Последний Епископ Каффы

...удивительное совпадение.
первого латинского католического епископа Каффы звали - Иероним (Джироламо)
и последнего латинского католического епископа Каффы -тоже звали Иероним (Джираломо)

Так им началась, и так им закончилась история католической Каффы.

Но если первого Иеронима  звали Каталонским/Каффским
последний епископ именовался Иеронимом из Ламии (Генуи)...а точнее и дословно - Иеронимом Генуэзским,
Логичный конец истории всей Генуэзской Каффы

А точнее его звали
Джироламо (иероним)  Панизари, брат ордена проповедников- доминиканец (1459–1475гг).

Последний из латинских епископов Каффы, отец-магистр Джироламо Панизари из Ордена проповедников, также генуэзец, воспитанник и, можно сказать, основатель самого древнего монастыря Санта-Мария-ди-Кастелло в Генуе.
Его деяния и относящиеся к ним документы сохранил для нас досточтимый отец Борцино, историограф и библиотекарь этой святой обители.

Именно им были преодолены первоначальные трудности, связанные с самим обоснованием доминиканских монахов в Генуе в монстыре возникшем у церкви Санта-Мария-ди-Кастелло/Santa Maria di Castello, — трудности, чинимые местным духовенством и архиепископом Генуи.
— одной из важнейших задач стало избрание главой новой монашеской общины такого религиозного деятеля, который благодаря своим выдающимся качествам и дарованиям стоял бы выше мелких нападок недоброжелателей. Он должен был уметь смягчать удары упорного и неразумного сопротивления и укреплять в истине и справедливости души всех сторонников, составлявших цвет граждан и патрициата Генуи.
Такой человек был найден без долгих колебаний — это стал отец Джироламо Паниссари -будущий последний латинский епископ Каффы.
 В самом начале основания нового монастыря на холме Кастелло, он перешел туда из старого монастыря Сан-Доменико, движимый стремлением к более строгому соблюдению устава. «Человек,ученейший, который занимал многие кафедры и исполнял многие прелатские обязанности в своем доминиканском ордене...

Более того, он пользовался огромным авторитетом святого человека во всем город Генуе; впоследствии, будучи утвержденным в должности, он в течение девяти лет управлял самим монастырем Кастелло в качестве приора, начав с 1446 года, когда и началась его "святая" карьера.

следующей ступенью его карьеры сталоназначение....

По просьбе достопочтеннейшего господина архиепископа Флорентийского и досточтимого мужа господина Козимо Медичи, будучи в полной мере осведомлен о вашем благочестии, знаниях, добродетелях и заслугах, настоящим документом я назначаю и определяю вас лектором в монастырь Сан-Марко во Флоренции для преподавания богословия, философии и других искусств, в соответствии с уровнем подготовки слушателей. При этом я предоставляю вам право, согласно которому, как только вы начнете читать лекции лично или поручите их чтение в присутствии некоторых отцов монастыря Кастелло, вы будете автоматически освобождены от должности приора этого монастыря. Увещеваем вас в Господе стремиться к тому, чтобы быть угодным вышеупомянутым господам. В удостоверение чего я счел нужным приложить к настоящему документу печать моей должности.

Дано в Ле-Пюи (Анисиуме) после нашего генерального капитула, седьмого дня месяца июля года Господня 1447-го.

Но когда же разнесся слух об отъезде отца Джироламо из Генуи, среди генуэзского народа поднялось такое волнение, что власти были вынуждены оставить его в городе; дож и старейшины немедленно отправили послов к Папе, который сам был генуэзцем (Томмазо ди Сарцана), с горькими жалобами на то, что их хотят лишить столь выдающегося человека, полезного для города.
В связи с этим Папа приказал генералу доминиканского ордена вернуть Панизари обратно в его приорство, а также отменить любые другие назначения и распоряжения, касающиеся его персоны.

Он все еще занимал должность настоятеля в монастыре Кастелло, когда 26 октября 1452 года генеральный викарий ордена доминиканцев, обратив на него свое внимание, назначил его инквизитором обширного округа, охватывающего епархии Комо, Новары, Верчелли, Ивреи и прилегающих территорий, где все еще тайно прорастали зловредные семена, посеянные там еретиком Дольчино.

