Я жив значит есть Бог

Послушаешь некоторых православных, и создается такое впечатление, что Христос сошел на землю не ради умножения Любви, а ради умножения страданий. Для некоторых страдание стало идолом, и они страдают ради страдания, но страдание - это инструмент, а не цель. Кто-то считает страдание наказанием Бога за грехи. Я же считаю что страдание надо заслужить. Если попустил Бог страдание, то значит Он им не наказывает тебя, а показывает, что ты в силах претерпеть его ради спасения души. А если нет страданий, то будто бы и жизни нет, потому что нет движения, задаваемого страданием. Требовать страдания у Бога - это все равно что пытаться программировать Бога, а это глупо.

Я сейчас страдаю от того, что не завтра, так на днях вынужден буду покинуть жилье, что было предоставлено мне при содействии доброго брата во Христе, где единственным условием проживания была оплата коммунальных платежей. Это условие я не выполнил: вырос долг за три месяца, и даже оплатить оный за один месяц нет денег. Работа курьером перестала приносить достаточный заработок, так как курьерская служба Достависта, где единственно я мог работать по условиям работы в ней и при всех моих проблемах, снизила расценки за выполнение заказов до минимума. Если раньше худо-бедно я мог зарабатывать в день от 2000 до 3000, то теперь от силы тысячу. На таблетки за прошедшие три месяца накопления долга ушло около 10 тысяч. А еще необходимость оплаты долга по займу. И прочие расходы далеко не ради развлекухи, а ради выживания. Безвозмедная помощь со стороны вместе со скудным заработком закрывает лишь часть необходимых трат.

Это не жалоба, а описание неложной точки пространства-времени, где нахожусь я и чешу бессмысленно свою репу - бессмысленно, потому что эта репа все равно ничего дельного по решению проблемы не выдаст, а только опять испражнится крайне спорными словесами от тараканов в беспутной башке, в условиях тотальной советизации-сталинизации правосудия властью старых чекистов Путина - словесами опасными посадкой в тюрьму.

Многие крайне бывают удивлены тем, что на работе курьером я не зарабатываю сотню тысяч. Ведь их в этом убедили продажные журналюги, выполняющие заказ заводчиков и фабрикантов, где ощущается гигантский дефицит рабочих кадров. По их странной логике, чем меньше курьеров, тем больше рабочих на заводах. Меня осуждает кто ни попадя за то, что я не могу найти работу с заработками больше, чем сейчас. Где она такая работа? Работал косильщиком травы - бригадир, заметив, что мои проблемы со здоровьем стали усугубляться, решил взять себе в напарники другого человека - как трактор работающую женщину. Для бригадира важнее прибыль, он не благотворитель и как бы я ни старался показывать чудеса трудового героизма, но уже стал негоден. Не осуждаю его за это - понимаю. Постоянный в моей жизни страх потерять место для ночлега вместе с неожиданными приступами, описанием коих я не хочу утомлять читателя, делает невозможной устройство на постоянную работу. Устроюсь я на работу и что?

Я не знаю по какому такому духовному закону у меня всегда так: есть жилье - нет работы с достаточным заработком для возвращения долгов, а появилась вдруг возможность утсроиться на хорошую работу - тут же пропадает место для ночлега. И всегда не хватает 20 тысяч и одного месяца, чтобы продержаться до первой зарплаты, для обеспечения подушки финансовой безопасности.

Добрые люди, кто поначалу помогают мне, потом перестают помогать. И я их понимаю, они не обязаны делать это. Даже если они объясняют свое решение о прекращении помощи мне тем, что опасаются сделать меня зависимым от них и что я могу расслабиться от этой помощи и уже ничего не делать для заработка, то я их все равно понимаю и не осуждаю. Правда, одно дело жизнь Высоцкого, кто брал деньги в долг на полноту жизни в довольстве и сверх того и накопил в концу жизни больше 30 тысяч долгов в советских рублях, да так и ушел не вернув их (это и есть жить за счет других, но ему простительно - он гений, творческая личность, явление в русской куьтуре). 30 тысяч - это огромные деньги в советское время. За пять тысяч тогда в советские времена можно было купить кооперативную квартиру или машину. А я вынужден брать деньги в долг или в виде безвозмездной помощи не ради развлечений, а ради выживания. Не хочу расписывать то, в чем заключаются приступы, мешающие мне работать в полную силу на постоянной работе, например, на заводе. Не буду писать о возможных причинах вдруг появившейся, кажется, проблемы социофобии. Не буду писать о многом, что мешает мне зарабатывать деньги, достаточные для полноценной жизни. Не буду объяснять почему я одинок, теперь по законам чекистко-путинских святых морализаторов преступно одинок.

Я просто есть и жив, а это лучшее доказательство участия Бога в моей жизни. Пока жив. Я слишкм мелкая вошь, чтобы чекистам Путина устраивать надо мной казнь в виде ничем недоказуемой highly likely медленной или случайной смерти. Однако мелкое наслаждение от реальной моей смерти они все же получат. До тюрьмы они меня довести не успеют - Бог заберет к себе раньше, чем чекисты Путина удовлетворят надо мной свою неутолимую страсть к посадкам. Не успеют они, но успеет Бог - к великой досаде святых путинских морализаторов-советизаторов-сталинизаторов.

25 (или 26?) июля 2026 г.
г. Санкт-Петербург