Руки в брюки

Руки в брюки

Владимир Байков

– Прямо обалдеть можно! – непроизвольно воскликнул я, – не отрывая взгляда от
висевшего на передней вешалке костюма.
– Что вы сказали? – подозрительно нахмурилась продавщица.
– Да костюмчик-то какой классный, – сказал я, продолжая его разглядывать, – а можно его поближе посмотреть?
– Можно и посмотреть, и купить, но только по талонам.
Я удивился:
– По каким еще талонам?
– Вот сто килограмм картофеля сдадите, вам талончик и выдадут. Тогда костюмчик и
отпущу. Вон, видите, на бирке все написано.
– Сто килограммов..., – я сразу как-то сник, – где же я их возьму? Может быть, вы мне поможете?
– Картошку что ли помочь копать? – девушка улыбнулась.

Я стоял растерянный. Недели две промтоварные магазины всех ленинградских
пригородов объезжал и вот только тут, в Мельничных Ручьях, что–то стоящее и увидел.
А костюм был очень хорош: темно-серый в едва заметную искристую клетку, линии
пиджака были элегантными, закругленные фалды, красивые лацканы...
– Да ладно уж, – продавщица как-то заметно подобрела, – сам-то сообразить не
можешь. Видишь, – она кивнула в сторону магазинного окна, – мужики в тоске на
ящиках сидят?
– А чего это они так затосковали? – я посмотрел в окно.
– А ты с трех раз догадайся!

Я вышел на улицу.
– Здорово, ребята, – кивнул я мужикам.
Те обернулись в мою сторону.
– Талончики на сданный картофель у кого-нибудь есть?
–Ну, есть, – ответил один из них, – и что?
– На бутылку обменять не желаете? – я полез за бумажником.
– Червончик давай и договоримся, – сказал мужик, залезая в карман.
– Хорошо, – я сказал, – только давай в магазин зайдем, пусть сама продавщица и
проверит, а то вдруг там на талоне печати нет или подпись не та.

  Мы вместе зашли в магазин. С талоном все было в порядке. Я рассчитался с повеселевшими мужиками и счастливый, быстро примерив пиджачок, оказавшийся впору, отправился домой с покупкой. На костюмной этикетке гордо красовалась надпись:
Made in Sweden. А внутри была еще одна нашивка: new wool.

Когда первый раз я на лекции в этом костюме появился, все студентки ахнули,
заулыбались. Самые смелые спросили:
– Что, у вас сегодня день рождения?
До этого я в основном в растянутых свитерочках на лекции прибегал. А тут вдруг
целый костюм.

Но прошло чуть больше года, и я начал замечать, что брюки как-то неожиданно
протерлись, просвечивать даже стали, правда, в незаметном, но весьма ответственном
укромном месте. Как портные говорят: "в шаге прохудились". Приближалась зима, и именно через эти прохудившиеся продувные  места брюк стало при ветре заметно поддувать. У меня даже походка из-за этого вынужденно изменилась. Я начал ходить, семеня мелкими шажками, как девушка в очень узкой юбке. Потому что широкий шаг открывал путь в освободившееся межножное пространство завихряющимся потокам холодного зимнего воздуха. Надо было что-то делать.

И тут я вспомнил, что напротив нашего дома в закуточке при бане работала тётя
Нина. Мастерица была, ух! Не ворчала, не жаловалась, что материал старый – дырка на дырке. Бралась за самые отчаянные переделки. И я понял, что без тёти Нины тут мне не обойтись.

Продолжение следует