Обманутые Крымом. Глава 62. Новость

«Разве не все равно занять такой дом, в котором жили многие, или такой, в котором никто не жил? И не все ли равно, плыть на корабле, где уже плавали тысячи людей или где еще никто не плавал? Вот так же все равно, жить ли с женщиной, которую уже знавали многие, или с такой, которую никто не трогал». 
 Аристипп
Я тихо и мирно гладил свое п/ш в бытовке, когда на голову неожиданно свалился, то есть вошел Веня. На первый взгляд кажется, что вид у него таинственный. Хотя нет, скорее всего, он чем-то встревожен.
– Толик ты достал уже, – прямо с порога начал он. Видно, ему нечем себя занять, и он от скуки выискивает себе проблемы на разные места.
– Тебя что ли? И чем же это, любопытно знать на этот раз? – что и говорить, иногда Веню трудно понять.
– Чего ты вечно гладишься? У тебя и так форма вечно лучше всех отглажена, а стрелки такие, что порезаться можно. Толик, ты новость уже слышал? – не давая времени на размышление и безо всякого перехода неожиданно переменил тему Веня.
Я равнодушно пожал плечами, показывая, что не знаю. Веня использовал паузу и драматичным голосом сообщил.
– Наш старшина роты женится, – выпалил Веня с таким видом, словно поведал какую-то сенсацию.
– Что ж, – все так же безразлично ответил я, – давно пора. Порадуемся за него и пожелаем ему счастливой семейной жизни.
– Какое уж там порадуемся, – заунывным голосом говорит Веня и тяжело вздыхает. Выглядит все это прямо театрально.
– А что, что-то не так? – внутренне сосредоточившись, переспросил я, и замер в недоумении, перестав гладить.
– Ясный перец! Ты, похоже, и впрямь ничего не знаешь! Помнишь, ты был в Доме офицеров, вспоминай, тебе это не трудно будет сделать, ты ведь редко там бываешь! Так вот – помнишь, первый и второй взвода на руках передавали друг другу девушку?
Это прозвучало так неожиданно, что я растерялся на какое-то время.
– Неужели на ней? – у меня даже во рту пересохло, но я очень сдержанно спросил: – Но ведь она безотказная, что ли?
Должен признаться, что я испытал неимоверное удивление, и голова у меня пошла кругом от такой новости. Вот чудеса! Точнее, какая-то злая шутка судьбы.
Я уже тогда сделал вывод, что та девушка нормальному мужчине совершенно не подходит для семейной жизни.
– Это, мягко говоря, – сбивчиво продолжает Веня. –  Я вообще испытал шоковое переживание, когда узнал об этом.
Свои слова Веня подкрепил широко раскрытыми глазами, символизирующими глубокое изумление и сожаление.
– Чего ж это ему приспичило на ней жениться? А, впрочем, понимаю старый проверенный способ – пришла в политотдел: я беременна от курсанта…
Никакой другой причины, объясняющей такое решение старшины, я придумать не смог.
– Ничего подобного! Только представь себе, он ее любит! У него это первая любовь с первого взгляда, – торжествующе выдал Веня. – Он приписал ей самые лучшие нравственные качества и поверил, что она именно такая и есть. Представляешь? Судьба, блин, судьбоносная.
– Да ну? – ахнул я и обжег руку утюгом. – Ой! Чтоб тебя!
– Да, новость дня, полюбишь и козу, – бесцеремонно говорит Веня. – Надеюсь, что их семейное «счастье» продлится недолго.
Меня поразило такое пожелание Вени, отнюдь не страдающего человеконенавистничеством. Раньше за ним такого точно не замечалось.
Но он невесту старшины знает намного лучше меня, так что мне не показалось, что она такая. Видимо, поэтому он совершенно потерял голову после случившегося.
  – Не может быть, – растерянно пробормотал я. – Это я о том, что он на ней действительно женится. Чего ж, перехотелось мне радоваться за старшину. Слушай, может, он еще одумается, а?
– Ну, на это надежды мало, – растягивая слова, ответил Веня.
После того, как я закончил гладить форму, я собрал банные принадлежности и пошел в училищную баню. Вернулся я в прекрасном настроении духа, но заглянув в свою прикроватную тумбочку, сразу опечалился – из тумбочки пропали мои наручные часы, подаренные отцом.
Конечно, ни дежурный по роте, ни дневальный ничего не видели и не слышали.
Была еще слабенькая надежда на то, что может кто-то из ребят взял их, уходя в увольнение, и просто не успел сказать мне об этом. Но после возвращения последнего уволенного стало ясно, что часы мои исчезли насовсем. Пришлось смириться с пропажей часов.
– Симона, – позвал Лео. – Симона, не уходи в себя, там тебя найдут в два счета! Сейчас концерт по телеящику будет. Пойдем, посмотрим!
– Пойдем, – вздохнул я.   
– Ты уже слышал, старшина женится. И, знаешь, на ком? – с отвращением спрашивает Лео.
Если до этой минуты меня еще мучили какие-то сомнения, то Лео их полностью развеял. Лео – это не балаболка Веня, который может ошибиться, а то и приврать чего-нибудь для красного словца.
Телевизор я смотрел невнимательно и много раз за вечер пытался анализировать ситуацию с женитьбой старшины, но мысль до конца так, ни разу и не добежала.
– Толик, ты знаешь, что старшина женится? А знаешь, на ком? – в который раз за этот вечер задали мне этот удивительно однообразный вопрос. На этот раз вопрос задал КорС. – Ты что-нибудь понимаешь? Может, объяснишь мне смысл происходящего? А то никто мне за весь день не смог объяснить этот «феномен».
Королева, как и всех остальных смущает бурное, «боевое» прошлое этой девушки, и он смотрит на меня с надеждой, но я его разочаровываю, так как тоже не могу объяснить ему этот, как он выразился, «феномен».
Мне кажется, что я, как и КорС, и Лео, и многие другие, на такой девушке бы ни за что не женился бы. Хотя любовь, как известно, зла.
Только я не могу и не хочу судить старшину, это его жизнь, его выбор. Лишь бы ему с ней было хорошо. Как хорошо моему лучшему другу Виталию Шепелеву с его неверной женой.