Образная поэзия

ОБРАЗНАЯ ПОЭЗИЯ

Пока на работу шла и ехала на городском автобусе № 10, подумала, что надо бы написать о поэзии Владимира Высоцкого. В субботу вечером концерт по телеканалу "1"  посмотрела и мысль в голову пришла. У этого ярчайшего русского поэта образная поэзия. Это не то, что: вижу, замечаю, описываю (например, я именно так делаю). И это не то, что: чувствую, переживаю, перерабатываю с помощью поэтической рифмы, прихожу к неожиданному умозаключению (например, моя мама так по большей части делала). У него, Владимира Семёновича Высоцкого, особенная профессия – актёрская, и он эту профессию по зову сердца выбрал. Так там, прежде чем предстать в театральной постановке или на киноэкране от актёра требуется войти в образ. Этот самый образ в некотором смысле выдумывают писатель, сценарист, режиссёр-постановщик. Но только актёр в состоянии довести образ до кульминации, и неважно, сколько ему на это даётся по сценарию - минута или часы.

Так вот, актёрский навык создавать и проживать образы в спектаклях и кино сформировал своеобразное мировосприятие поэта. Мне не удалось найти хоть какую-то информацию о том, как работал поэт, поэтому я прямо сейчас создам алгоритм этой самой поэтической работы, ведь я сама дочь поэта - Дины Сукачевой-Федоровой и кое-что смыслю сама в поэтической теме, случайно создав свой собственный поэтический жанр и даже не один. Просто пока я смогла обозначить один из них "Русский семнадцатислов", а другие жанры на стыке разной всякой всячины пока ещё не осмыслены мною в полной мере.

Итак, представлю, что энергетическая копия Владимира Высоцкого рассказывает мне о своём поэтическом пути.  Могу же использовать такой литературный ход? Ведь я же писатель!

"Я большую часть моей жизни нахожусь в общении с самыми разными людьми. Их судьбы и судьбы тех, о ком они сами мне рассказывают такие различные, что так хочется о каждом написать хоть что-то, но времени на всё не хватает. Само по себе общение отнимает массу энергии, а восполнять её получается в период спектакля и концерта – от теплоты публики. В голове моей круговерть от всех этих рассказов, которые я прорабатываю, как прорабатывает сценарий режиссёр-постановщик и как актёр, собирающийся сыграть все без исключения роли,  добиваясь наиболее точного образа. Этих нереализованных  историй так много, что мой мозг часто воспаляется от переизбытка информации и чужих чувств, и для того, чтобы воспаление ушло хотя бы на время мне требуется допинг. Сначала это был алкоголь, а потом мне кто-то предложил без оговорки, на то, что это будет мой внутренний палач – наркотики. И я повёлся на это, не осознавая всю смертоносную мощь нового допинга. В конечном счёте, жизнь моя в мире живых  стала адской и я даже думаю, что попал в рай из-за того, что в мире живых переживал адское возмездие. Это как ратник или невинно убиенный – тоже попадают в рай после гибели, искупив грехи земные той болью, через которую прошли. Что-то я отвлёкся от главного. Так вот, когда мой мозг был бодр, он прокручивал образы перед моими глазами. А я просто эти образы описывал в поэтической форме – так и рождались все мои поэтические произведения. По большому счёту на каждое можно фильм миниатюру снять и отправить в широкие массы. Даже странно, почему до сих пор не понаделали таких миниатюр? Я думаю, что это и не сложно, ведь я во всех подробностях всё там описывал, просматривая внутренним зрением сюжет".

Действительно странно так получается! Столько всего понаписано было Мастером – только и снимай себе, да народ просвещай, а до сих пор такого небывало! Культ личности сделали Владимира Высоцкого, вместо того, чтобы через его поэзию стремительно развиваться, повышая патриотизм и образованность молодого поколения Россиян. В каждом его поэтическом произведении духовная составляющая с опорой на глубочайшую любовь к Отечеству – в приоритете.  Только нужно её умело показать, беря в сопровождающие Силу искусства.

Я выбрала одно произведение сегодня, ведь не могу же я заполнить моё произведение не моими авторскими текстами под завязку? Случайным образом мне попалось кое-что из 1972 года,  когда мне самой было года два. Но могло бы быть и другое. Сначала почитаем, потом подумаем, о чём же это всё было на самой деле?


ЧЕСТЬ ШАХМАТНОЙ КОРОНЫ

1. Подготовка

Я кричал: «Вы что там, обалдели?
Что ж вы уронили шахматный престиж!»
А мне сказали в нашем спортотделе:
«Ага, прекрасно – ты и защитишь!

Но учти, что Фишер очень ярок,
Он даже спит с доскою – сила в ём,
Он играет чисто, без помарок…»
Ну и ничего, я тоже не подарок,
И у меня в запасе – ход конём.

Ох вы, мускулы стальные,
Пальцы цепкие мои!
Эх, резные-расписные
Деревянные ладьи!

Друг мой футболист учил: «Не бойся –
Он к таким партнёрам не привык.
Ты за тылы и центр не беспокойся,
А играй по краю – напрямик!..»

Ну, я налёг на бег, на стометровки,
Я в бане вес согнал, отлично сплю,
Были по хоккею тренировки…
Ну, в общем, после этой подготовки –
Да я его без мата задавлю!

Ох вы, сильные ладони,
Мышцы крепкие спины!
Эх вы, кони мои, кони,
Ох вы, белые слоны!

