Книга 9. Глава 12. Чудное виденье...

Продолжение МИСТИЧЕСКОЙ САГИ «Тонкая грань»

Америка, 1956 год...

Мэтт

Сквозь кровавое марево Мэтт различил знакомый силуэт… Господи, неужели?.. Он так боялся ошибиться… Она шла к нему, озарённая изумрудным сиянием, такая же красивая, несмотря на простое монашеское одеяние. Она совсем не изменилась с тех пор, как он её впервые увидел, только в глазах прибавилось света и боли, и между изящной линией бровей пролегли скорбные складки.
 
От неожиданности он потерял дар речи и в первые мгновения, когда это чудное видение снизошло к нему из пасти электронного монстра, не смог произнести ни слова и только таращился на неё с разинутым от крайнего изумления ртом.

— Ариадна? — только и смог выдавить из себя Мэтт.

— Мэтт! — Ариадна, осторожно ступая, подошла поближе. И как будто не было прошедших в разлуке лет, он совсем не постарел, он был таким же, каким она его знала и каким запомнила.

Это был Мэтт из 56-го. Рядом с ним сидел… Зумруд. Она было бросилась к сыну в радостном порыве, но тут же осеклась. На неё смотрел Дракула, а потом словно проглянул кусочек неба, разгоняя черноту, она узнала этот яркий синий взгляд, несмотря на детские черты. А затем… судорожно прижала руки к груди. «Кирилл?» — в смятении воскликнула она, вдыхая сиреневый аромат и всё ещё не веря собственным глазам. Словно пытаясь удержать, всё повторяла и повторяла его имя, а сиреневое марево медленно таяло, и она растворялась вместе с ним, пока не услышала тихое: «Мама».

Раздирающая душу тоска и нежданная радость встречи смешались в её беспокойном сердце. Она сжимала руки сына и с тревогой всматривалась в его изумрудные глаза, боясь, что и он сейчас исчезнет… и тут её окликнул Мэтт. Она оглянулась на зов и рухнула с небес на землю.

«Это не Зумруд», — прозвучало словно приговор. Перед ней снова стоял Дракула, но какой-то другой, было что-то в его взгляде… исчез зловещий чёрный блеск, и как будто из черноты пробивалось солнце. Он смотрел на неё удивлённо и, резко высвободив свои руки, в которые она вцепилась мёртвой хваткой, в смятении отступил на шаг назад.

Мэтт осторожно взял её за плечи. «Это не Зумруд, — снова повторил он. — Отпусти его, Ариадна, слышишь, отпусти». Он провёл её в другую комнату. Тут она заметила медперсонал в белоснежных халатах и… Флярковского Бориса Эдуардовича.

Профессор показался ей знакомым, хотя прежде она его не видела, и всё же откуда-то знала, возможно, с кого-то считала информацию и забыла об этом, а может, кто-то пытается через неё достучаться до профессора. А ведь такого с ней раньше не бывало. Странно, очень странно…

Сашенька и Алекс

Последние несколько дней ей постоянно снился один и тот же сон. Сашенька просыпалась в смятении. Мальчик, очень похожий на Владика, но с ярким изумрудным взглядом, сидел на больничной койке, окружённый проводами, подключёнными к пульсиметру.

Но обстановка в комнате совсем не была похожа на больничную, скорее на интерьер личного кабинета, дорого и со вкусом обставленного и принадлежащего человеку далеко не бедному.

Обширная библиотека и стол, необычно инкрустированный с какими-то символами в виде восьмиконечной звезды, обладающими мощной космической энергетикой. Наконец она заметила, что смотрит на всё это как бы со стороны, и эта так похожая на неё девушка вовсе не она сама Саша… и тут же просыпалась. Эти сны становились всё длиннее, и она боялась когда-нибудь не проснуться вовсе.

Алекс чувствовала смятение Сашеньки, но лишь через её сны она смогла отыскать древний источник Зла, проникший в будущее. Всё началось ещё в средние века с легендарного Валашского воеводы Влада III Цепеша Дракулы, давшего начало древнему роду чёрных ведьм и ведьмаков, первым из которых стал Зверёныш, первым и последним.

