Трофейное дело!

По «Трофейному делу» (1946–1948 гг.), главным объектом которого был маршал Георгий Жуков, под следствие и арест попали не менее 12 советских генералов и маршалов из его ближайшего окружения.
 Сам Жуков арестован не был — Сталин побоялся трогать «Маршала Победы» напрямую из-за его колоссальной популярности, ограничившись обысками, допросами и ссылкой в Одесский, а затем Уральский военные округа.

Однако по его соратникам МГБ нанесло сокрушительный удар, обвинив их в «мародерстве», «незаконном присвоении трофеев» и «антисоветских разговорах».


По «Трофейному делу» были расстреляны следующие три генерала:

1.Генерал-полковник Гордов Василий Николаевич — Герой Советского Союза, бывший командующий войсками Приволжского военного округа.

2.Генерал-лейтенант Кулик Григорий Иванович — бывший Маршал Советского Союза (разжалованный Сталиным до генерал-лейтенанта).

3.Генерал-майор Рыбальченко Филипп Трофимович — начальник штаба Приволжского военного округа (ближайший соратник Гордова).

Где их пытали?

Все три генерала содержались и подвергались жестоким допросам и пыткам в Лефортовской тюрьме в Москве.

Следствие вела следственная часть по особо важным делам МГБ СССР, которой руководил генерал-майор Михаил Рюмин под прямым контролем министра Виктора Абакумова.

 Избиения, лишение сна («конвейерные допросы») и психологическое давление использовались там как стандартная практика, чтобы выбить из военачальников признания в «антисоветском заговоре» и «террористических намерениях» против Сталина.

Все трое были расстреляны в один день — 24 августа 1950 года — в подвалах Лефортовской тюрьмы (по другим данным — в Бутырской тюрьме) сразу после вынесения приговора Военной коллегией Верховного суда СССР.

После смерти Сталина, в 1956 году, все они были полностью реабилитированы за отсутствием состава преступления.

Официально генералов Гордова, Кулика и Рыбальченко расстреляли по обвинению в «измене Родине, покушении на совершение террористического акта против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, и антисоветской пропаганде».

Однако истинная причина крылась в том, что они открыто и жестко критиковали лично Иосифа Сталина и политику партии в своих частных беседах.

Органы МГБ под руководством Абакумова зафиксировали эти разговоры с помощью скрытой прослушки.

В отличие от «чисто трофейных» дел (как у Жукова или Телегина), где фигурировало мародерство, здесь Сталин увидел прямую политическую угрозу и проявление генеральской фронды.

Главная улика: Тайная прослушка МГБАбакумов установил скрытые микрофоны («литерные мероприятия») в московской квартире генерала Гордова и на квартирах его соратников.

В конце 1946 года на стол Сталину легли стенограммы их разговоров. Генералы, выпивая, обсуждали обстановку в стране с предельной откровенностью, которая по тем временам означала смертный приговор:

Критика Сталина: Гордов прямо заявлял, что Сталин уничтожил армию, не доверяет генералам и забирает себе всю славу Победы. Он говорил: «У нас нет никакой демократии, все построено на диктате одного человека».

Критика колхозов и голода: Генералы обсуждали страшный послевоенный голод 1946–1947 годов. Кулик и Гордов сочувствовали крестьянам, открыто заявляя, что колхозная система разорила деревню и Сталин везет хлеб за границу, пока свои люди умирают.

Недовольство Жуковым: Они критиковали маршала Жукова за высокомерие, но одновременно возмущались тем, как Сталин обошелся с ним, сослав в Одессу.

Роль каждого из трех генералов

1. Василий Гордов (Генерал-полковник) — «Главный заговорщик»

Гордов отличался крайне резким, вспыльчивым и прямым характером. Его ненавидели многие подчиненные, но он был профессиональным военным (командовал Сталинградским фронтом).

МГБ выставило его организатором «антисоветской группы».

 На допросах в Лефортово его сломали физически, и он подписал показания о том, что якобы планировал совершить теракт против Сталина при поддержке Жукова.

2. Григорий Кулик (Генерал-лейтенант) — «Обиженный маршал» 

Кулик был любимчиком Сталина еще со времен Гражданской войны, но провалил все военные операции в 1941–1942 годах.
Сталин разжаловал его из Маршалов Советского Союза до генерал-лейтенанта.

 Кулик затаил глубокую обиду. В разговорах с Гордовым он постоянно жаловался, что его незаслуженно унизили, а страной правят «выскочки».

Сталин расценил это как личное предательство старого друга.