«Не спеши и, главное, не горбись», –
Так боксёр беседовал со мной.
«Ты, – говорит, – в ближний бой не лезь, работай в корпус,
И помни, что коронный твой – прямой».

Честь короны шахматной – на карте!
И он от пораженья не уйдёт:
Мы сыграли с Талем десять партий –
В преферанс, в очко и на бильярде.
Таль сказал: «Такой не подведёт!»

Ох, рельеф мускулатуры!
Дельтовидные – сильны!
Ой вы, лёгкие фигуры,
Ой вы, кони да слоны!

И в буфете, для других закрытом,
Повар успокоил: «Не робей!
Ты, – говорит, – с таким прекрасным аппетитом
Враз проглотишь всех его коней!

Ты присядь перед дорогой дальней –
И бери с питанием рюкзак.
На двоих готовь пирог пасхальный:
Этот Шифер – он хоть и гениальный,
А небось попить-покушать не дурак!»

Ох мы - крепкие орешки!
Ох, корону – привезём!
Спать ложимся – вроде пешки,
Но просыпаемся – ферзём!

II. Игра

Только прилетели – сразу сели.
Фишки все заранее стоят.
Фоторепортёры налетели –
И слепят, и с толку сбить хотят.

Но меня и дома – кто положит?
Репортёрам с ног меня не сбить!..
Мне же неумение поможет:
Этот Шифер ни за что не сможет
Угадать, чем буду я ходить.

Выпало ходить ему, задире, —
Говорят, он белыми мастак!
Сделал ход с е2 на е4…
Чтой-то мне знакомое… Так-так!

Ход за мной – что делать?! Надо, Сева, –
Наугад, как ночью по тайге…
Помню: всех главнее королева –
Ходит взад-вперёд и вправо-влево,
Ну а кони вроде – только буквой «Г».

Эх, спасибо заводскому другу -
Хоть научил, как ходят, как сдают…
Выяснилось позже - я с испугу
Разыграл классический дебют!

Всё следил, чтоб не было промашки,
Вспоминал всё повара в тоске.
Эх, сменить бы пешки на рюмашки –
Живо б прояснилось на доске!

Вижу, он нацеливает вилку –
Хочет есть. И я бы съел ферзя…
Эх, под такой бы закусь – да бутылку!
Но во время матча пить нельзя.

Я голодный, посудите сами:
Здесь у них лишь кофе да омлет.
Клетки - как круги перед глазами,
Королей я путаю с тузами
И с дебютом путаю дуплет.

Есть примета — вот я и рискую:
В первый раз должно мне повезти.
Да я его замучу, зашахую –
Да мне бы только дамку провести!

Не мычу не телюсь, весь — как вата.
Надо что-то бить – уже пора!
Чем же бить? Ладьёю – страшновато,
Справа в челюсть — вроде рановато,
Неудобно как-то – первая игра.

…А он мою защиту разрушает —
Старую индийскую — в момент,
Это смутно мне напоминает
Индо-Пакистанский инцидент.

Только зря он шутит с нашим братом,
У меня есть мера, даже две:
Если он меня прикончит матом,
Так я его - через бедро с захватом
Или ход конём – по голове!

Я ещё чуток добавил прыти –
Всё не так уж сумрачно вблизи:
В мире шахмат пешка может выйти –
Ну, если тренируется – в ферзи!

Шифер стал на хитрости пускаться:
Встанет, пробежится и – назад;
Предложил турами поменяться,
Ну, ещё б ему меня не опасаться,
Когда я лёжа жму сто пятьдесят!

Вот я его фигурку смерил оком,
И когда он объявил мне шах –
Обнажил я бицепс ненароком,
Даже снял для верности пиджак.

И мгновенно в зале стало тише,
Он заметил, что я привстаю…
Видно, ему стало не до фишек –
И хвалёный пресловутый Фишер
Тут же согласился на ничью.
           (Владимир Высоцкий, 1972 г.)


Вот это окончание стихотворение, о чём вообще-то? Я бы сказала, что о той политической обстановке, которая сейчас назрела. Только пока ещё тот самый пресловутый Фишер или Шифер, не шахматный король, конечно, а вроде Фрица в середине ХХ века, никак пока ещё не заметит тот самый непревзойдённый русский мускул, мощность удара которого лучше не испытывать на себе - только молекулы останутся от того, что раньше человеческий облик имело.  Так не хочется стихотворение на четверостишья разбирать! А ведь, каждое из них - тот эпизод на современной политической шахматной доске, который для нас, современный россиян, уже привычен и обсуждается в ежедневном режиме на телевизионных встречах политологов. И получается, что всё это не стихотворение с неуёмной фантазией, а политическое пророчество для нас. И смеха в этом мало – сыны отечества добровольно жизни и здоровье свои отдают, а мирные граждане жизнями и здоровьем своим расплачиваются поневоле, в ожидании того момента, когда современный Шифер, или кто-то там ещё, на ничью согласиться.

Что-то как-то надо бы перечитать поэтическое наследие Владимира Семёновича Высоцкого - одного из Владимиров Всея Руси! С учётом современных жизненных представлений и жизненного опыта много нового откроется и вместо смешных на первый взгляд строчек-заморочек – в глубину мироздания с их помощью, опираясь на Силу искусства, войти можно будет  для разработки сценариев новой жизни.

Светлана Федорова, 27 июля 2026 г.