Незримая она прошла весь путь от бостонской квартиры Мэтта до Монастырской горы. От бесовского разгула до полного очищения молодого Дракулы в стенах древнего Поднебесного пещерного монастыря.

Юный Дракула вдруг обернулся и посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд поразил её и испугал — на неё в упор смотрели одновременно пронизывающий синий глаз Зверя и гипнотический чёрный Кассандры. На Алекс смотрел выпестованный Тьмой гибрид — помесь обращённого и прежней ставленницы Тёмного мира.

Это длилось всего мгновение, растянувшееся для Алекс в бесконечную муку. Когда она смогла отвести взгляд и с облегчением закрыла глаза, всё вдруг завертелось, закружилось… Когда она очнулась и открыла глаза, в торжественном безмолвии, озарённые светом множества свечей, на неё глядели строгие лики святых. Дракула бесследно исчез.

Так Алекс проникла в наш мир, стремительно несущийся в пропасть, не осознавая того, сколько душ человеческих уже унёс солнечный ветер в ненасытную глотку Вселенского Зла.

А если вовремя не остановить эту энергетическую утечку? Если грядёт разрушительный торнадо — беспощадный убийца космического масштаба, сметая всё и всех на своём пути, увлекая в бездну, из которой уже не выбраться.

Вот зачем, освободившись от пут Зверёныша, Алекс оказалась в квартире Мэтта на этом освящённом островке посреди утонувшего во мраке прежнего Светлого Мира.
Она обвела взглядом присутствующих и остановилась на Ариадне. «Это правда ты? — недоверчиво проговорила Алекс, отступая на несколько шагов назад. — Ты не должна быть здесь». «Как и ты». — улыбнулась Ариадна. Глупо радоваться в такой ситуации, но она была рада вновь увидеть свою воспитанницу, ставшую ей дочерью.

Ариадна подалась было навстречу к ней, но Алекс всё пятилась назад. Её дети, и Алекс, и Зумруд, всё больше отдалялись от неё… Неумолимое Время — Вселенское чёртово колесо разводило их в разные стороны, они видели друг друга, стремились навстречу друг другу, но не никак не могли дотянуться. Их снова разделяли века, и только в Астрале они могли снова обрести друг друга. Ариадна медленно подошла к своей падчерице и обняла её.

Видели Алекс только Мэтт и Ариадна, остальные присутствующие наблюдали, как Ариадна с кем-то говорит, обнимая при этом воздух, и недоумевали, к чему вся эта пантомима. Только профессор что-то почуял, слегка подавшись вперёд, как будто прислушиваясь к чему-то…

Мэтт игнорировал вопросительные взгляды медбригады и направил их внимание на исправность аппаратуры, констатирующей смерть больного, с виду довольно-таки здорового. Кроме того, стоило признать, он и сам был немало удивлён, когда увидел Алекс, девушка очень походила на Прасковью.

Он вывел Алекс и Ариадну в соседнюю комнату, чтобы обговорить главное, что делать дальше, как предотвратить вторжение потустороннего Зла в момент наибольшего риска, когда душа распахнута навстречу новому началу, как светлому, так и тёмному. Когда время замедляет ход и вовсе останавливается, и тот, кто его запустит, определит главное направление — либо к свету с юным Дракулой, либо во тьму со Зверёнышем. Тот, кто различит этих двоих одинаковых с лица, кто заглянет им прямо в душу, где кроется ответ, тот и будет верховодить.


Глава 13

Зверёныш и Злата

Он не понял, что случилось, когда невыносимая боль, похороненная где-то в глубинах его существа, вдруг всколыхнулась, пронизывая насквозь.
Золотистые глаза, отливая янтарём, осветили его чёрную душу, он узнал её в тот самый последний миг, когда стрела крестострела пробила защитный панцирь и угодила в самую сердцевину, туда, где больнее всего, туда, где алела её частичка, как вечное напоминание о ней.

Этот маленький островок тепла и света, робко алеющий посреди густой черноты, разгорался всё сильнее, рассыпаясь рубиновыми искрами, охватывая всё его существо, превращая мгновение в вечность, яркую вспышку в очищающий огонь, жгучую боль в бесконечную муку.

Продолжение следует...