3. Филипп Рыбальченко (Генерал-майор) — «Жертва за компанию»
Рыбальченко был начальником штаба у Гордова. Он не был ключевой фигурой, но полностью разделял взгляды своего командира.

 В перехваченных разговорах он поддакивал Гордову, соглашаясь, что в СССР установлен «крепостной строй».
МГБ объединило их в одну террористическую организацию.

Почему их расстреляли, а Жукова нет?

Сталин использовал этих трех генералов как устрашающий пример для всей военной элиты.Трофейное мародерство (ковры, золото, машины) Сталин мог простить и ограничиться ссылкой, поскольку это была «бытовая грязь», не угрожавшая его власти. Но политическое инакомыслие и покушение на авторитет вождя карались беспощадно.
Расстрел Гордова, Кулика и Рыбальченко показал Жукову и остальным маршалам: если МГБ найдет повод обвинить их в заговоре, никакие былые заслуги и ордена их не спасут.

Как  Хрущев реабилитировал этих генералов в 1956 году и как на это отреагировали выжившие военные?

Процесс реабилитации расстрелянных генералов (Гордова, Кулика и Рыбальченко) в 1956 году был частью масштабной кампании Никиты Хрущева по развенчанию культа личности Сталина и стал важнейшим инструментом в его борьбе за власть.

Как проходила реабилитация в 1956 году?

Реабилитация этих военачальников готовилась параллельно с подготовкой знаменитого секретного доклада Хрущева на XX съезде КПСС (февраль 1956 года) и проходила в несколько этапов:
Пересмотр дел Военной коллегией: В апреле 1956 года Военная коллегия Верховного суда СССР официально пересмотрела архивные следственные дела МГБ.
Судьи констатировали, что все признательные показания генералов о «терроризме» и «измене» были выбиты под жестокими пытками в Лефортово, а протоколы тайных прослушек квартир были грубо сфальсифицированы и вырваны из контекста. Приговор 1950 года был отменен, а дело прекращено за отсутствием состава преступления.

Политическая реабилитация: Вслед за судебным решением Президиум ЦК КПСС восстановил Гордова, Кулика и Рыбальченко в партии (посмертно).

Возвращение званий и наград: Генералам посмертно вернули все их воинские звания, ордена и медали. Григорию Кулику было официально возвращено высшее звание Маршала Советского Союза, которого его лишил Сталин еще в 1942 году.

Помощь семьям: Родственникам погибших генералов выдали официальные справки о реабилитации, назначили персональные государственные пенсии за погибших кормильцев и вернули малую часть сохранившегося личного имущества.

Как на это отреагировали выжившие военные?

В армейской среде и среди выживших участников «Трофейного дела» новость о реабилитации вызвала бурную, но неоднозначную реакцию:

Триумф маршала Жукова:

Георгий Жуков, который в 1956 году занимал пост Министра обороны СССР, воспринял реабилитацию генералов как свою личную победу над чекистами. Для него это было официальным доказательством того, что «Трофейное дело» и обвинения в заговоре против него самого были подлой интригой Абакумова и Берии.

 Жуков лично содействовал скорейшему восстановлению чести своих бывших соратников.
Вздох облегчения у выживших фигурантов: Генералы Константин Телегин, Владимир Крюков и певица Лидия Русланова (которые к этому моменту уже вышли из лагерей и были реабилитированы) восприняли это как окончательное признание их невиновности. Русланова смогла полностью вернуться к концертной деятельности, зная, что клеймо «жены врага народа» с неё снято навсегда.

Армейское злорадство в адрес КГБ:

Среди высшего генералитета реабилитация вызвала волну жесткой критики в адрес органов госбезопасности. Военные использовали эти факты, чтобы максимально ослабить влияние Лубянки. КГБ (преемник МГБ) в этот период был поставлен под жесткий контроль партийных органов, а многие следователи, пытавшие генералов в Лефортово, сами отправились под суд или были уволены без пенсии.Неоднозначность фигуры Кулика: Единственным поводом для кулуарных споров среди военных была фигура Григория Кулика.

Многие маршалы (например, Конев и Василевский) прекрасно помнили войну и знали, что Кулик был крайне бездарным военачальником, по вине которого в 1941–1942 годах гибли целые армии.
Его реабилитацию как невинной жертвы террора военные поддерживали, но возвращение ему звания Маршала вызывало у профессиональных фронтовиков ироническую улыбку.

Как сложилась судьба следователей МГБ, которые вели дела этих генералов?