...поскольку в связи с освобождением магистра Августина Новарского от должности инквизитора благородные и славные города Комо, Новара, Верчелли и Ивреа вместе со своими епархиями, селениями и округами остались без надлежащего инквизитора, желая благочестиво и спасительно позаботиться о благе и процветании душ, пребывающих в тех местах и искренне служащих Христу в вере, я, имея достоверные сведения и опыт относительно вашей похвальной жизни и здравого учения, настоящим документом назначаю вас инквизитором еретической порочности в вышеупомянутых городах епархиях, замках и территориях и объявляю вас таковым со всеми обычными привилегиями, милостями и изъятиями.
Предоставляю вам полную и свободную власть во всех указанных землях и местах совершать и распоряжаться всем тем, что по праву или обычаю относится к вышеупомянутой должности инквизитора.
Строго предписываю вам, в силу спасительного послушания, смиренно принять означенную должность и стараться исполнять ее мужественно и усердно, с тем рвением и духом, с какими вы обычно исполняете прочие обязанности, дабы благодаря вашим добродетелям, учению и примеру хищные волки-еретики были изгнаны из стада Господня, а сами верные овцы Христовы были благополучно возвращены на вечнозеленые пастбища вечной жизни. Не желаю, чтобы кто-либо, стоящий ниже меня по должности или сану, мог каким-либо образом препятствовать вам в вышеуказанном.
В удостоверение чего я счел нужным приложить к настоящему документу печать моей должности. Пребывайте в Господе и молитесь за меня.
Дано во Флоренции, 26 октября года Господня 1452-го.

Паниссари отправился туда и, как нетрудно догадаться, очистил те земли от еретической заразы, которой они были охвачены.
Однако его биографы не оставили нам никаких сведений о его деятельности за пределами родины, ограничившись лишь упоминанием о том, что спустя два года он уже вернулся в Геную.
Там в 1455 году он вновь вступил в должность приора церкви Санта-Мария-ди-Кастелло, где его преемником стал блаженный Антонио делла Кьеза из рода маркизов Сан-Джермано, ныне почитаемый как святой.

В период его отсутствия генуэзские власти не забывали о нем;
напротив, не желая, чтобы его так часто забирали, они, как свидетельствуют записи банка Сан-Джорджо, в 1454 году ходатайствовали перед Святым Престолом о его назначении епископом их колонии в Фамагусте.

Святейший отец.
Мы молим Вашу милость соизволить назначить любого из них епископом Фамагусты, что, несомненно, будет полезно для церкви и душ города Фамагусты, весьма угодно Всемогущему Богу, а для нас и всего города — в высшей степени отрадно. Мы смиренно вверяем себя и все наше достояние Вашему Блаженству.
Дано в Фамагусте, 25 октября 1454 года.

В тот же день они направили с другим письмом горячую просьбу к Пьетро Ночети в Рим, чтобы тот приложил все усилия для назначения вышеупомянутого Паниссари епископом»

....брат ИИероним, несомненно, будет нам более приятен. Мы же, в свою очередь, всегда будем готовы со всем усердием служить вашему достоинству и величию.
Дано в Ламии 25 октября 1454 года.

Однако вместо Иеронима в итоге святым престолом на пост епископа Фамагусты был назначен 23 июля 1455 г доминиканец — отец Доменико Микели уроженец Перы, пригорода Константинополя и крупного центра генуэзских колоний в Леванте.

