможение, совершал облёт Земли и Марса, после чего вновь выходил на маршрут, проходя через заранее рассчитанные гравитационные точки. Это позволяло экономить топливо, используя гравитационные поля планет для выполнения манёвров.
     На удалённом участке маршрута включался ГСД. Далее корабль, используя гравитационные рулевые двигатели, тормозил до конца пути.
     Без такого импульса полёт мог занимать от четырёх до девяти месяцев — в зависимости от выбранной траектории, скорости корабля и эффективности использования гравитационных манёвров. С применением ГСД время полёта сокращалось до двух суток, а иногда — всего до нескольких часов. Такие рейсы тоже существовали.
     Подобный способ передвижения позволял значительно снизить расход топлива и энергии, делая межпланетные перевозки в пределах Солнечной системы максимально безопасными и экономичными.
     Вообще, на маршруте работали два «Марсианских экспресса» — первый и второй. Они всегда встречались где-то посередине пути, словно два фуникулёра на горном склоне: один поднимается, другой спускается, и пассажиры приветствуют друг друга через окна.
     Чтобы попасть на «Марсианский экспресс», нужно было дождаться его прибытия на орбиту Земли, а затем, догнав его на орбитальном транспортном корабле, пересесть на борт.
     Эти корабли-сторожили нашей звездной системы, курсировали между Марсом и Землёй более семидесяти лет. Их ремонтировали прямо в полёте, практически не выводя из эксплуатации.
     Правда, если ты опоздал на свой экспресс, ждать следующего приходилось двое суток.
     Конечно, сегодня до Марса можно добраться и быстрее — на чартерных межпланетных кораблях всего за десять–пятнадцать часов.
     Можно было бы и ещё быстрее, но движение осуществляется по общему Магистральному коридору. Эта область стала своеобразным космическим шоссе, где скорость кораблей ограничена из-за высокой плотности движения.
     Под «плотностью» здесь понимается расстояние между кораблями в десятки, а иногда и сотни километров. Однако при подобных скоростях это чрезвычайно насыщенный транспортный поток, требующий от пилотов и командиров постоянной концентрации и строгого соблюдения правил безопасности на каждом этапе полёта.
     Стартовая орбита Земли.
     Орбитальный корабль, покинув Космовокзал имени Юрия Гагарина, начинает разгон для выхода на догонную траекторию и сближения с «Марсианским экспрессом». Он уже завершал свой гравитационный манёвр вокруг Земли и выходил на прямой участок маршрута, где его ожидали корабли снабжения и транспортные челноки с пассажирами.
     Двое суток комфортного путешествия по Солнечной системе к Марсу с полным пансионом... Да это не экспресс — это настоящий круизный лайнер!
     Впереди меня ждал Марс...
     Поехали!

Александр Ручко