Следствие по «Трофейному делу» и делам генералов Гордова, Кулика и Рыбальченко вела Следственная часть по особо важным делам МГБ СССР.
Это было самое жестокое подразделение советских спецслужб, где пытки применялись на потоке по прямому указанию Виктора Абакумова и с санкции Иосифа Сталина.

Фамилии следователейКогда в 1953–1956 годах начался пересмотр дел, выжившие генералы и архивы назвали имена тех, кто лично руководил истязаниями военачальников в Лефортово:

1.Михаил Рюмин (Генерал-майор) — начальник Следственной части по особо важным делам МГБ. Правая рука Абакумова (а позже его главный предатель). Рюмин лично допрашивал генерала Гордова, координировал фальсификацию протоколов и славился патологической жестокостью.
В 1954 году он сам был расстрелян.

2.Александр Леонов (Генерал-майор) — начальник Следственной части МГБ до Рюмина, преданный кадр Абакумова. Руководил первыми арестами генералов из окружения Жукова. Расстрелян в 1954 году.

3.Владимир Комаров (Полковник) — заместитель начальника следственной части. Один из самых страшных палачей Лефортово, лично избивавший подследственных резиновыми палками. Издевался над генералом Телегиным и выбивал показания против Жукова. Расстрелян в 1954 году.

4.Лихачев Литов (Полковник) — помощник начальника следственной части, специалист по ночным допросам и психологическому давлению. Расстрелян в 1954 году.

5.Подполковник Козлов,

6. майор Сорокин, капитан Путинцев — рядовые следователи, которые вели ежедневные многочасовые допросы генералов Кулика, Крюкова и Рыбальченко, составляя фальшивые признательные протоколы.

Пытки и методы дознания в ЛефортовоВ отношении боевых генералов, прошедших Великую Отечественную войну, следователи МГБ применяли систему физического и морального уничтожения, официально именовавшуюся «методами физического воздействия»:

«Конвейер» (Лишение сна):

 Генералов допрашивали непрерывно по 15–20 часов в сутки. Ночью их допрашивал один следователь, утром его сменял другой. Спать в камере днем было строго запрещено. Через 5–7 дней такого «конвейера» у человека начинались галлюцинации, терялась ориентация во времени, и он был готов подписать любые бумаги, чтобы просто поспать.

Жестокие побои:
 Следователи Рюмин и Комаров использовали резиновые дубинки, кожаные плети со свинцовыми наконечниками и стальные линейки.
 Генерала Гордова, который пытался протестовать и ссылаться на свои боевые заслуги, избивали до потери сознания прямо в кабинете следователя.

«Стойка»: Подследственного заставляли стоять по нескольку часов (или даже суток) у стены без движения. Спустя время ноги опухали, лопались сосуды, и человек падал от невыносимой боли.

Карцер-холодильник: Арестованных раздевали до белья и сажали в бетонный карцер, где температура поддерживалась близкой к нулю, а с потолка капала холодная вода.

Шантаж семьей: Излюбленный метод Рюмина.

Генералу Крюкову и генералу Гордову прямо говорили: если они не подпишут показания на Жукова, их жены и дети будут арестованы и отправлены в лагеря (что в случае с женой Крюкова, Лидией Руслановой, в итоге и произошло).

Финал палачейИрония истории заключалась в том, что почти все следователи МГБ, пытавшие генералов, закончили так же, как их жертвы. После смерти Сталина, в 1953–1954 годах, Рюмин, Леонов, Комаров и Лихачев были арестованы. Их судили в том же зале, где они выносили приговоры, обвинили в «фальсификации следственных дел и применении запрещенных методов дознания» и расстреляли.


Осужденные на длительные сроки лагерей (4 генерала)
Их арестовали в 1947–1948 годах и приговорили к 10–25 годам тюремного заключения. Все они вышли на свободу и были реабилитированы только в 1953 году, после смерти Сталина:
4. Генерал-лейтенант К. Ф. Телегин — член Военного совета 1-го Белорусского фронта, один из ближайших друзей Жукова (получил 25 лет лагерей).

5. Генерал-лейтенант В. В. Крюков — близкий друг Жукова (получил 25 лет лагерей). Вместе с ним была арестована его жена, знаменитая певица Лидия Русланова, у которой изъяли сотни бриллиантов, старинные картины и десятки немецких ковров.

6. Генерал-лейтенант Л. Ф. Минюк — бывший адъютант Жукова.

