Дорогой Серёженька

Еду в Тверь на могилу деда. Немного волнуюсь. Объявляют станцию «Крюково». И в уме потекли строки: «У деревни Крюково погибает взвод. Все патроны кончились, больше нет гранат. И в живых осталось только семеро молодых солдат».

И я «увидела» те бои.

И тех ребят.

И контраст с сегодняшней жизнью, когда мне так легко «слетать» из Москвы и назад по этим местам страшенных боёв, где до сих пор ведутся раскопки и перезахоронения погибших воинов.

И доехать до места гибели того, кого и дети не помнили, и чью фамилию я ношу.

Моему отцу было 3,5 года, когда 1 июля 1941 года его отец ушёл на войну. Уходил – плакал молодой мужчина в возрасте 31 года. 12 ноября 1941-го мой дед Слободяник Сергей Трофимович погиб. Война для него закончилась спустя 4 месяца и 11 дней.

В октябре 1941 г. город Калинин захватили фашисты. Передовая линия обороны в течение 2-х месяцев проходила через Волынскую слободу, которая почти полностью сгорела. После освобождения города на краю кладбища появилась братская могила воинов, павших в кровопролитных боях за Калинин. На Волыни похоронены преимущественно сибиряки, как и мой дед. Он родом из села Тебисское Чановского района Новосибирской области.

В 2024 году установлен новый мемориал с именами 1409 воинов. Имя моего деда среди них. За правильность написания фамилии мне пришлось побороться. Но всё-таки нанесли оба варианта – неправильный и правильный.

В моих руках чёткая инструкция, куда ехать. Однако таксист – русский и это здесь важно – поехал по навигатору и привёз меня в лес. Рассмотрел за деревьями железный крест и практически отправлял меня туда, куда даже тропинка не вела, – скидывал пассажирку. Там действительно есть кладбище, но очень-очень старое, и не воинское. Через большое сопротивление проехал дальше, покрутился вокруг стройки и частных домов, пока не увидел памятник солдату.
Такси назад, на вокзал, вёл старый таджик, который приехал прямо к памятнику, а потом гнал через город, чтобы я успела на "Ласточку". Такая вот важная мелочь, особенно когда ты в незнакомом месте.

Мне важно было съездить и поплакать на могиле деда. Каждый умерший должен быть оплакан. Кто и когда плакал над ним? – жена и мать, и не обнимая тело, и, наверное, не долго – война только началась, дети маленькие, голод, много потерь, бед…

И вот я на твоей могиле, мой дорогой Серёженька. Да, мне можно так – ты же в сыновья мне годишься. Мне почти в два раза больше лет, чем тебе. И почти все твои правнуки старше тебя. Вы родили умных, сильных, а ещё красивых мужчин, которые подарили тебе много внуков.
Твою жену, нашу бабушку, мы очень любили. Называли её Пашей. Она разрешала нам наводить порядки в вашем доме, лепить с ней вареники и наблюдать, как наливается янтарём и вытягивается стеклянными нитями сахар – она плавила его нам на леденцы.
Я – средняя дочь твоего младшего сына, я замужем, и моя старшая дочь замужем, но обе носим твою фамилию, длим твой род,

Спасибо тебе, дедонька, за то, что ты жил. За то, что благодаря тебе и нам жизнь подарена. Твоя кровушка течёт в нас. Мы с тобой – одно. Пусть годы разделили нас. Когда-нибудь они же и соединят.