За все время этих "выборов" будучи приором в Кастелло, Паниссари пополнил библиотеку своего монастыря, приобретя значительную часть книг Фомы Аквинского у известного монаха-генуэзца Джироламо Монтенегро, который впоследствии стал епископом Марианы на Корсике.
А именно, первую часть [труда] святого Фомы, первую часть второй части того же автора, третью часть того же автора и его же «Вопросы об истине», для вышеупомянутого монастыря Санта-Мария-де-Кастелло

«После того как епископ Кампора (предпоследний латинский епископ Каффы - доминиканец GIACOMO CAMPORA,1441-1458) отошел в мир иной, синьория Генуи немедленно обратила свой взор на нашего отца Джироламо, предложив его кандидатуру  Святому Престолу на епископскую кафедру Каффы, посчитав его весьма подходящим для управления той отдаленной и сложной епархией, и папа получив о нем благоприятные отзывы, принял решение 21 мая 1459 года направив ему буллы о назначении его епископом Каффы,
А тремя днями позже — разрешение самому выбрать епископа-консекратора, который был бы ему полностью по душе. 
Панизари, отправился в Рим, где был принят Папой не просто благосклонно, но и удостоился того, что сам Пий II пожелал лично совершить его рукоположение.
После этого он вернулся на родину в Геную в ожидании отплытия, которое, по всей видимости, сильно затянулось — по меньшей мере до конца 1462 года он находился в Генуе, то есть на добрых три года после его назначения.

Тем временем в самом монастыре его ждал сюрприз, который вряд ли был ему приятен.
Желая до момента отъезда жить вместе со своими братьями в монастыре Кастелло, он продолжал там пребывать или, по крайней мере, просил на это разрешения.
Но ему было отказано.
Полагаю, вовсе не потому, что он стал им менее дорог, ведь он столько лет был их отцом и настоятелем, а, безусловно, из-за множества частых визитов, которые он принимал в монастыре.
Постоянная череда гонцов из Банка Святого Георгия и наплыв знатнейших горожан, приходивших поздравить его или обсудить церковные дела, не могли не нарушать покоя и глубокого безмолвия монастыря, столь строго соблюдавшихся в этом обителе под началом сурового приора — блаженного Антония, который сменил его на этом посту.
В итоге монахи обратились ни много ни мало к самому Папе с просьбой добиться выселения Паниссари из их монастыря, получив в ответ следующий милостивый рескрипт в форме бреве.

Папа Пий II.
Возлюбленным сынам, приору и братьям монастыря Святой Марии де Кастелло в Генуе, ордена проповедников.

Возлюбленные сыны, приветствие и апостольское благословение. До нас дошло, что наш досточтимый брат Иероним, епископ Каффкий, в вашем монастыре пребывает Вы выразили нам свое несогласие относительно места проживания епископа, о котором шла речь, поскольку считаете его пребывание у вас бесполезным и не способствующим вашему душевному спокойствию. Желая позаботиться о вашем мире и благополучии, мы, в ответ на ваше обращение, настоящим разрешаем вам и освобождаем от обязанности принимать или удерживать в вашей обители упомянутого епископа или кого-либо иного против вашей воли, без нашего прямого на то распоряжения, невзирая на любые противоречащие этому предписания.

Дано в Пьенце, под кольцом Рыбака, 11 сентября 1462 года, на пятый год нашего понтификата.

Мудрый прелат подчинился папскому указу, однако, как мы увидим, не затаил обиды на тех монахов, будучи убежден в их добрых намерениях — пусть и доведенных до крайности в своем остракизме.

Отправившись в Крым, он с разрешения главы Ордена взял с собой в качестве спутника и доверенного лица брата Баттисту Фалинанти, члена общины Кастелло.

За время своего епископского служения в Каффе он, насколько можно судить, не вступал в конфликты с паствой, вверенной его попечению;
напротив, в документах не раз встречаются лестные отзывы о нем.
Тем не менее, у него хватало трений с консулами Каффы, особенно по вопросам смешанных браков, церковной юрисдикции и тому подобного.
Попечители Банка последующих лет также направляли ему некоторые замечания, изложенные в вежливой форме — скорее как просьбы отца к сыну, нежели как распоряжения начальников подчиненному, — и он отвечал им с тем же достоинством и учтивостью, продолжая свою деятельность.


Он скончался в 1475г незадолго до падения Каффы, и для него, старика, неспособного оказать помощь, было великим благом не стать свидетелем горького конца своего города и епархии.

Которая, таким образом, завершила свое существование при епископе по имени Иероним Генуэский , подобно тому как и начинала его при другом Иерониме Каффском.