7. Генерал-лейтенант Н. Д. Терентьев — начальник интендантской службы Группы советских оккупационных войск в Германии.
Арестованные генералы госбезопасности из СВАГ (минимум 4 генерала)Абакумов также арестовал высших офицеров, которые подчинялись Серову в Германии и помогали военным вывозить имущество:
8. Генерал-майор А. М. Сиднев — начальник оперативного сектора НКВД/МВД в Берлине.
9. Генерал-майор С. А. Клепов — начальник Саксонского оперсектора.
10. Генерал-майор К. А. Бежанов — начальник оперативного сектора в Тюрингии.
11. Генерал-майор Г. А. Бежанов (и ряд других высокопоставленных сотрудников).

Избежавшие тюрьмы  Генерал-полковник И. А. Серов — формально находился под следствием, на него собирали материалы, но благодаря заступничеству Берии он отделался лишь строгим выговором и снятием с должности в Германии.

Иван Серов вывозил трофеи из Германии в огромных масштабах, и его личное «трофейное дело» едва не закончилось тюрьмой.
Обвинения против Серова и Абакумова были очень схожи, но их судьбы сложились по-разному.
Что было «награблено» Серовым? 
В 1945 году Серов занимал должность заместителя Главноначальствующего СВАГ (Советской военной администрации в Германии) и уполномоченного НКВД. У него был прямой доступ к колоссальным материальным ценностям побежденного Третьего рейха.

Когда Виктор Абакумов инициировал масштабное «Трофейное дело», Серов оказался под сильным ударом.
Следователи МГБ задокументировали следующие факты:
Личные самолеты и вагоны:
 Свидетели (включая арестованных подчиненных) показывали, что личный самолет Серова регулярно курсировал между Берлином и Москвой без таможенного досмотра, перевозя ковры, меха, картины, мебель и драгоценности.
Золото Рейхсбанка: Серова открыто обвиняли в присвоении ценностей из тайников берлинского Рейхсбанка и немецких сейфов, которые вскрывали оперативники НКВД.

Маскировка под госимущество:
 Серов действовал хитро — он оформлял эшелоны с вещами как «грузы для нужд НКВД» или «в фонд государства», но значительную часть ценностей забирал себе.

Почему Серова не посадили? 
В отличие от Жукова, которого сослали, и других генералов, которых расстреляли, Серова спас Лаврентий Берия. Он заступился за своего фаворита перед Сталиным. Серова лишь временно отстранили от ключевых постов и перевели с понижением, но ареста он избежал.
Откуда у Абакумова взялись «метры материала» и столько добра?

Фраза про «сотни метров матерьяла» (дорогого сукна, шелка, бархата) и забитые вещами склады — это реальный факт из протоколов обыска у самого Виктора Абакумова после его ареста в 1951 году.

Будучи главой СМЕРШа, а затем министром МГБ, Абакумов сам в Германии почти не бывал, но у него были два главных источника сверхбогатства:
Трофейные команды СМЕРШа:
Подчиненные Абакумова в Германии занимались «зачисткой» немецких министерств, замков и вилл. Самое лучшее, элитное и дорогое (от коллекционного оружия и редких тканей до золотых часов и посуды) везли в Москву лично для министра «в подарок» или по его прямому приказу.

Конфискация у «трофейщиков»: Ирония судьбы заключалась в том, что Абакумов, расследуя «Трофейное дело» против генералов, изымал у них награбленное.

Часть этих конфискованных вещей (включая километры заграничных тканей, мебельные гарнитуры и технику) не сдавалась в доход государства, а оседала на секретных складах МГБ и на личных дачах Абакумова.У Абакумова была болезненная страсть к роскоши и щегольству (отсюда и прозвище Серова «пижон»). Ткани ему требовались для пошива бесконечных костюмов на заказ, а количество мебели, ковров и посуды, найденных у него, превышало потребности одной семьи в десятки раз.


Какое именно имущество (вагоны мебели, картины, золото) МГБ обнаружило на дачах у Жукова, Телегина или Крюкова во время обысков? 

Масштабы изъятого во время обысков 1947–1948 годов поразили даже следователей МГБ. В секретных докладах на имя Сталина фигурировали не отдельные вещи, а эшелоны и склады ценностей, вывезенных из Германии.

Вот официальные списки имущества, зафиксированные в протоколах обысков:

1. Маршал Георгий Жуков: «Мебельный и меховой склад»Обыск проводился тайно на его даче в Рублево и в московской квартире. Абакумов лично докладывал Сталину, что дача Жукова «напоминает антикварный магазин». Было изъято:Ткани и меха: Свыше 4000 метров шелка, парчи, бархата и шерсти. 323 собольих, лисьих и каракулевых шкур, а также десятки готовых шуб.Мебель: 55 мебельных гарнитуров (карельская береза, красное дерево), которые не помещались в комнатах и частично гнили на складе дачи.Картины: Около 60 полотен классической живописи в золотых рамах (изъяты из немецких дворцов).Ковры: 85 огромных шелковых и шерстяных ковров.Серебро и хрусталь: Семь больших ящиков с уникальной посудой и сервизами.Оружие: Целая коллекция — около 20 уникальных охотничьих ружей ручной работы.

2. Генерал Крюков и его жена Лидия Русланова: «Бриллианты в тайниках»У этой пары обыски проходили наиболее тщательно. Знаменитая певица Лидия Русланова собирала антиквариат и драгоценности. У них нашли:Бриллианты: В тайнике на даче и под обшивкой мебели обнаружили 208 крупных бриллиантов, изумруды, рубины и жемчуг.Картины: 132 подлинных полотна великих русских художников (Шишкин, Репин, Айвазовский, Врубель), которые Крюков выменивал в Германии на трофейное имущество или скупал у спекулянтов.Автомобили: 4 элитных немецких автомобиля (включая Horch и Mercedes).Часы: 107 наручных и карманных золотых часов.Гардероб: 130 каракулевых и норковых шкур.

3. Генерал Константин Телегин: «Вагоны с добром»
Генерал Телегин, будучи близким соратником Жукова в Берлине, отправлял ценности на родину целыми эшелонами. При обыске у него изъяли:Золото и фарфор: Огромное количество золотых и серебряных изделий, включая старинные сервизы (всего более 30 кг чистого серебра в изделиях).Гобелены и ковры: Более 40 уникальных старинных гобеленов и ковров музейного уровня.Охотничье оружие: Коллекция из более чем 30 раритетных немецких ружей и пистолетов.Одежда и отрезы: Сотни метров заграничного сукна, десятки меховых изделий. Телегин даже не успевал все это распаковывать — многие вещи нашли прямо в заводских ящиках в его гараже.
Все это колоссальное имущество было конфисковано в доход государства. Драгоценности ушли в Гохран, картины Руслановой передали в Третьяковскую галерею, а мебель распределили по государственным дачам МГБ.

Вернули ли Жукову или Руслановой часть их вещей после реабилитации в 1953 году, или как этот скандал отразился на их дальнейшей карьере?

После смерти Сталина и ареста Берии в 1953 году отношение к фигурантам «Трофейного дела» резко изменилось. Никита Хрущев использовал реабилитацию военных, чтобы укрепить свою власть и ослабить позиции органов госбезопасности.

Судьба изъятых вещей и карьера Георгия Жукова и Лидии Руслановой (вместе с мужем, генералом Крюковым) сложились следующим образом:Лидия Русланова и генерал Владимир Крюков
Их освободили в июле 1953 года. Дело было полностью прекращено за отсутствием состава преступления, а обвинения признаны сфабрикованными МГБ под руководством Абакумова.
Возврат имущества:
Им вернули значительную часть конфискованного, но далеко не всё. Из Гохрана и спецхранов МГБ Руслановой отдали её коллекцию картин русских мастеров (включая полотна Шишкина и Репина) и часть уцелевших драгоценностей. Однако многие уникальные трофейные вещи, одежда, меха и мебель к тому времени уже разошлись по госдачам или были утрачены, за них выплатили денежную компенсацию. На эти деньги Русланова смогла купить первый в СССР автомобиль «ЗИС-110».

Дальнейшая карьера: Владимир Крюков был восстановлен в звании генерал-лейтенанта, окончил Высшие академические курсы и служил заместителем начальника Военно-юридической академии.

Лидия Русланова уже через два месяца после освобождения, в сентябре 1953 года, дала свой первый сольный концерт в зале Чайковского, который закончился оглушительной овацией. Она успешно гастролировала по всему СССР до самой смерти в 1973 году. 
Маршал Георгий Жуков , находившийся в опале на Урале, в марте 1953 года был немедленно возвращен в Москву.

Возврат имущества:
Спецкомиссия ЦК КПСС распорядилась вернуть маршалу изъятое во время тайных обысков. Жукову отдали его коллекции оружия, охотничье снаряжение, часть картин и ковров. Как вспоминала его дочь, некоторые личные вещи и мебель так и остались на дачах, которые ранее закрепили за другими высшими чиновниками, но Жуков не стал судиться из-за бытовых предметов, так как его главной целью было политическое восстановление.
Дальнейшая карьера: Карьера Жукова совершила колоссальный взлет. Он стал первым заместителем министра обороны СССР и сыграл ключевую роль в аресте Лаврентия Берии летом 1953 года.

В 1955 году Жуков занял пост Министра обороны СССР. В 1957 году он лично спас Хрущева от смещения «антипартийной группой» (Молотов, Маленков, Каганович), задействовав военную авиацию для срочной доставки членов ЦК в Москву. Однако Хрущев испугался чрезмерного влияния маршала и уже в октябре 1957 года отправил Жукова в окончательную отставку. 

Что стало с Иваном Серовым, который помогал Хрущеву валить Берию, и как его собственное трофейное прошлое аукнулось ему в итоге?

Судьба Ивана Серова после 1953 года — это классическая история взлета и жесткого падения. Помощь Хрущеву в устранении Берии сделала его одним из самых могущественных людей в СССР, но старые грехи и «трофейное прошлое» все равно настигли его.

Взлет:
Глава КГБ и ГРУВ июне 1953 года Серов лично участвовал в аресте Лаврентия Берии, предав своего многолетнего покровителя. За эту преданность Никита Хрущев щедро его вознаградил:

В 1954 году Серов стал первым председателем новообразованного КГБ СССР.В 1955 году ему было присвоено высшее воинское звание — Генерал армии, а в 1956 году он получил звезду Героя Советского Союза.В 1958 году Хрущев перевел его на должность начальника ГРУ (Главного разведывательного управления).Серов казался непотопляемым, однако его судьбу сломали два фактора: предательство подчиненного и то самое «трофейное дело». 

Падение:
Дело Пеньковского и месть военных .

В 1962 году разразился самый громкий шпионский скандал в истории СССР: полковник ГРУ Олег Пеньковский был разоблачен как агент американской и британской разведок. Пеньковский был вхож в дом Серова и дружил с его семьей.
Для военных чинов, которые годами ненавидели Серова за его службу в НКВД и участие в «Трофейном деле» (где он грабил Германию вместе с ними, но в отличие от них не сел), это был идеальный шанс для мести.

 Маршалы и генералы во главе с министром обороны Малиновским надавили на Хрущева. Старые отчеты Абакумова о немецком золоте, коврах и эшелонах Серова снова достали из архивов, чтобы доказать Хрущеву «моральное разложение» его фаворита.

Итог:
Полное бесчестье.
В 1963 году Хрущев, спасая собственный политический рейтинг, полностью сдал Серова:
Его сняли с поста начальника ГРУ и отправили в ссылку в Ташкент на второстепенную должность.
В марте 1963 года Ивана Серова разжаловали из Генералов армии до генерал-майора.Его лишили звания Героя Советского Союза и ордена Ленина — официально с формулировкой «за потерю бдительности», но в кулуарах все вспоминали его мародерство в Германии.
В 1965 году, уже при Брежневе, его окончательно уволили из армии и исключили из КПСС.
До конца жизни (он умер в 1990 году) Серов писал  мемуары в чемоданах, безуспешно пытаясь добиться восстановления в партии и возвращения званий. Он искренне считал себя незаслуженно обиженным, а всех вокруг — предателями.

На этом история «Трофейного дела» и соперничества сталинских маршалов и чекистов фактически завершилась.

Виктор Абакумов не понес наказания именно за мародерство по одной причине:
когда против него велось следствие, Сталина и МГБ интересовали куда более серьезные, политические обвинения.
На фоне обвинений в государственной измене «метры материала» казались властям мелким проступком.

Защита Сталина: В 1946–1948 годах, когда Абакумов громил маршала Жукова и генералов по «Трофейному делу», Сталин полностью его поддерживал. Вождь использовал Абакумова, чтобы обуздать аппетиты и амбиции зазвездившихся военных, поэтому на личные богатства самого министра МГБ закрывали глаза.

Арест по другому делу: В июле 1951 года Абакумова все же арестовали, но трофеи здесь были ни при чем. Его арестовали по доносу следователя Михаила Рюмина, обвинившего министра в «сионистском заговоре в МГБ», сокрытии улик и попытке сорвать «Дело врачей».
Жестокий финал:
Абакумов провел три года в Лефортовской тюрьме, где его подвергали страшным пыткам, сделавшим его инвалидом.

За годы, проведенные за решеткой, Абакумову пришлось пройти все круги ада своего же ведомства – особенно когда следствие по делу передали Рюмину: и физическое воздействие, и пытки, и даже кое-что, о чем он и не знал. В одном из писем Берии и Маленкову он отмечал:

«Ночью 16 марта меня схватили и привели в так называемый карцер, а на деле, как потом оказалось, это была холодильная камера с трубопроводной установкой, без окон, совершенно пустая, размером 2 метра. В этом страшилище, без воздуха, без питания (давали 2 куска хлеба и 2 кружки воды в день), я провел 8 суток. Установка включалась, холод все время усиливался. Я много раз впадал в беспамятство. Такого зверства я никогда не видел и о наличии в Лефортово таких холодильников не знал – был обманут».


Надо ли говорить, что на благосклонность адресатов письма рассчитывать не приходилось. При этом бывший министр стоически выдержал все пытки, категорически отрицал предъявленные обвинения и самое главное никого не оговорил. Легендарный разведчик Павел Судоплатов писал в мемуарах:

«Он боролся за жизнь, категорически отрицая «заговор врачей». Благодаря его твёрдости и мужеству в марте и апреле 1953 года стало возможным быстро освободить всех арестованных, замешанных в так называемом заговоре, поскольку именно Абакумову вменялось в вину, что он был их руководителем».

В декабре 1954 года, уже после смерти Сталина, его расстреляли.
 В итоговый смертный приговор бытовые «трофейные» эпизоды даже не стали вносить.

Грабил ли Берия Германию? 

Лаврентию Берии было незачем вывозить из Германии ковры, шубы или сервизы. Набивать дачи мебелью, как это делали Жуков, Крюков или Серов, считалось ниже его уровня.
 Берия мыслил стратегически и «грабил» Германию в масштабах целого государства.

Интеллектуальные трофеи и Спецкомитет:
С августа 1945 года Берия возглавлял Спецкомитет при ГКО, который руководил созданием советского атомного оружия. Главными «трофеями», которые интересовали Берию в Германии, были немецкие физики-ядерщики (такие как Манфред фон Арденне и Густав Герц), немецкие лаборатории, центрифуги и запасы урана.

 Все это централизованно вывозилось в СССР для нужд атомного проекта.

Вывоз целых заводов: По приказу Берии подчиненные ему структуры НКВД демонтировали и отправляли в СССР целые немецкие заводы, электростанции, станки и вагоны в счет репараций.

На личное обогащение он это не тратил.

Официальное гособеспечение:
Как правая рука Сталина и куратор оборонной промышленности, Берия имел неограниченный доступ к любым благам. Ему не требовалось тайно везти контрабандой немецкие машины или ткани — государство и так обеспечивало его роскошными резиденциями, личными поездами и любыми вещами по первому требованию.
Когда Берию арестовали и судили в 1953 году, среди огромного списка обвинений (включая шпионаж и моральное разложение) пунктов о незаконном присвоении немецких трофеев не было.

Какие именно немецкие ученые были тайно вывезены Берией в СССР и как они помогли создать советскую атомную бомбу?

По приказу Лаврентия Берии в рамках атомного проекта из Германии в СССР было вывезено около 300 немецких ученых, инженеров и техников, работавших над ядерной программой Третьего рейха. Для них создали максимально комфортные, «золотые» условия заключения — им платили огромные зарплаты, выдавали премии и селили в закрытых охраняемых поселках.
Главными фигурами этой секретной операции стали три выдающихся немецких физика:

1. Барон Манфред фон Арденне: «Создатель центрифуги» Выдающийся физик и изобретатель, у которого в Берлине была собственная частная лаборатория с самым современным оборудованием.
Что сделал для СССР: Берия полностью вывез лабораторию фон Арденне (включая уникальные электронные микроскопы) в Сухуми. Там на базе санаториев были созданы секретные объекты — «Объект А» и «Объект Г» (будущий Сухумский физико-технический институт).
Фон Арденне возглавил работы по электромагнитному разделению изотопов урана. Без его центрифуг получение оружейного урана для первой советской бомбы заняло бы гораздо больше времени.

Награды: В СССР немецкий барон стал лауреатом двух Сталинских премий. В 1955 году ему разрешили вернуться в ГДР, выдав с собой огромные деньги, на которые он открыл крупнейший в Восточной Европе частный исследовательский институт.

2. Густав Герц: «Нобелевский лауреат на службе Берии»
Единственный нобелевский лауреат по физике (1925 год), который согласился поехать работать в СССР.
В Германии он руководил исследовательской лабораторией концерна Siemens.

Что сделал для СССР: В Сухуми он возглавил «Объект Г». Герц разработал промышленный метод диффузионного разделения изотопов урана на заводе в закрытом городе Новоуральске (Свердловск-44). Это была ключевая технология для создания атомного заряда.

Награды: Получил Сталинскую премию первой степени. В 1954 году вернулся в ГДР, где стал профессором и руководителем Физического института в Лейпциге.

3. Николаус Риль: «Главный по урану»

Профессор, ученик Отто Гана и Лизы Мейтнер.

В Германии он руководил производством чистого урана на заводах фирмы Auergesellschaft.

Что сделал для СССР:
Риля привезли на подмосковный завод в Ногинске (Электросталь).

Там под его руководством было запущено первое в СССР масштабное производство сверхчистого металлического урана.
Именно из урана, полученного на заводе Риля, был собран первый советский атомный реактор Ф-1.
Награды: За успешное испытание первой советской бомбы РДС-1 в 1949 году Николаус Риль стал единственным немецким ученым, получившим звание Героя Социалистического Труда.
Сталин лично подарил ему государственную дачу под Москвой и огромную денежную премию.
В 1955 году Риль уехал в Германию (причем смог перебраться в ФРГ), где стал профессором Мюнхенского технического университета.

Итог: Почему Берия преуспел?
Берия понимал, что ученых нельзя заставить делать научные открытия под пытками. Поэтому он обеспечил им условия, которых у них не было даже в Германии в конце войны. Немецкие физики не проектировали саму советскую бомбу (этим занимались Курчатов, Харитон и Зельдович), но они создали промышленную базу и технологии получения урана, без которых чертежи советских физиков остались бы просто бумагой.

Как жилось немецким ученым в секретном Сухуми? 
 
Для немецких физиков на базе сухумских санаториев «Синоп» и «Агудзера» Берия создал изолированный мир, который сами немцы называли «золотой клеткой».

 На фоне полуголодного послевоенного СССР их условия жизни казались фантастической роскошью.
Быт и жилье: Ученых высшего ранга (фон Арденне, Герца) поселили в просторных двухэтажных виллах и особняках. Из Германии им разрешили привезти не только семьи, но и личную мебель, ковры, картины и даже рояли.
 К домам была приставлена прислуга из местных жителей.

Снабжение и досуг: Для немцев организовали закрытое спецснабжение. Им регулярно доставляли дефицитные продукты: белую муку, сливочное масло, заграничный алкоголь, фрукты и шоколад.

На территории закрытых объектов работали теннисные корты, кинозалы, а по выходным ученым разрешалось под конвоем выезжать на пляжи Черного моря. 

Огромные зарплаты: Берия платил немецким профессорам колоссальные деньги — от 5 000 до 10 000 рублей в месяц (для сравнения, средняя зарплата советского рабочего тогда составляла около 500 рублей).

Обратная сторона:
Территория институтов была обнесена колючей проволокой и строго охранялась войсками НКВД. Немецкие специалисты не имели права покидать зону без разрешения, отправлять письма на родину (вся переписка шла через цензуру НКВД) и были полностью отрезаны от внешнего мира.

Как советская разведка украла тонны урана в Германии? 

Создать атомную бомбу без урана невозможно, а в самом СССР в 1945 году разведанных урановых месторождений практически не было. Спасла советский атомный проект секретная спецоперация НКВД в побежденной Германии, которой руководил лично Игорь Курчатов вместе с генералом Авраамием Завенягиным (заместителем Берии).

Советским оперативникам удалось совершить два крупных «урановых перехвата»:

1. Похищение урана из-под носа американцев (Ораниенбург)

Главный немецкий завод по переработке урана находился в городе Ораниенбург. Американские войска заняли эту зону первыми. Понимая, что город отойдет в советскую зону оккупации, американская авиация подвергла завод жесточайшей бомбардировке, чтобы разрушить технологические линии.

Однако спецгруппа НКВД, прибыв на развалины, обнаружила, что склады с сырьем уцелели.

Советские инженеры и вывезенные немецкие рабочие вручную откопали и демонтировали уцелевшие остатки оборудования.

2. Тайник в Нойштадте:
Главный куш.
Самую ценную добычу советская разведка нашла благодаря наводке немецкого ученого Николауса Риля.
В городке Нойштадт (недалеко от Берлина) на территории кожевенного завода был обнаружен законспирированный склад немецкой компании Auergesellschaft.Там в глубоких подвалах и бочках хранилось около 100 тонн полуфабриката — оксида урана. Американская разведка «Миссия Алсос», которая охотилась за немецкими ядерными секретами, просто просмотрела этот объект, посчитав его обычным гражданским предприятием.

Итог кражи 
Все 100 тонн урана были экстренно погружены в эшелоны и под усиленной охраной отправлены в СССР на завод в Электросталь. Курчатов позже открыто признавал, что эта находка сэкономила Советскому Союзу минимум полтора-два года работы над бомбой. Именно из этого немецкого трофейного урана был запущен первый советский реактор.